Потерянное эхо - Фарха Таннба

хрупкие части одеянием госпожи Тидесбалы, собственными вещами и любимым шарфом. Что бы ни случилось на суде, она добъётся нового заседания, а дальше дело за Виенной. Рубидия не доверяла ей в полной мере, но чувствовала: та по-своему откровенна и действительно хочет встретиться с братом. А значит, мешать его спасению точно не станет.

Но вот Берницы…

— Майстерин, я натянула проволоку для контура, теперь нужно наложить плетение. Но мне понадобится дополнительная пара рук, чтобы контролировать натяжение и не деформировать контур, — окликнула Рубидию Тидесбала, как только та застегнула чемодан и подняла голову. Майстерин кивнула, и вместе магессы начали оплетать запаянное свинцовое-оловянное кольцо с камнем внутри стальной проволокой — петля за петлёй, виток за витком. Тонкая проволока ложилась на пол блестящей паутиной, тихо звенела, точно юлчыларские обережные украшения. Непривычный, но удивительно правильный, почти природный узор стремился к завершению, а небо за окном понемногу синело, становилось светлее, выше и прозрачней, и когда Рубидия наконец с трудом разогнулась, чтобы размять затёкшую поясницу, по её лицу скользнул тёплый золотистый луч, напоенный эфиром.

Солнце уже поднялось. Время вышло…

— Ут-Кызы, — позвала она лисентирин, чувствуя, как внутри поднимается волна ужаса.

— Я здесь, остаз, всё готово!

Юлчы вскинула руки, собирая эфир и создавая разницу потенциалов между перчатками. Рубидия едва успела схватить свой посох и впрыгнуть внутрь стальной паутины, как прикосновение тонких пальцев юлчы оживило контур, разогнало в нём эфирный вихорёк. Сталь, скрученная спиралью, вбирала в себя эфир из света и воздуха. И из людей вокруг!

Слишком быстро!

— Все на улицу! — рявкнула на них майстерин. Ослеплённая сиянием эфира, услышала, как хлопнула дверь: поняли! Сжала в кулаке потеплевший кулон, позволяя эфиру течь через посох и собственное тело в кристалл-двойник и дальше, в пустоту, к близнецу в далёком Эллери.

Не увидела, а почувствовала всей кожей, как плавятся свинец с оловом.

Контур лопнул.

Мама…

На миг Рубидии показалось, что она разучилась дышать. Воздух вышибло из лёгких, точно от удара в солнечное сплетение — или она будто оказалась под вакуумным колпаком. Испугаться или задуматься толком не успела — в лицо, колени и руки ткнулся какой-то хлам, пахнуло мылом, тленом и старыми тряпками. Чулан! Тёмная каморка или шкаф, и стоит заметить, весьма тесный и пыльный.

Где-то сбоку возилась, шипя ругательства на родном языке, Тидесбала, тоже дезориентированная после столь резкого перемещения в пространстве.

— Осторожней, пожалуйста, — чересчур резко прошипела Рубидия, когда юлчы ткнула её локтём под рёбра.

— Простите, майстерин, но тут слишком мало места для осторожности! — В темноте лишь нити эфира позволяли разглядеть похожую на оскал лисью улыбку, которая нередко предвещала наставнице новые неприятности и новые открытия, но Рубидию из себя за все прошедшие годы, которые ей довелось работать со своей сначала студенткой, а потом и лисентирин. Слишком часто эта ухмылка появлялась на её лице в самых неуместных и даже опасных ситуациях. — Но ведь пробой получился! Нас даже не размазало по пространству, так что эксперимент наконец удался!

Да, эксперимент с почти мгновенным перемещением через поток эфира — Тидесбала упорно называла его вихревым пробоем — удался. Именно поэтому Рубидия Гаусс, майстерин Алой коллегии магов и заслуженная преподавательница Эллерийского университета, сейчас позорно трепыхалась, чтобы выбраться из грязных тряпок и хотя бы нормально встать на ноги, пока её лисентирин шарила по стенам в поисках двери. Наконец Тидесбала нащупала ручку и вывалилась из каморки на свободу. Рубидия тоже потянулась к ослепительному свету и свежему — о, Творец, действительно свежему после всей этой пыли! — воздуху.

Она поднялась с мраморного пола в широком коридоре, сунула чудом уцелевший кулон в карман, постаралась хоть немного привести в порядок свою одежду и поправить причёску, пока Тидесбала осматривалась и даже внаглую высунулась в ближайшее окно.

— По крайней мере, мы сейчас в Эллери, а значит, пробой перенёс нас в столицу, — жизнерадостно отчиталась та, оглянувшись на майстерин. Рубидия подняла посох и устало вздохнула: кажется, ничто не могло расстроить или заставить Тидесбалу хоть ненадолго остановиться на месте. Но надо отдать ей должное: если они в столице, то результат превзошёл все ожидания. Если это и впрямь Эллери — а Тидесбала не станет врать и едва ли перепутает Город-во-фиорде с каким-либо другим, — Рубидия точно знала, в каком здании находится. Однажды увидев, эти стены с колоннами, эти высокие потолки, этот рыжеватый свет причудливых электрических ламп и узловатые побеги латунных цветов на плафонах уже ни с чем не спутать.

— Ут-Кызы, мы перенеслись в Имперский суд.

Та довольно кивнула, и темные косички с колокольчиками, похожие на змеек, рассыпались по её плечам, нестройно звякнув.

— Вот видите, майстерин, мне не хватало всего лишь правильного якоря, чтобы зацепить за него пробой. А если мы изготовим подходящий переносной артефакт…

— Потом, — нахмурилась Рубидия, — Документов у вас с собой нет, верно?

— Даже если бы были, — фыркнула Тидесбала, — на процесс нас всё равно не пустят. Вы же лицо заинтересованное, адмирал ваш старый друг, мало ли что вы там задумали, а от него избавляться надо наверняка… Шансов никаких.

— Вам просто хочется проникнуть в зал суда незаконно, — проворчала майстерин, не желая признавать её правоту. Да, адмирала Илаи подставили и обвинили в государственной измене, чтобы казнить сразу же после вынесения приговора. Менталист в судейской коллегии подкуплен и подтвердит его вину, сам Эрсин, дурак старый, болезненно совестливый и скрытный, не станет защищаться, поэтому шансов ему не оставят. Рубидии не позволили бы ему помочь, по крайней мере, помочь понятным и подобающим здравомыслящему человеку способом.

— Я просто выбираю кратчайший путь для достижения цели, — отмахнулась от упрёка Тидесбала, — Времени на правильный у нас всё равно нет.

Не желая больше спорить, Рубидия вытащила из потайного кармана свою полупрозрачную повязку, чтобы скрыть изменённые глаза с двойными радужками. Что бы ни произошло с ней в Сильте и по дороге туда, сейчас майстерин Гаусс представляла Алую коллегию и должна была соблюдать хотя бы некоторые правила приличия. Полоска ткани с вышитыми концами подчёркивала статус майстерин Гаусс и сейчас дала бы ей немного времени, которого хватило бы на краткую речь. Должно было хватить во что бы то ни стало.

Тидесбала по своему обыкновению приличиями решила пренебречь и двинулась вперёд без повязки, да так уверенно, будто каждый день заходила в Имперский суд как к себе домой. Свою лиловую с серебристыми узорами тюбетейку она тоже снимать не собиралась.

— Ут-Кызы, не бегите, — окликнула её Рубидия, — Нам нужно найти Большой зал. Процесс открытый, поэтому заседание должно проходить именно там. На каком