Авдей. Дитя хаоса - Anastasia Ponamareva

— Братья и сёстры по разуму, представители свободных народов Галактики. — Его голос, усиленный почти незаметными микрофонами, звучал ровно и властно, разносясь под самым куполом. — Мы собрались здесь в один из самых тёмных часов нашей истории. Даверсы и их приспешники не просто наступают. Они методично, словно жнецы, выкашивают целые сектора. Давайте выслушаем правду, какой бы горькой она ни была. Командующий обороной сектора Ксилон.

Один из голографических экранов ожил, показав лицо тальва в запылённом, помятом шлеме. На его лбу проступала полоска крови из-под бинта.

— Система Ксилон пала. — Он говорил хрипло, сдавленно, и за его спиной были видны языки пламени и бегущие люди. — Их флот... он подавляет не числом, а качеством. Корабли из магруна... наши снаряды скользят по их броне, как капли дождя по стеклу. Они проходят сквозь наши линии обороны, как нож сквозь воду. Дефлекторные щиты «Крепостей» не выдерживают сконцентрированного огня их дредноутов. Мы потеряли плацдарм. Эвакуировали... эвакуировали лишь тридцать процентов гражданского населения с третьей планеты. Остальные... — он замолчал, опустив голову, и по его сгорбленным плечам все поняли судьбу остальных. Экран погас.

Затем слово взяла мирт, командующая флотом в секторе Вега. Её изображение было стабильным, но на её синеватом лбу блестели капельки пота.

— Сектор Вега держится. Но ценой невероятных потерь. Нам удалось использовать против них их же тактику пренебрежения к «низшим» расам. Заманили два их крейсера класса «Пожиратель» в пояс астероидов и подорвали заранее заложенные термоядерные заряды с иридиевой пылью. Она ненадолго, на доли секунды, нарушила целостность их щитов. Этого хватило, чтобы нанести точечные удары по двигательным узлам. Они отступили для ремонта. Но это лишь передышка. Нам срочно требуется подкрепление — эскадры типа «Ястреб» и новые бронебойные боеголовки с урановым сердечником. Их техника... она другая. Наши стандартные протоколы не работают.

Голографическое изображение переключилось на гигантского рольда в шрамах, его мех был опалён в нескольких местах.

— Сектор Центавра-В. Говорит Старейшина Гарн. Мы отбили наземную атаку на угольные шахты. Крильты шли на пролом, волна за волной. Их атака была яростной, но неорганизованной. Мы использовали их слепую ярость против них. Заманили основные силы в узкие каньоны Гефеста и дистанционно обрушили на них скальные породы. Потери с нашей стороны минимальны. Но это лишь локальная победа. Их флот всё ещё контролирует орбиту. Мы в осаде. Системы жизнеобеспечения работают на пределе. Нам нужен прорыв блокады и гуманитарный конвой.

Картина вырисовывалась мрачная и однообразная. Даверсы вели тотальную войну на истощение, используя подавляющее технологическое превосходство, бесчисленные полчища крильтов и порабощённых рас, словно пушечное мясо.

Когда последний отчёт смолк, в зале повисло тяжёлое, гнетущее молчание. Его нарушил Вейл. Он сделал неспешный шаг вперёд к свету, и все взгляды, как один, устремились на него.

— Вы говорите о тактике, о ресурсах, о подкреплениях. — Его голос был тихим, почти интимным, но благодаря акустике зала идеально слышным на самых задних рядах. Каждое слово было отточенным и ядовитым. — Это всё важно. Это скелет войны. Но вы забываете о её душе. Вы боретесь со симптомами, а не с болезнью. Пока существуют сами даверсы, эти вампиры, черпающие силу в нашей боли, нашем страхе, нашем отчаянии, эта война будет бесконечной. Каждая ваша потеря, каждая смерть, каждая слеза, пролитая в этом зале, — это не просто трагедия. Это топливо для их двигателей. Вы не просто проигрываете сражения. Вы кормите ими зверя, которого пытаетесь убить.

— Что вы предлагаете, Наставник? — спросил Каэл, его голос звучал глухо, выдавленный из себя. — Мы знаем об их... природе. Наши учёные изучают образцы их технологий, психологи анализируют пленных крильтов. Но как бороться с тем, кто питается самой сутью конфликта?

— Бороться с ними их же оружием. — Холодно, без тени сомнения, парировал Вейл. — Но не ненавистью. Не слепой яростью. Дисциплиной. Концентрацией. Силой воли, закалённой в горниле абсолютного самоконтроля. Орден Авдеев веками был щитом, сдерживающим их экспансию. Не превосходящими технологиями, не численностью флотов. Силой духа. Нам нужны не просто солдаты, способные нажимать на спуск. Нам нужны оружия. Живые, мыслящие, несгибаемые оружия, способные противостоять их пси-воздействию и наносить ответные, сокрушительные удары. Готовьтесь к тому, что эта война будет вестись не только в космосе, но и в умах.

Именно в этот момент один из молодых адъютантов-тальвов подошёл к Каэлу и, наклонившись, что-то срочно и тихо прошептал ему на ухо. Лицо Верховного Советника осталось непроницаемой маской дипломата, но Вейл, чьё восприятие было обострено годами тренировок, уловил мгновенную, микроскопическую вспышку в его глазах — коктейль из тревоги, интереса и доли страха.

Каэл медленно поднялся, его движение привлекло всеобщее внимание.

— Господа, джентльмены, собратья. — Его голос прозвучал торжественно и тяжело. — Только что поступило экстренное сообщение из управления стратегической разведки Согласия. Оно касается не текущих боевых действий на фронтах, но... потенциально является фактором величайшей значимости, способным изменить расклад сил.

Он сделал паузу, давая словам проникнуть в сознание каждого.

— Поступили неподтверждённые, но исходящие из высоконадёжных источников данные о том, что один из... уникальных активов Ордена Авдеев, обладающий исключительными и малоизученными пси-способностями, совершил побег с учебно-испытательной базы «Серый Рассвет» и в настоящее время находится в бегах. Местонахождение неизвестно.

В зале пронёсся гулкий, нарастающий шёпот. Вейл не дрогнул ни единым мускулом, но его взгляд стал абсолютно ледяным, уставившимся в Каэла, словно пытаясь пронзить его и выжечь источник утечки.

— Данный актив, — продолжил Каэл, теперь уже открыто бросая вызов взгляду Вейла, — согласно той же информации, считался крайне опасным и нестабильным. Его исчезновение на руку только одной стороне. Даверсам. Если они найдут его первыми и сумеют... переориентировать его силу...

— Они не найдут, — резко, отрезая, парировал Вейл, и его голос впервые за весь совет прозвучал громко и резко, как удар хлыста. — Это внутреннее дело Ордена. Побег взят под контроль, поиски ведутся самыми эффективными методами. Обсуждение этого инцидента на данном совете неуместно и является нарушением суверенитета Ордена.

— Это дело всего Согласия, Наставник! — внезапно вклинилась Илэйна, её мелодичный голос зазвучал металлически. Она встала, опираясь длинными пальцами о стол. — Если этот «актив» обладает хотя бы половиной той силы, что ему приписывают в отчётах, его потеря — это не внутреннее дело, а колоссальная брешь в нашей общей безопасности! А его попадание в руки врага — катастрофа,