Галя, у нас отмена! - Мия Соул

* * *

А завтра возвращаемся к иллюстрациям, юмору и Гале. Вы даже не представляете, что она приготовила, ведь как известно, месть подают холодной))

Глава 16

Галя

Последующие несколько дней я жила в состоянии, которое моя бабушка назвала бы «сама себе проблему придумала». Потому что проблема была, и я ее как будто сама себе создала.

Вообще-то мне следовало переживать из-за генерала Лун Цзюэ.

Человек приехал из Цинлуна, ради меня. Прекрасно знает настоящую Гао Лань. Когда-то собственными руками вручил принцессе яд и приказал убить наследного принца.

Любая здравомыслящая попаданка на моем месте сейчас бы собирала тревожный чемоданчик и рыла под таверной тайный подземный ход.

А я вместо этого думала о Суань Лине. Ну и принц тоже хорош. Защитил меня от императора, от генерала… Мордашка у него симпатичная, как не поддаться?

Я мысленно отвешивала себе пощечины, напоминая про сюжет. А я его поломала изрядно.

Суань Лин почти до последней серии в дораме не ощущал ко мне никакой симпатии, а тут стал заботиться. Он так нервничал, что я не истерю и не падаю в обморок, выяснив, что люди Лун Цзюэ за мной следят, что мне становилось стыдно. Но я-то знала, что по сюжету мне суждено умереть, и принц не станет моей защитой. Тогда зачем к нему обращаться?

Я внезапно для себя решила, что завершу эту историю до конца, но как второстепенный герой. Мне важно, чтобы после императора Суань Вэя трон занял достойный человек. Суань Лин был достойным. Если мне удастся, я уберегу его от потерь.

Но и рисковать чрезмерно я не желала. Этот мир меня устраивал, я не хотела умирать и не хотела возвращаться в свою реальность. Тут пока ипотеки не придумали.

Да и сам Суань Лин стал мне дорог. Я не поддавалась на его чары и знаки внимания. Они ничего не значили. Сегодня он тепло относится ко мне, но завтра его мнение может измениться. Но как тяжело сохранять эту отстраненность и делать вид, что я ничего не замечаю.

Он уже не раз и не выручал меня от козней канцлера. Не дал генералу Лун меня обидеть.

Прикрыв веки, я с удовольствием и некой долей злорадности вспомнила, как он приревновал меня к надоедливому господину Шэнь.

Потом я отвесила себе мысленный подзатыльник.

Галя, очнись, ты не юная девица, которую он в тебе видит и хочет защищать. Ты взрослая, самостоятельная женщина. Тебе нельзя подобным заниматься.

Если я дам себе волю, представлю, что мы с принцем вместе… Когда-нибудь Суань Лин обнаружит, что я не та, за кого себя выдаю. Честь для него не пустой звук. В его глазах я знатная принцесса, отказавшаяся от титула по загадочной причине. А я всего лишь продавщица. Что с ним будет? А со мной?

Дальше проклятая память снова подсовывала его лицо.

В общем, рассудок мой напоминал телегу, которую одновременно тянут в разные стороны два очень упрямых осла.

На четвертый день после банкета этот мир приготовил мне проблемы похлеще, чем мои споры с совестью и здравым смыслом.

Если верить дораме, генерал уже давно должен был объявить на меня охоту, разочаровавшись в том, что я не выполнила его задание. Он должен был прислать наемных убийк, от которых Гао Лань отбил бы Его Высочество. Он должен был попытаться ее отравить на празднике. Но я не жила во дворце, так что подлить яд мне в чай становилось невозможным.

Ничего не происходило, словно старый интриган сам решил изменить сценарий. Это настораживало гораздо сильнее открытой угрозы.

Когда видишь тигра, хотя бы понятно, в какую сторону бежать, хуже, когда тигр спрятался в высокой траве.

Неприятности все-таки пришли.

Вечером мы решили устроить себе выходной и работали исключительно на доставку. Таверна пустовала, но было странно, что в нее никто не ломился.

Внезапно к нам ворвался Жун Мао с совершенно дикими глазами. Он никак не мог совладать с эмоциями, что на его макушке образовались кошачьи уши. Проходившая мимо Мэй Сю деликатно сделала вид, что ничего не заметила.

— Хозяйка, что же вы сидите? Мы разорены!

Будь на его лице усы, кошачьи или человеческие, он бы изодрал их в пыль.

— Что случилось?

На его вопли прибежала Ли Жу и Тай Фэн. Жун Мао скорчил трагическую физиономию.

— Богатые господа перестали приходить. На вашу таверну сыплются жалобы. Обычные рабочие еще приходят, но сплетни распространяются.

— Какие еще сплетни? — недоумевала я.

— Что вы падшая женщина.

— Я падшая? — указала пальцем на себя.

Жун Мао театрально закатил глаза и обмахнул себя веером.

— Других у нас под ногами не валяется. А вы, — повернулся он к Мэй Сю и Ли Жу, — не в счет. Вы падайте, всех занимает исключительно распутство принцессы.

— Прям так и говорят? Что я распутница?

Болтали обо мне много с первого дня открытия ресторана, но это не влияло на мои дела. Скорее, разные слухи подхлестывали поток клиентов. Всем было интересно посмотреть на пленницу-принцессу. Я считалась скандальной, острой на язык, не самой благодетельной женщиной. Но никто не звал меня распутницей. Оно понятно, боялись наследного принца.

— Говорят, что вы живете сразу с тремя мужчинами.

Я задумалась.

— Вообще-то это правда.

— Госпожа!

— Что? Вы действительно живете здесь.

— Контекст имеет значение!

— Ладно, продолжай.

— Еще говорят, что мы с Тай Фэном только притворяемся евнухами.

Тай Фэн пожал плечами.

— Ты смотри, не лживые сплетни, а самая правдивая правда. Кто нас сдал?

Ли Жу уже тихо хихикала в рукав.

— Дальше, — потребовала я.

— Дальше говорят, что я постоянно посещаю дома удовольствий. И вы тоже там отмечаетесь. Линь Мо ваш тайный любовник, а я и Тай Фэн, — обиженно заурчал Жун Мао, — на подхвате. Чтобы я, да на подхвате?

Я схватилась за голову.

Нигде не соврали, и слухи мне не опровергнуть. Но раньше это было прикрыто тонкой вуалью недосказанности, а теперь становилось позором. Свой позор я пережить могу. Но позор ложится и на репутацию принца.

Картина складывалась невзрачная. Я догадалась, что сплетни распускают намеренно, прекрасно осознавала, кто за этим стоит. Но как противостоять и что делать, придумать не могла.

У меня начал дергаться глаз, причем левый. Моя бабушка часто говорила, что глаза дергаются к неприятностям. Правый