Резонанс 1-11 - Павел Николаевич Корнев

Лев покачал головой.

— Не могу ничего сказать. Это служебная информация, на которую многие аналитические алгоритмы завязаны. Не для разглашения.

Я кивнул.

— Понял. Забудь.

Лев придержал меня за руку.

— Думаю, знаю, о каком ты случае говоришь. Мы тот инцидент от и до разобрали, там никаких шансов на успех не было изначально.

Мне только и оставалось, что развести руками.

— Что ж, придётся работать!

Но вот как раз работать сейчас и не хотелось, и я понадеялся на то, что Касатон Стройнович о моей досрочной выписке из больницы ещё не прознал, и в студсовет заворачивать не стал, двинулся напрямик в лабораторный корпус. Первым делом оформил отчёт о расходе спецпрепарата, потом спустился в подвал, где и отзанимался час на силовой установке. Неожиданных прорывов не случилось, зато удалось закрепить своё предыдущее достижение. Тоже немало. Неспроста же говорят, будто можно штаны порвать, излишне широко шагая.

Покинул лабораторный корпус я за четверть часа до начала дежурства, поэтому решил попытать удачу и по пути в горбольницу завернул к господину Горицвету. Ни на что особо не рассчитывал, и потому оказался приятно удивлён, когда Михаил Прокопьевич попросил обождать, после чего открыл один из шкафов и вынул из него картонную папку с завязками.

В глаза бросились две отметки: «комендатура» и «ОНКОР», я весь так и подобрался, но в итоге меня ждало жесточайшее разочарование, поскольку вместо копий первичных документов Горицвет достал уже готовую сводку по тратам на развитие способностей курсантов. Период, порядковый номер в изначальном списке, итоговая сумма — вот, собственно, и всё, что там было.

Вполне достаточно для реализации проекта, но только не для моего частного расследования!

Разочарования я не выказал, сердечно поблагодарил Михаила Прокопьевича и отправился в горбольницу, где с превеликим облегчением завалился на закреплённую за мной койку. Так на ней всю смену и провалялся, то перешучиваясь с шестёркой пациентов, то корректируя состояние их внутренней энергетики, а как собрался уходить домой, к превеликому своему удивлению, обнаружил, что выписывать меня никто не собирается.

— Понаблюдаем ещё, — заявил после осмотра лечащий врач.

— Так я же…

— Ты же, ты же! — передразнил он меня. — Жалоб не будет, завтра выпишем. Всё, свободен!

Я подумал-подумал и права качать не стал, поскольку в чём-то такой поворот оказался мне даже на руку.

Первым делом я спустился в столовую и поужинал, после отправился на поиски знакомой медсестры, и тут откровенно улыбнулась удача: Валентина Паль не только сегодня дежурила, но и оказалась не слишком загружена работой. При моём появлении скучавшая за столом в пустом больничном коридоре блондинка вопросительно изогнула бровь, я опустился на стул и сказал:

— Есть разговор.

— Разговор или разговор? — уточнила Валя, произнеся это слово со вполне уловимой интонационной разницей.

— Я по личному вопросу, — пояснил я и с усмешкой добавил: — И не беспокойся, прекрасно помню, что тебе не нравятся мужчины.

Валя скорчила недовольную гримасу, выдвинула верхний ящик, достала из него лакированный портсигар и поднялась из-за стола.

— Идём!

Я понятия не имел, где тут организована курилка, поэтому пропустил барышню вперёд, а сам двинулся следом, не без интереса поглядывая сзади на её ладную фигурку. На лестничной клетке чёрного хода Валя слегка приоткрыла окно, закурила и с интересом посмотрела на меня.

— Слушаю.

— Так понимаю, ты дружна с Яной из студсовета…

Валя рассмеялась и с приятной хрипотцой в голосе признала:

— Не знаю, какой именно смысл ты вкладываешь в это слово, но да — мы дружны.

— Это хорошо.

— И чем же?

Я потёр начавший зарастать щетиной подбородок и уточнил:

— Не знаешь, она уже занимается каким-нибудь проектом для студсовета?

В ответ ожидаемо прозвучало:

— Это тебе лучше у неё самой спросить.

— В отличие от тебя, с ней я почти не знаком. И, подозреваю, мужчины ей тоже не особо симпатичны.

Валя смерила меня пристальным взглядом, выдула в приоткрытое окно струйку дыма и предложила:

— Продолжай!

— Нам для проекта нужен кто-нибудь с медицинским образованием. Ты могла бы замолвить за нас словечко.

— И зачем это… — Валя сделала едва уловимую паузу и с улыбкой выдохнула: — Яне?

— Проектная деятельность обязательна для всех, а у нас уже есть готовая концепция и собраны первичные данные. Минимальная нагрузка по профилю, а результаты исследования получится использовать для научных публикаций даже в случае опровержения выдвинутой теории. А уж если всё выгорит, там не только диплом, но и диссертацию написать можно будет.

Блондинка недоверчиво хмыкнула и попросила:

— Расскажи подробней.

Я ввёл её в курс дела, и Валя какое-то время задумчиво глядела на огонёк папиросы, потом затушила её и улыбнулась.

— Хорошо — ваша выгода понятна. А что насчёт меня?

Я такой постановке вопроса нисколько не удивился.

— Тоже думаешь поучаствовать?

Валя покачала головой.

— Нет, не особо. Если только Яне помощь понадобится, тогда посодействую на общественных началах.

Я расценил это высказывание согласием переговорить с подружкой и спросил напрямую:

— Чего ты хочешь?

Блондинка отправила окурок в приспособленную для этих целей жестяную банку с песком, с вызовом поглядела на меня и заявила:

— Вопрос скорее в том, чего я не хочу. А не хочу я, Петенька, со своим профильным высшим образованием работать простой медсестрой! И в один прекрасный день снова получить назначение на Кордон тоже не хочу!

Увы и ах, репутация у собеседницы была и в самом деле определённым образом подмочена, и едва ли моё содействие могло хоть на что-то повлиять.

— Я как на это повлиять могу? — развёл я руками. — Не главврач, чай!

Валя фыркнула.

— А ты замолви за меня словечко! Услуга за услугу! Идёт?

Я покачал головой.

— Думаю, и без меня найдётся кому это сделать. Разве нет?

— Я сыта пустыми обещаниями по горло! Да или нет?

И вновь я торопиться с ответом не стал.

— И с кем насчёт тебя поговорить? Со Звонарём?

Валя передёрнула плечами.

— Ну уж нет! Только не с ним!

Недоумённо хмыкнув, я начал мысленно перебирать знакомых медиков, как то Хорь и Беда, но ошибся и на этот раз.

— Ты ведь проходишь практику у реабилитолога? Я точно знаю, что ему нужен ассистент!

Я ничего такого от Рашида Рашидовича не слышал и более того — не имел ни малейшего представления, как к нему с подобным разговором подкатить, но после недолгих раздумий объявил:

— Идёт! Результата не гарантирую, а поговорить — поговорю.

Валю такой мой ответ вполне удовлетворил, и она пообещала сегодня же предложить своей подружке присмотреться к нашему проекту. Я распрощался с ней и отправился на занятие по сверхйоге.