Фантастика 2026-145 - Ярослав Яловецкий

его крепкую хватку на своих запястьях, но он не собирался причинять ей вреда. В его поцелуе она ощутила нежность, вперемежку с жадностью. Он что, действительно думает, что справится с ней так легко? Напитав тело энергией, тёмная резко оттолкнулась спиной от постели, опрокинула Меркела на спину и, вывернувшись из захвата, сомкнула пальцы на его горле.

– Проси пощады, – она надавила сильнее, ощущая своей ладонью его учащённый пульс. – Но это тебе не поможет. Я всё узнала и больше ты мне не интересен.

– Ещё один поцелуй, – почти беззвучно прошептал он, – и я умру счастливым.

Лиссандра могла подарить ему куда больше одного поцелуя. Все время, пока она, оседлав его, неслась к новой вспышке блаженства, её рука оставалась на горле поддавшегося, то стискивая его чуть сильнее, то отпуская. Меркел был в её власти, и ей больше не хотелось прикончить его, чтобы окончательно себе это доказать.

– Проклятье! – выдохнул он когда эта безумная скачка закончилась. – И почему я раньше тебя не послушал?

– Ты о сладкой росе? – промурлыкала она, устраиваясь у него под мышкой.

– О ней. Когда ты сказала, что ночь с ней выйдет незабываемой, я как-то не придал этому значения, а напрасно.

– Главное, не перебарщивать. Иначе без неё всё станет казаться пресным и ненастоящим.

– Хорошего понемножку, как и всегда.

– А кто сидит в теле Трикс? Бедняга, наверное, ненавидит тебя до дрожи за такую участь.

– Да нет, думаю, он отлично с ней себя чувствует. Это не разумный, а дух стихий. Элементаль из Дикой долины.

– Серьёзно? Я, честно сказать, мало что о них знаю. Выходит, ты можешь вселить любую душу в любое тело?

– Не совсем. Животные и разумные, к примеру, несовместимы. Понимаешь, мы с Брандефом стоим в самом начале этого пути. Многое ещё неясно, а времени на исследования у нас пока нет, сама видишь.

– И именно это ты имел в виду, когда сказал мне при встрече, что можешь возродить меня к жизни, если я погибну?

– Ну да. Только я сомневаюсь, что, даже обыскав весь Акронис, нашёл бы второе столь же прекрасное тело, – его рука нежно прошлась по её бедру.

– Если бы альтернативой была смерть, я бы и на дурнушку согласилась, – хмыкнула Лиссандра. – Главное, чтобы она была одарённой. Или магический дар переходит в любое тело вместе с душой?

– Нет. Энергетика слишком разная, да и источник сам собой из воздуха не появится. Внутри однодневки одарённый будет почти что беспомощен.

– По Трюку этого не скажешь.

– Духи стихий достаточно легко перестраивают энергоканалы носителя, и силы у них при переселении остаётся больше, чем у души колдуна.

– А каково Брандефу существовать вот так, в роли наблюдателя?

– Простым наблюдателем его никак не назовёшь. Его советы и магия не раз спасали нам обоим жизнь, а если потребуется, он не постесняется настучать мне по голове и наставить, так сказать, на путь истинный.

– И, тем не менее, он согласился раскрыть вашу тайну мне, хотя явно был от этого не в восторге.

– Мы не хозяева друг другу, а полноправные партнёры. Изначально Брандеф ратовал за то, чтобы убить тебя еще там, в Тирских лесах, но с тех пор многое изменилось.

– Скажи это Трикс, – фыркнула Лиссандра, – а то она иногда на меня так поглядывает, когда думает, что я не вижу.

– А ты попробуй первой сделать шаг ей навстречу. Не знаю, подари что-нибудь. Вкусы её тебе отлично известны.

– Как только отыщу драконий клык, так сразу же последую твоему совету. За меньшую плату мне благосклонность нашей чокнутой не купить.

– Можешь на время дать ей свою сферу, – начал было Меркел и рассмеялся, почувствовав, как она напряглась. – Да не переживай ты, никто у тебя её не отбирает. Просто научи Трикс с ней работать, она любому уроку магии будет рада, тем более такому.

– Я подумаю, – Лиссандра зевнула и положила голову Меркелу на плечо. После долгой дороги и бурных ласк её разморило, и даже остатки сладкой росы в крови уже не разгоняли сонливости. Они ещё разбудят друг друга через часик, может быть, через два и продолжат, но пока пора немного передохнуть.

Весь следующий день Лиссандра не отставала от Меркела, вытягивая из него всё новые детали о переселении душ и изучая незнакомые ей плетения. У неё прямо-таки руки чесались пойти и прибить кого-нибудь из замковой челяди, чтобы проверить действие показанных поддавшимся чар на практике. Как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Заодно она выяснила кое-какие детали о зрячем, которого вскользь упомянул её архимаг. Как оказалось, у них с Брандефом какое-то время был ассистент, но в один не самый прекрасный момент он решил отправиться в вольное плавание. Со слов Меркела, беглец был идейным адептом науки и, рано или поздно, просто обязан был растрепать кому-нибудь об открывшемся ему знании. Даже не честолюбия ради, а чисто из просветительских соображений. Ну да, а как же ещё могло обернуться дело, если речь заходит о самом мягкосердечном поддавшемся из всех, какие бродят по Эквилиуму? Естественно, Меркел не разделался со своим помощником, когда надобность в том отпала, а позволил ему благополучно удрать. Окажись она в тот момент рядом, он бы такой ошибки не допустил. В крайнем случае, она собственными руками придушила бы проходимца ещё до того, как тому в голову пришла бы первая мысль о предательстве. Но какой смысл плакать над разбитой вазой? Обратно её все равно не склеишь. Знание, которое, по-хорошему, стоило бы как можно дольше хранить в тайне, вскоре утечёт в массы и только богам известно, к каким это приведёт последствиям. Одно несомненно, новость о появлении способа вечно продлевать жизнь встряхнет весь Акронис. Сильные мира сего не откажутся от такой возможности и плевать им будет на души, которые потребуется вышвырнуть из молодых и здоровых тел, чтобы занять их самим. На этом фоне имперские чернокнижники с их хвалёными кровососами смотрелись уже довольно блекло. Возможно, именно в этом и состоял замысел Гаруны, оказавшей Меркелу столь явное покровительство? Если расправа над чужими душами ради себя любимого станет нормой, поддавшиеся сами по себе перестанут быть таким уж вопиющим явлением. Какая, в сущности, между ними и каким-нибудь королем, меняющим сотое кряду тело, будет разница? Конечно, это