Игра клеток - Гарри Конолли

подальше от него, он должен быть мертв, а общество охотится на него уже пятьдесят лет. Кроме того, я уверен, что он не привел с собой никаких хищников. У нас может не быть лучшей возможности.

— А что насчет сапфирового пса?

— Я оставляю это для вас двоих.

Настала моя очередь удивляться.

— Что? Вы собираетесь встретиться с ним лицом к лицу без меня? Босс...

У меня действительно не было деликатного способа спросить, сможет ли она справиться с ним в бою. Она была сильной, но не самой сильной. Кроме того, она израсходовала много своих заклинаний на — летящий шторм. Я был нужен ей.

Она прищурилась, глядя на меня. Как оказалось, мне не нужно было задавать этот деликатный вопрос. Она точно поняла, что я собирался сказать.

— Да, он опасен, Рэй, но знаешь что? Если его можно убить, я могу убить его.

— Хорошо, босс.

Аннализ повернулась к Кэтрин.

— Ты следуешь его примеру. Ты хороша в своем деле, но он это знает.

Кэтрин кивнула и посмотрела на свои туфли. Аннализ повернулась ко мне.

— Ты просто позаботься об этом хищнике.

— Хорошо — сказал я. Мне это не понравилось, но у меня не было особого выбора. Аннализ выбежала из кабинки и спряталась за деревьями.

— Какой у нас план? — Кэтрин пристально посмотрела на меня.

Я вытащил из кармана призрачный нож и засунул его за пояс брюк. У меня был нелепый момент, когда я испугался, что он может отрезать что— нибудь, что я хотел бы сохранить, но, конечно, этого не произошло. В конце концов, он не прорезал дно моего кармана.

— Я собираюсь дать себя схватить. Я устрою достаточно большой отвлекающий маневр, чтобы ты смог добраться до парковки и угнать машину. Ты умеешь угонять машину?

— Да, но Аннализ...

— Аннализ сказала тебе делать то, что я говорю. Лучший способ справиться со всеми этими людьми — позволить им отвести меня к сапфировой собаке. Если я смогу убить ее, не причинив им вреда, возможно, им станет лучше. Я пытался сказать это с убежденностью, но у меня её не было. Мне никогда не удавалось вылечить жертв хищника. Я не ожидал, что это сработает, и я не надеялся выбраться оттуда живым. Но не было необходимости говорить это вслух.

— Но вы же следователь. Вы привели нас туда, где мы должны быть. Меня так и подмывало сказать, что вам тоже не обязательно умирать.

— У вас есть дети.

— У многих из этих людей здесь есть дети. Кто-то должен за них постоять. Кто-то должен быть готов заплатить цену, Рэй, и я предпочел бы быть хорошим, а не в безопасности.

Мне показалось, что определение хорошего более размыто, чем я думал.

— Я делаю это не для того, чтобы спасти твою жизнь — сказал я.

— Ну, не только для того, чтобы спасти твою жизнь. В Уошауэе полно этих ублюдков. Кто-то должен сообщить об этом… — Я на мгновение замолчал, потому что у меня внезапно началась мигрень. Кэтрин тоже вздрогнула. Даже не думай об этом. Вместо этого я сказал:

— Возможно, это сделаю я, а не ты.

Кэтрин вздохнула.

— Если мы оба выживем, я куплю тебе пива. Если ты выживешь и я… — Она глубоко вздохнула.

— У меня две дочери, Рэй. Если со мной что— то случится, я хочу, чтобы ты держался от них подальше. Вы и все общество. Вы не можете рассказать им обо мне ничего такого, чего бы они уже не знали. Хорошо?

— Конечно. Вот — Я протянул ей пистолет Урсулы.

— Они бы все равно забрали его у меня.

Она взяла его.

— Рэй, я собираюсь быстро сказать это и уйти отсюда. Ты достойный парень, но тебе лучше сделать то, что ты должен сделать. Ты отсылаешь меня, поэтому я полагаюсь на тебя. Все, что нужно. Хорошо? — Я не был уверен, говорила ли она мне убить или быть убитым, и, думаю, она тоже не знала. Она повернулась и скрылась в лесу.

Я достал конфету из ящика, стоявшего рядом со мной. Это было восхитительно. Затем я выбрался из-под стола и выскочил на открытое место.

Глава 17

Я пробежал между прилавками, петляя между палатками и перепрыгивая через кабели. Кто-то крикнул:

— Эй! — и я повернул под прямым углом и нырнул под табличку с надписью "КОНКУРС СНЕГОВИКОВ ЗДЕСЬ!", а затем выбежал в открытое поле, обогнув брезент, покрытый тающим снегом, сделанным машинным способом. Я услышал крики позади себя и, поскольку на самом деле не пытался убежать, оглянулся.

Мужчины, женщины и дети бежали за мной по полю. Они были медлительны, даже подростки, и на несколько мгновений я забеспокоился, что они не смогут меня догнать. Затем я увидел, как по полю в моем направлении мчится пикап. Это были охранники, которые заменили Водостойкого.

Я побежал быстрее, зная, что смогу укрыться за деревьями только в том случае, если грузовик опрокинется или разобьется.

На мгновение мне показалось, что они попытаются меня задавить. Я приготовился свернуть в сторону, но водитель ударил по тормозам в дюжине ярдов от меня, а люди на заднем сиденье направили на меня оружие. Я остановился и поднял руки.

— Не двигайтесь! — крикнул один из них.

— Что вы, ребята, делаете? — Я крикнул в ответ, позволив своему голосу сорваться от страха. Глядя на дула их пистолетов, мне не пришлось прилагать особых усилий.

— Я просто хочу уйти! Я ненавижу бояться, но они бы заподозрили неладное, если бы я не выказал хоть немного страха, и я ненавидел их за это.

Водитель выбрался из грузовика. Ко мне бежали три десятка человек.

Как я и ожидал, они были полными дилетантами, они вышли на линию огня боевиков и, как правило, окружали меня. Когда они обыскивали меня, то не заметили призрачного ножа.

Один мальчик лет четырнадцати, у которого из-под вязаной шапочки струился пот, встал позади меня с ножом в руке. Я сказал им, что уйду с миром, но им было все равно. Они заставили меня идти с ними к полевому домику и продолжали топтаться на месте, пока мы брели по грязи. У самых маленьких из них, горстки ребят, которые едва доставали мне до подмышек, хватало энергии бегать вокруг меня широкими кругами. У пары из них было оружие, но у большинства были ножи, молотки, лопаты и другие хозяйственные инструменты.

Я хотел заглянуть в дом пастора, но не стал. Если Зан наблюдал за нами, а я подозревал, что так оно