Нигредо. Созданный из пепла - Ника Грумет

не составило никаких усилий. Света забила бы больше, не будь в команде ещё и Богдана, Тихона, Сабины и Феди. Последний тоже был мастером в баскетболе, потому дошло до того, что они со Светой от скуки пытались отобрать мяч друг у друга, пока остальные просто бегали за ними и наблюдали за их яростной битвой со стороны.

Физрук сильно удивился внезапно возросшей скорости игры и опомнился не сразу. Пока Света с Федей в очередной раз, громко крича что-то друг другу и не замечая никого вокруг, решали, кто из них двоих забьёт очередной гол, учитель перевёл взгляд на одного из наблюдателей, сидящих на скамейке, и, что-то обдумав, направился в его сторону. Через минуту раздался противный визг старого свистка, объявляющий тайм-аут. Игроки вперили недоумённые взгляды в учителя, направляющегося в центр зала вместе с поднятым со скамьи парнем за спиной.

Света прищурилась: она видела его пару раз до этого, но одноклассник был до того тихим, что она до сих пор не успела запомнить его имя. Когда на него ни посмотришь, всё время сидит на своей парте в одиночестве, делая что-то в телефоне или читая книги. Обычно он выглядел таким холодным и отстранённым, словно общество его вообще нисколько не интересовало. Даже сейчас парень оставался равнодушным: не особо был рад тому, что физрук заставил его встать со скамьи, но и слишком разочарованным тоже не выглядел.

Сам физрук был просто счастлив, что смог вытащить парня на поле, и с широкой улыбкой обратился сначала к Свете. Уже успел зауважать её за навыки и относился так же, как к своим подопечным волейболистам, которых знает девять лет:

— Так, Света, ты, скорее всего, не знаешь, но этого парня зовут Жан. Уж очень тихий, но к баскетболу у него талант! Я поэтому и разрешал ему на скамейке отсиживаться — достойных конкурентов для него не было, забивал бы и забивал, ничего другим не оставляя. Федя тоже обычно прохлаждается, а сегодня вот что-то передумал. — Федя фыркнул, отводя взгляд на пейзаж за окнами. Физрук же на этот раз обратился ко всем. — Так, ребята, сегодня с Жаном играете! Вера, ты же не против вернуться на скамейку?

Этот тихоня — баскетболист? Света не скрыла удивления и уставилась на Жана широко распахнутыми глазами. Тот всё оглядывал безразличным взглядом зал, ни на секунду не задержав его на других ребятах. Роста он был такого же, как Федя и Богдан. Прежде разглядеть в нём баскетболиста можно было только по этому признаку. Насколько он силён, если до этого всё время сидел на скамейке для баланса сил? Не слабее Феди уж точно. А он-то почему перестал отсиживаться?..

— А, и Федя пусть с кем-нибудь поменяется. Не могу я смотреть на вашу борьбу один на один! Егор, переезжай к Свете и остальным!

— Чего?! — воскликнул Федя. — Это же двое против одного получается! Не логичнее Свету в другую команду поставить?

Света бросила пугающий взгляд на Федю, с надменным видом скрестившего руки на груди и едва ли заметившего её негодование. Физрук, устало вздыхая, покачал головой:

— Все эти десять минут я наблюдал лишь, как Света отбирает у тебя мяч, а не наоборот. Вот и проверим, справится ли она с вами двумя.

— Тогда… Тогда пусть она пойдёт на скамейку, а мы с Жаном друг против друга.

— Фёдор, баскетбол — командная игра. Ещё раз повторять не буду: прекратите сыр-бор! Зачем тогда изначально к Свете в команду пошёл? В прошлый раз с Богданом боролся, сейчас чего? По местам!

Не оставив ребятам права на комментарии, физрук вернулся на своё место, а ребята нехотя разошлись по своим. Света всё не сводила прищуренных глаз с Жана. Он даже не пытался вмешаться в разговор и сразу направился туда, куда ему велели. Будто просто принял реальность и предпочёл плыть по течению. Жизнь научила Свету не доверять странным людям. А Жан был очень странным. Пока никто не обращал на неё внимания, девушка решила на всякий случай аккуратно проверить, не обелиск ли тот вообще.

Сосредоточившись, она пригляделась. Попытка затянулась больше чем на пять секунд, но ничего вокруг так и не изменилось. Света была уверена, что проделала ровно то же самое, что с Амалией и Богданом в прошлые разы, но не увидела ничего необычного. За Федей, идущим недалеко от Жана, летел серебряный филин, значит, видение сработало. Но возле Жана не было никого. Что ж, подозрительность полезна не всегда. Парень был странным, но самым обычным человеком. Это из-за противостояния адептам Розенкрейц Свету стала такой недоверчивой?

Со свистком ребята продолжили игру. Теперь темп возрос ещё в несколько раз. Физрук рассчитывал на то, что все, немного передохнув, наконец-то сосредоточатся и ускорятся сами, но теперь уже и Феде пришлось стоять в стороне, выжидая подходящего момента, чтобы вмешаться в борьбу Светы и Жана. Только Света и сама уже готова была сдаться и присоединиться к наблюдающим. Что за скорость и ловкость у этого парня? И он всё это время тихо сидел на задней парте, не привлекая к себе внимания?!

Рефлексы у Светы всегда были прекрасными, с первых дней в секции она получала кучу похвалы по этому поводу. Обладай она навыками бокса с самого рождения, достигла бы нынешней силы ещё во втором классе. Но даже её реакции было недостаточно, чтобы хотя бы раз и хотя бы на долю секунды отобрать мяч у Жана. Разве может обычный человек в пятнадцать лет быть настолько быстрым? С каждым мигом она всё меньше верила в то, что Жан не был обелиском. Занимайся он баскетболом хоть с младенчества… Да не может такого быть!

Как только сигнал свистка в начале игры достиг слуха ребят, Света тут же ринулась к падающему на землю мячу, уже примерно представляя, как обходит соперников и ловко закидывает мяч в кольцо. Но тот вдруг просто исчез. Другие игроки, готовившиеся принимать пасы, тоже застыли и судорожно оглядывали поле в поисках мяча. Света, а вместе с ней и другие оборотни, не сразу успели понять, что Жан за их спинами уже оказался в метре от кольца и одним рывком закинул мяч в цель. Лишь когда раздался короткий свист, остальные игроки пришли в себя, но с трудом верили в произошедшее.

Жан только что за считанные секунды забил гол?..

Света вместе с остальными ошарашенно пялилась на возвращающегося в центр поля Жана. Всё теми же безразличными, устало прикрытыми глазами он блуждал по залу, не обращая никакого