Саймон говорит - Виталий Алексеевич Чижков

них были странных очертаний, с оранжевыми пятнами. Уродливые корни торчали из земли, а красноватые ветки изломанной формы простирались вдоль стен, переплетались с клубками проводов на полу и нагло лезли между потолочных реек. Фикусы будто сошли со страниц «Дня триффидов»! Убрать эти джунгли, разгрести свалку всяких технических приблуд и кладбище мебели – комната была бы просто огромной.

– Знакомься: Ее Величество «Черная Королева»! – Театральным жестом близнец указал в угол комнаты.

Саркофаг стоял в закутке, свет до него едва доходил. Но передо мною, без сомнений, была принимающая часть «Ферзя»!

С колотящимся сердцем я прошлепал к устройству. Рядом с ним высилась серверная стойка с десятком системных блоков, покрытых лохмотьями пыли. Я посветил на них смартфоном и разглядел бумажку с надписью «Сергей» на каждом блоке. К стойке тянулся провод от видавшего виды ноутбука с белесыми клавишами, раскрытого на тумбочке неподалеку.

– Мой телепортатор! – воскликнул я.

– Нет, – возразил Саймон. – Моя машина времени.

* * *

Саймон достал из кармана баллончик со сжатым воздухом и как следует прочистил ноутбук. Я нажал кнопку включения. На экране появилась мерцающая полоса загрузки.

Компаньон заметно нервничал, потирал руки и наворачивал круги по комнате. Его лысый череп то высвечивался рядом со стоящим фонариком, то растворялся в полумраке. Я сидел на стуле за ноутбуком и барабанил пальцами по корпусу в надежде ускорить загрузку.

– Я в квантовой херне вообще ни бум-бум, Сёма! – воскликнул Саймон. – Эту машину времени дурачки с кафедры квантовой механики заманту́лили. А потом их турнули всех из института. А я так вообще системотехник по антигравам, Сём. А Елдунов, черт поганый, меня, значится, на техподдержку этого пепелаца отрядил.

– Так вы ученый? – удивился я.

– В говне моченый. Инженер я, Сёма! Соль земли и мужик. Машинку-то списали, а она рабочей оказалась. Грех не пользоваться, скажи?

– Это проект «Ферзь».

– Вот-вот! «Ферзь». Знаешь, наверное, за него.

– Я его создал.

– Молодца, браток. Молодца. Я в тебе не сомневался.

Я встал, взял с пола фонарь и поднес его к «Черной Королеве», открыл саркофаг и чихнул.

– Ну вот сами посмотрите, Саймон, – сказал я, посветив внутрь. – Эти сопла – биопринтер. Внутри стенок – жидкий изотоп гелия, «Лед-9». А вон та коробка – генератор магнитных полей.

– Верно! – Лысый, незаметно оказавшийся сзади, похлопал меня по плечу и довольно крякнул. – Все в масть говоришь.

– В стойке на серверах работает программная подсистема, – говорил я скорее себе. – Шина больших данных с моей… то есть нашей биологической информацией, а еще вычислительный кластер, почему-то не на ПАПИКах.

– Ну и на хер они нужны, да? Я понял, что ты шаришь за эту чушку. Вот только не работает она. С железками я еще пособлю, а вот с настройкой и формулами не вывезу без тебя. – Саймон развел руками и выругался. – Ты давай почини мою машину времени, а я нас враз раскидаю по родным вселенным. Слышь, есть вот Родина, есть малая Родина, а я тебя верну на пространственно-временну́ю Родину, выходит.

Лысый заржал.

– Это квантовый телепортатор, – констатировал я.

– Ну че ты заладил-то, – посерьезнел близнец. – Завязывай. Это машина времени, век воли не видать!

Экран ноутбука вспыхнул логотипом НИИ ИиИИИиИ. Я вернулся на рабочее место и загрузил панель управления саркофагом. Саймон нехотя подошел и встал за спиной.

– Ну хорошо. Вы же инженер, Саймон. Что такое телепортатор? Вот перед нами «Черная Королева», а в НИИ стоит «Белая». – Я показал на топологическую карту сети. – Вот шлюз сверхскоростной передачи данных идет, да? По нему обычная информация сканирования органической системы – то есть меня, например, или вот вас – попадает оттуда, из НИИ, сюда, прямо в эту комнату. Понятно? А вот стрелочкой показан квантовый канал. Он тоже гоняет кое-что оттуда сюда. Что именно он гоняет, Саймон? Ну?!

– Да квантовое состояние он гоняет, Бикфорд ты дырявый! Не базарь со мной как с дурачком! – Саймон оттер меня от клавиатуры, вызвал консоль и со скоростью света начал набирать команды. – Шлюз биоданных твой – зырь! – вырублен. И квантовый канал твой вырублен!

– Подумаешь. Настройкой включить можно обратно. Сейчас включу, дайте.

– Сиди! Они отключены, потому что сканирует только «Черная Королева»! А никакой «Белой Королевы» вообще не существует! И квантовое состояние идет прям в вычислительный модуль на основе материала космического происхождения.

– Нет. Нет! Нет тут никакой «Частицы-0»!

– Есть!

– Нет!

Саймон схватил меня за ворот пальто и потащил к саркофагу.

– Смотри! – Он направил фонарь на шпиль, венчавший «Черную Королеву».

Похожая на шар гадалки, на конце тускло-тускло светилась… «Частица-0», вся перепачканная и покрытая пылью.

Я вывернулся из хватки, одернул пальто и медленным шагом, стараясь скрыть дрожь в ногах, вернулся к ноутбуку.

– Семен, ты баклан, – буркнул лысый и пошел с фонариком к своему рюкзаку. Он сел на пол и, расстегнув змейку, начал доставать какие-то пакеты, раскладывая на линолеуме.

Я еще раз чихнул и углубился в экран.

Мы с близнецом вздыхали, шмыгали носами и обиженно сопели. По подоконнику остервенело лупил дождь.

Работать без метавселенной «Чертогов» оказалось невыносимо. Пальцы устали уже через десять минут, а в глаза словно кто песком бросил. Я сидел, согнувшись в три погибели на неудобном стуле, да еще и за низкорослой тумбочкой вместо столешницы, отчего ныла поясница и деревенел зад.

В диспетчере устройств треть комплектующих горела красными иконками состояния. Нашлась и «Частица-0», ее иконка была зеленой – Саймон оказался прав. А вот каналов оказалось не два, а целых четыре! Одна пара – обычный и квантовый – соединялась с НИИ, как и задумывалось в «Ферзе». Но была еще одна пара каналов, и она замыкалась на «Частицу-0», не пойми откуда взявшуюся в «Черной Королеве».

Впрочем, все каналы были выключены конфигурацией, но при этом пинговались и светились зеленым.

– Эврика! – осенило меня. – Эй, Саймон, я все понял! Я был прав, это квантовый телепортатор. Только не из института на дачу, а в обе стороны. Поэтому тут вторая «Частица» и установлена, а каналы дублируются, как мы с вами. Ларчик просто открывался.

– Ой, да машина времени это, – отозвался лысый, кряхтя перетаскивая какую-то увесистую коробку. – Я тебе сотый раз говорю.

– Хорошо! – Я решил, что спорить с уркой, да еще и инженером, бесполезно. – Допустим, правда ваша. И как же работает типа-машина-времени сия?

Саймон подошел, не выпуская коробку, и с сомнением посмотрел мне в глаза.

– О таких материях, слышишь, лучше тереть за чифирём, – хрипло сказал он. – Но раз ты поинтересовался, да и лямку нам тянуть вместе, то расскажу.

Он поставил свою ношу на соседний стул, а сам умостился рядом на корточках.

– Смотри, допустим, я хочу скакнуть на N времени вперед. На N дней, скажем. И есть две параллельные вселенные. Одна – моя. Вторая – полностью идентичная, но со сдвигом на эти N суток. Ее я ищу в своем ППВ.

– ППВ?

– Поисковике параллельных вселенных.

– Поисковике параллельных вселенных?

– Ты глухой, что ли?