Ангел со сковородкой - Галина Дмитриевна Гончарова

И не только с ведьмаком.

Еще и с его хозяином, потому что у эна были серьезные проблемы вот с тем самым, и не всякая женщина бы согласилась исполнять его прихоти. А Кармен и ничего. Ну а чтобы вовсе вкуса к жизни не потерять с такими закоренелыми эгоистами, она себе еще одного мужчину завела. Так, чисто для тела. Водоноса, который мог на известном месте коромысло носить. И встречалась с ним для здоровья.

Получалось трое.

С тем, что рассказывала эла Сантос – совпадало.

Кстати – и объяснение вонючих духов. Когда человек проклят, они очень нужны, чтобы скрыть запах разложения.

Долорес была в курсе.

Не всего, конечно, но Кармен не могла долго молчать, а мать… есть такой тип людей. Хитро… хвостая дура. Два и два она не сложит, пять получит или десять. И стихотворение не выучит. А как где денежками запахнет, так вот она! Прилетела!

Самое забавное, что разбогатеть таким особо умным удается редко. Как раз по причине недостатка интеллекта. Житейская смекалка – она ж не все заменить может.

Долорес пыталась узнать, кто такой ведьмак и где он живет, но проследить за ним не удавалось, хагинатские лошадки бегали слишком быстро. А вот что удалось – это узнать, как они с Кармен связывались. Если надо было увидеться и срочно!

Кармен оставляла записки в условленном месте, ведьмак посылал кого-то проверять… Долорес следить даже и не пыталась, место такое, неудобное, не проследишь.

И когда Кармен умерла… что сделала эта умная женщина?

Правильно!

Она решила потребовать с ведьмака денег! Письмо с просьбой о встрече написала, в условленном месте оставила, адрес указала, ведьмак и пришел. Мог бы прийти ликантроп, но ведьмак, наверное, решил сначала узнать, кто это такой наглый, а потом уж и убивать.

Долорес даже не понимала, насколько ее поступок омерзителен. Все трое визитеров кривились, словно от дурного запаха, а она рассуждала спокойно, будто о туфлях, к примеру, или о покупке рыбы. Дело-то житейское, каждый за свою выгоду радеет!

Ой, подумаешь, дочку убили! И ликантроп какой-то! Долорес-то не тронут! Она умная, она сказала, что письмо написала и подруге оставила. Соврала, конечно…

Ведьмак, не будь идиот, решил, что детей все равно надо где-то и с кем-то оставлять, почему бы и не с этой бабой? Если она на все согласна?

Пусть принесет пользу, можно ей даже заплатить немного, а потом…

Что, у ведьмака только ликантроп в распоряжении? Э, нет! Способов сжить Долорес со света столько – перечислять до завтра будешь. И вот как это получается? Где-то умная, со слежкой догадалась ведь, и из дочери все вытянула, а где-то такая идиотка, что аж тошнит!

Вопроса, что с ней делать, не возникало.

Сдать в полицию? А смысл? Напугать как следует? Это уже более подходящий вариант. А там Энтони еще добавит, чтобы не запиралась. Покажет рисунки с места происшествий, расскажет, как выглядят жертвы проклятий… самое противное – сажать ее не за что. Она ведь ничего не сделала.

Не донесла?

Тут сто оправданий придумать можно. Сомневалась, боялась, хотела чуть позднее, чтобы самой во всем убедиться, проверяла, думала, не думала…

А в остальном – не убивала. Не калечила. Не держала у себя похищенных детей, не успела просто. Не получилось. Именно ей ликантроп должен был принести Эктора. Или Ханну, кого бы удалось украсть.

Но хищник нарвался второй раз на Ангелину и обрел закономерный конец.

А найти хороших исполнителей, которые потом не станут тебя шантажировать – это сложно. Хотя наверняка уже со дня на день что-то планируется, какая-то акция.

Самое обидное, что больше-то баба ничего и не знала. Ни где живет ведьмак, ни кто его хозяин. Кто ж жадной дуре такие вещи доверит? Ведьмак сам пришел, сам и ушел, связаться с ним теперь не получится, хоть место Долорес и выдала, так что он – дурак, что ли? Эта ниточка оборвана.

Нужна теперь эта Долорес?

Все трое переглянулись – и подвели для себя итог.

Да пошла она… вот именно туда, откуда на свет вылезла! Повезет ей – забудет про нее ведьмак. Не повезет – пришибет. И даже жалко не будет, уж очень баба гадкая!

Добавить ей пинка и отправляться к себе, а эта…

Пусть живет, если получится.

С тем налетчики и ушли, разве что Ангелина пару пинков эле Долорес добавила. И та долго сидела, ругалась… а что делать-то? Побежать в полицию?

Так ведь смысла нет, с ней же ничего не сделали! Только информацию вытряхнули и лишили надежды заработать денег.

Сволочи, сволочи, кругом одни СВОЛОЧИ!!!

НЕНАВИЖУ!!!

* * *

Пау был мрачен.

Сидел он себе вечером в библиотеке, в полной темноте, даже свет включать не хотелось, и мрачно смотрел в стену.

Пить тоже не хотелось.

Отец и эн Хуан уж пятый сон видели, а ему вот не спалось!

Тошно, тоскливо, муторно на душе… без Амели вообще волком завыть. Хотя так и так выть хочется.

Она там, он тут… и сын там! Кольдо Пау Санс!

Пока – Санс!

Не Видаль!

Даже не эн, а эл! И как с этим быть – непонятно!

Если б мать не была настолько против! Отца-то под бутылку на что угодно уломать можно, только подливать не забывай и свое повторяй, он когда проспится, будет уверен, что сам все придумал.

С матерью так не получится. И Пау был уверен, она и ему испортит все, что можно, и Сансам. А ему ж надо будет жениться, сына признавать, опять же Амели энной станет, но это не в один день делается. Если эла выходит замуж за эна, она все равно остается элой, пока трех детей не родит. А с такой бабушкой, как Абриль Вероника Видаль, даже сделать ребенка – уже подвиг, не то что выносить и родить здорового малыша! Ее раньше до выкидыша доведут!

Амели – тонкая, нежная, она всеобщего давления не выдержит. Пау она любит без памяти, но жить-то им среди людей! И энна Абриль этих людей так настроит… против них!

Монике крупно повезло.

Пау никому не признался бы, но сестре он чуточку завидовал. Не за любовь к Альваро, которую было видно всем. Не за его любовь, которую тоже не скрывал мужчина. А потому, что они оба равны по рождению, потому что им не надо никому и ничего доказывать… Он тоже справится, конечно, он не