Белая птица над темной водой - Екатерина Витальевна Белецкая

детей. Причем если раньше они убивали только тех, кто был неподвержен мутации, теперь они стали убивать просто всех подряд. Уже не разбирая. Тут до совершеннолетия доживает примерно пять процентов родившихся. Мутировавших, конечно. Нормальные гибнут в первые пять лет своей жизни.

— Кто-то пытался вмешаться? — Скрипач нахмурился.

— Пытался, — Карин тяжело вздохнул. — На начальных этапах. Но это вмешательство ни к чему не привело, потому что те, кто это начал, отказались от сотрудничества.

— Испугались? — догадался Скрипач.

— Разумеется. Вот только они испугались немного не того, чего следовало бояться, — Карин невесело усмехнулся. — Попытка отгрызть себя от всей обитаемой вселенной никогда и ни для кого не может закончиться хорошо, вы это, думаю, отлично понимаете. Они бы так и так оказались в изоляции. В первом случае — один на один с озверевшим населением, которое очнулось бы, и сообразило, что с ним сотворили. Во втором — с толпой болванов, неспособных ни к продуктивному труду, ни к созиданию, ни к творчеству, ни к развитию, да вообще ни к чему, зато очень и очень покорных. Они выбрали второй путь, и сейчас пожинают плоды своих желаний. Иногда выходят на связь, просят что-то. Для себя.

— И вы?.. — спросил Скрипач.

— Даём, нам не жалко, — Карин дёрнул плечом. — Препараты для геронто, кое-какую еду, технику. Ах, да, я забыл сказать: в связи с ситуацией на планете выезд оттуда им, как ответственной группе, воспрещен. И разрешен никогда не будет. Они проживут свои долгие и счастливые жизни там. Внизу. Иронично, не правда ли?

— Н-да, — протянул Ит. — В некотором смысле это действительно иронично.

— Какая-то злая ирония получается, — вздохнул Скрипач. — Если я правильно понял, инициировал этот процесс Карающий молот?

— Да, это были они, — подтвердил Карин. — Препараты, способы доставки, и прочее — их рук дело. Но я бы не рискнул назвать их инициаторами. Инициировали местные. А Молот просто дал им то, что они хотели.

— Кого-то за это осудили? — Иту стало интересно.

— Ну, разумеется, когда удалось это всё доказать — и поймали, и осудили. Вот только смысла в этом не было уже практически никакого. К этому моменту процесс деградации населения Сода стал необратим. К сожалению.

— Карин, а тебе их жаль? — спросил вдруг Скрипач. — Этих самых местных — жаль?

— Разумеется, — покивал Карин. — Ты правильно заметил. Я сейчас прячу свою боль под маской цинизма и отрешенности, но на деле — мне от осознания того, что тут произошло, очень плохо и горько. Это был интересный мир, причём мир Сонма, любопытная цивилизация, со своими особенностями, с надеждами, с мечтами. Превратить её вот в такое… ребята, вы сами всё понимаете, — он тяжело вздохнул. — Конечно, мне жаль. Я вообще последние годы много о чём жалею. Не только о цивилизации Сода.

— Мы тоже, — Ит покачал головой. — Мы очень жалеем о том, что теперь не исправить. Но, наверное, хватит об этом. Карин, высадка на планету запрещена?

— Нет, — пожал плечами Карин. — Вы хотите вниз?

— Не особенно, — Скрипач нахмурился. — Просто кое о чём вспомнили. Та женщина, Арина Дерзкова, или Эри, как она сама себя называла… в общем, она говорила о могиле своей матери. Мы подумали, что было бы неплохо почтить её память, ведь сама Эри вряд ли попадёт сюда ещё раз.

— Не советую, — покачал головой Карин. — Но… у вас ведь хорошая яхта, верно? Вы можете взять свой модуль, или, если хотите, я предоставлю наш, и вы посетите нужное место дистанционно. Могила была в Москве, верно?

— Разумеется, — подтвердил Скрипач. — Эри жила в Москве, и могила тоже находилась там.

— Маловероятно, что там сохранилось хоть что-то, — заметил Карин. — Но мы можем поискать и посмотреть. У вас есть считка женщины об этой могиле?

— Да, считка есть, — подтвердил Ит. — Сейчас я её покажу. Нужна карта города, и…

— Ох, Ит. Города больше нет, — Карин вывел визуал, и стал показывать картинки. Города действительно не было, лишь холмы строительного мусора, поросшие деревьями, и полузасыпанные снегом. — Там была… назовем это тихой войной, хотя и тишина оказалась ни при чём, и война тоже. Где находилось это место?

— Миусы. Вот старая карта, смотри, — Ит открыл визуал. — Что там сейчас?

— То же, что и везде, — ответил Карин. — Знаете, давайте и правда пошлем модуль. Живых цветов тут нет, конечно, но можно сделать имитацию. Модуль дойдет до точки, и положит цветы на предполагаемое место могилы.

— Тогда пусть это будет наш модуль, как ты предложил, — решил Ит. — Мы инициаторы этой затеи, нам и делать. Карин, слушай, — он помедлил. — Ты… ты не просто изменился. Ты стал совсем другим человеком, и человек этот — удивительный и прекрасный.

— Не надо льстить, — поморщился Карин. — Ит, ты ведь знаешь, чем я занимался раньше, и кем я был. Одна только моя коллекция непотребств чего стоила. Мне по сей день стыдно за то, что я это делал. И человеком я остался прежним, просто — я стал осознавать намного больше, чем в тот период, когда вы меня знали. Моя вера научила меня не только понимать чужие чувства, но и делать много всего другого.

— Например, распознавать ложь, верно? — спросил Ит.

— И это тоже, — Карин посерьезнел. — Ит, вы пришли не только из-за долга. Я прав?

— Нам нужны образцы, — ответил Ит. — Да, ты прав. Королева послала нас сюда за образцами, потому что Санкт-Рена проводит сейчас одно исследование по деструктивным процессам в аналогичных мирах, и генетическому слепку, поэтому…

— Не продолжай, — Карин покачал головой. — Используем для официальной вашу легенду, а на самом деле — заводите модуль, берите то, что вам требуется, и уходите. Я вас не выдам.

— Почему? — спросил Скрипач.

— Потому что когда-то вы преподали мне один из самых важных уроков в моей жизни. Вылечили от самонадеянности. Приходите завтра, мы всё сделаем. Подготовьте модуль.

— Карин, тебе за это ничего не будет? — спросил Скрипач.

— Нет, — усмехнулся Карин. — Хотя не совсем верно. Будет.

— И что же? — Скрипач нахмурился.