Кудей - Дмитрий Васильевич Колесников

Святой Лука… Внушал. Серьёзно. Если бы этот чел был следаком, у него на допросах «кололись» бы все, какую бы масть ни держали. Внешне ничем не примечательный, худощавый, благообразный старичок, с седыми до желтизны волосами, отросшими до плеч. Одет простенько, в какую-то хламиду, а поверх ещё и овчинный полушубок накинут, сегодня утро выдалось холодное, туманное. Лицо загорелое, цветом кирпич напоминает, кисти рук мосластые, крепко держат посох. Глаза… Вот тут я даже описать бы не смог, какие они у Луки. Вроде бы серые, невыразительные, тусклые… А смотрит так, что хочется на колени упасть и начинать каяться во всех грехах, начиная с разбитого окна и проколотой шины соседской машины. Я еле сдержался, да и остальные тоже, судя по их ошарашенному виду.

С Лукой пришли оба князя и Кудей, который со Святым говорил, как с равным, даже шутками обменивался, судя по скупым улыбкам. Вообще, два эти старикана вместе смотрелись мощно, как щит и меч, даже оба князя на их фоне как-то терялись.

— Так-так, — окинул нас одним взглядом Лука. — Интересно.

Он подошёл ко мне первому и прикрыл глаза. Рука Святого, тёмная, похожая на корневище дерева, легла на моё плечо, и я едва устоял на ногах, настолько она была тяжела и горяча. Я и дёрнуться не успел, а перед глазами полыхнуло белым, по ушам ударил громовой раскат, и из меня словно все силы выкачали. Я почувствовал, что куда-то лечу, а когда открыл глаза, оказалось, что лежу посреди двора и смотрю в небо.

Рядом раздался тихий стон. Скосил глаза, ага, точно, справа Кариша загорает. Лицо такое довольное, словно она три раза подряд кончила, сучка. Слева Проц валяется, всё ещё в отключке, а дальше все остальные. И что это было?

Силы быстро возвращались, уже через минуту я смог встать на ноги, чувствуя в голове странную пустоту, словно избавился от похмелья. Услышал негромкую беседу князей, Кудея и Святого.

— … на всех, — говорил Лука. — Сильный колдун был, раз столько Меток смог поставить после полного Призыва.

— Хорошо, что «был», — вставил Кудей. — Много дел мог натворить, сучонок.

— Архив его взяли? — посмотрел на Котырева Святой.

— Нет, отче, — с сожалением ответил вместо него другой князь. — Я лучших дознатчиков посылал, ничего не смогли найти. Так, парочка книг, что ты видел, да наброски заклинаний, и всё.

— Плохо, — покачал головой старец. — Там наверняка были упоминания о том, кто его учил. Не мог Виталиано такую силу просто так обрести, не мог! Учителя его надо искать, в нём корень всех бед.

— Постараемся, — пообещал Котырев. — Что с книгами делать, отче?

— Вон, Кудею отдай.

— Чур меня! Я эту мерзость в руки не возьму! — открестился маг. — Давай-ка, старый, ты сам их изничтожишь.

— А что так? Ты всегда до знаний жаден был.

— И у меня граница есть, через которую не переступлю. В тех книгах знания, каким не место на белом свете. Не искушай, Лука, во мне твоей святости и капли нет.

— Грешником ты жил, грешником и помрёшь, — пообещал Святой.

— А и ладно, — тряхнул гривой седых волос маг. — Зато компания на том свете будет весёлая. О, смотрите, пациенты в себя приходят. Как себя чувствуете Игорь Игоревич?

Короче, оказалось, что Метки стояли на всех нас. На всех, Карл! А Кудей талдычил, что только на одном или двух. Мля… Ладно, одной головной болью меньше, причём, в прямом смысле. С кем я ни говорил, все соглашались, что «что-то было, а теперь нет». Мля… Знал бы, на что внимание обратить, глядишь, и сам бы додумался. Хотя, я и так почти на сто процентов был уверен, что на мне Метка стоит, ещё Русе об этом говорил. А он не слушал. Никто меня слушать не хочет, уроды! А я всегда прав оказываюсь, раз за разом! Твари неблагодарные, мля…

Взять хотя бы то же дворянство. Ну, дали нам его, вписали в местный каталог, Бархатную Книгу то есть, и чё? Я на базар пошёл и, как лысому и говорил, на одни шмотки полторы сотни золотом потратил. А куда деваться? У нас же бал на носу, нас же сам губернатор пригласил! Пригласил, мля… На бал в джинсе не попрёшься, пришлось тратиться на придворный прикид. Не, обычная одёжка стоит вполне нормально, но нам же на бал надо! Мля… Слов нет, одни матерные.

В городе нашлось немало лавок с тканями, а при них и мастерские, типа ателье местные, где можно было либо подогнать по фигуре готовую одежду, либо заказать новую, но уже за приличную цену. А в тех мастерских, или даже ателье, где «строили костюмы» дворянам и боярам, цены просто космические. Правда, и шили быстро, этого не отнять, но сотню золотом за один… Один, мля! Один комплект из брюк, сорочки и длиннополого пиджака а-ля кафтан… Сто пятьдесят, сука, золотых монет! Из тысячи! Крыгина, дура безмозглая, четыре с половиной сотни на ветер выкинула! Платье она пошила, овца тупая.

Хотя, а чего ей не потратиться? Для бабы козырный прикид — что для мужика сабля и броня, то же оружие. Я, кстати, немного и по оружейным лавкам походил, прикинул палец к носу. Получалось, те же две-три сотни отдай и не греши, как говорится. Кираса, каска, поножи, оружие — всё денег стоит. Даже сраный наконечник на копьё в десятку обойдётся, мля! Надо было раздеть догола того урода, которого завалил, и всё себе захапать, а не в общак сдавать. Про кинжал никто слова не сказал, и про остальное бы промолчали, типа, «что с боя взято, то свято». Мля, денег нет, шо просто трындец какой-то. Кто же такой хитрожопый у них, что тысячей решил ограничиться? Вроде бы и много, а ни на что не хватает. Не покупать же имение в каких-нибудь бубенях? Из меня крестьянин, как из Сорокина атлет. Бал ещё этот, пропади он пропадом!

* * *

Глава 20

Аарон Борухович Герцман

Как там в одном злом анекдоте было сказано: «А жизнь-то налаживается!»? Кроме шуток,