По снегу босиком вместе - Нани Кроноцкая

И…. не спиной тоже прижавшись. Вообще на нем целиком вся лежит. Он щетинистым подбородком потерся об ее плечо и вздохнул.

— И давно? — просто спросила. Ей отчего-то было все равно. Хорошо и спокойно.

Дракон нервно поерзал и Марго с удивлением обнаружила, что он одет. Штаны на нем точно были, хотя пальцы ног, выступающие из белой пены ей говорили: носки дракон снял. И ботинки, конечно.

— Два часа. Я решил, что теплая ванна точно придаст тебе силы. Ты же рыбка моя.

Последние слова прозвучали так трогательно, что Марго развернулась к нему, поймав растерянный взгляд на ее выступившей из пены груди. Обнаженной, конечно.

— Я спала? А почему ты…

Он понял, молча кивнул, поймав на лету ее руку, устремившуюся к нему под водой. Зачем? Он и сам толком не знал, перед этой женщиной величайший из светлых драконов чувствовал себя просто мальчишкой.

— Я погрузил тебя в лечебный сон. Прости, но пришлось раздевать тебя, иначе…

Она усмехнулась. Двуликие тонко чувствуют это желание. Он хотел ее, она знала и не было совершенно нужды лишний раз в этом убеждаться простым прикосновением. Он желал свою женщину до страшных судорог, до зубовного скрежета и полной потери контроля над разумом. Но ровно так же страстно дико Ладон боялся ее потерять. В этих глазах, в его взгляде плескался немыслимый страх.

— Посмотри на меня, неужели не видишь?

Гулко сглотнул и все еще сам себе совершенно не веря спросил очень тихо:

— Простила?

Ну что ответить ему? Как описать всю ту бездну, что их разделяла? Маргарита еще вчера была совершенно уверена, что нет в этом мире тех сил, что помогут им перешагнуть через бесконечные все препятствия и условности. А теперь его руки лежали на округлившемся ее животе, и чуткие пальцы ощущали самый первые толчки его же наследия. Ей еще вчера казалось, что даже мечтать обо всем этом не стоит, а теперь она всем сердцем чувствует силу любви древнего.

Она вдруг поняла его. Он как извечный прилив океана: даже если отступит, то снова опять непременно вернется забрать ее. И никому не отдаст он свой берег.

— Глупый дракон. Разве любимых прощают? Их просто не судят.

— Ты? — обнял крепко за плечи, прижимаясь еще крепче. Рубашки на нем тоже не было. Горячая гладкая кожа дракона не обжигала, лишь возбуждала.

— Люблю тебя. Неужели не понял?

Нет, его эти мокрые эти штаны Марго жутко бесили. И вообще она дико соскучилась по мужчине, по его прикосновениям, по его ласкам. И всему остальному. Решительно приподнявшись с дракона Маго потянулась к проклятым штанам. Благо ремня на них не было.

— Тебе разве можно? — руки ее осторожно поддерживали, подрагивая от нетерпения, но целомудренно и аккуратно.

— Нужно, поверь врачу! — она улыбнулась лукаво, стягивая с него эти мокрые тряпки. — Лад, я оборотень, косатка, не ваза фарфоровая и беременность моя — не болезнь. Я без тебя погибала, хочу тебя.

Дракон медленно переваривал все с ними происходящее. Секунд двадцать точно, словно не верил глазам своим и ушам. А потом подхватил ее на руки, окончательно запутавшись из своих мокрых штанов, и роняя на пол ванной хлопья пены унес свой трофей прямо в спальню, на ходу ее нежно целуя.

Нужно так нужно.

54. Мы уходим

Гурзуф.

Венди тихо шепнула одно только слово и Лер сразу понял. тут же с ней согласившись. Да, эта история начиналась у Гурзуфе, есть прямой смысл ее там завершить.

Строить портал левой рукой было сложно, он хоть и левша, да только все схемы портальные строились слева направо. Приходилось ему на ходу перестраиваться, словно в зеркальном отображении проводя вектора и выстраивая маршрут их пути через два континента. От великого океана к коварному Черному морю.

Ди едва шевелилась снова устало присев прямо на пол она даже дышала устало и ее робкую попытку помочь он пресек быстро и сразу. Нужно учиться теперь жить калекой. И сразу же отучить всех от мысли ему помогать. Он справится.

Чуть больше времени, чуть меньше точности, включить от природы живой ум и вот оно, вполне элегантное построение. Ироничное даже, Ди непременно оценит.

Лер сделал шаг назад, поднял руку, привлекая внимание все еще спорящих ожесточенно друзей.

— Клавдий, Ге, мы уходим. Я пока беру паузу, форма связи обычная, по закрытому профилю.

— Мало вы прохлаждались там где-то в другом полушарии! — проворчал громко Клавдий. Он все еще был раздражен. Скользнул взглядом по искалеченной, все еще поднятой руке Лера и скрипнул зубами. Возразить на такой аргумент ему было нечего.

— И скорее всего не вернусь, — Лер поймал его взгляд и невесело усмехнулся в ответ.

— Мы не вернемся, — Ди выступила перед мужем, словно собой его заслоняя.

— Но… — Клавдий хотел было возразить, напомнить об еще одном, незаконченном деле, и о том, как он все эти недели в одиночку практически сам все расследовал, но…

— Как я удачно зашел опять! — Этот голос не узнать было трудно, невозможно, практически. — Как не загляну к вам на огонек, так вы все ругаетесь. Свет, такой теплый и дружный, не правда ли?

Несмотря на насмешливый тон, быстро выступивший из самого темного угла всесильный некогда демон вид имел очень потрепанный.

— Аве, Тьма. Как там дела наши скорбные?

Леру хотелось в Гурзуф и с каждой минутой все больше, а явление этого гостя снова их с Венди задерживало.

— Ваши неплохо, мои так и вовсе прекрасно. Собственно, я к вам по этому поводу.

Прекрасные дела Аваддона обычно грозили глобальными неприятностями. Но не теперь.

В двух словах он поведал подробности произошедшего на обрыве. Изложил свое трезвое очень решение «проблемы светлого Рафаила». С ним все согласились. Клавдий, как единственный оставшийся в живых претендент на должность главного инквизитора дал разрешение на принятие Фила в его демонический дом.

Решили все оперативно и быстро, без лишних слов и каких-либо споров, практически по-семейному. Хотя, именно так все и было: родители беспокойных детей встретились и на берегу обсудили дальнейшие действия.

— Кстати, сиятельные Дивины. — Авва отвесил поклон в сторону Ге, — А я вас и себя поздравляю. Подробности — позже и лично. И заранее предупреждаю: к внукам буду являться без всякого предупреждения. Мне понравилось быть человеком семейным, это… — он задумался на секунду и ухмыльнулся. — Наверное, даже затягивает. И вы еще, Гуло. — Вождь Тьмы развернулся к стоявшим теперь уже на самом пороге портала супругам. — Я ваш должник, и не возражайте. Мне Сэм достался лишь слабой тенью себя самого. И