На крыльях крови - Брайер Болейн

– Но реальность такова, – продолжал Виктор, – что вампиры остаются вампирами. Мы можем проявлять сдержанность только до тех пор, пока желание не вырвется наружу.

Я кивнул и направился к двери, надеясь, что аудиенция подошла к концу.

– Блейк.

Я остановился как вкопанный.

– Что касается Энии…

Я глубоко вздохнул, готовясь к худшему. Пауза затягивалась.

– Я нанес визит в Святилище. Передай девочке, что твоя мама шлет ей привет.

Я кивнул и распахнул дверь.

Книга 3

Глава 26

Медра

Через несколько дней после церемонии Главы Дома я отправилась на занятие по трэлл-защите, надеясь еще раз заглянуть в книгу заклинаний.

Я не видела Блейка с того дня на арене. Он пропускал наши занятия по продвинутому владению оружием. Не то чтобы он действительно в них нуждался.

Он убил Корегона на глазах у всей школы. Это был второй раз, когда я видел, как он убивает.

Он был… очень хорош в этом.

Какая-то часть меня все еще не могла переварить это. Корегон Фири был мертв. И он был тем, кто причинил Вону боль. Не Блейк. Я слишком быстро пришла к тому, что казалось наиболее очевидным. Глупая, безрассудная дура.

Иногда я пыталась оправдать то, что сделала. То, что Корегон наносил удары, вовсе не означало, что Блейк был не тем, кто нес за это ответственность. Вероятно, он велел Корегону напасть на Вона. Не может быть, чтобы это произошло без его ведома. Я достаточно узнала о том, как работает система подчинения у высокородных, даже здесь, в школе, чтобы все понять.

В тот день, после церемонии Главы Дома, Родригес сказал мне, что я должна ждать вызова в кабинет директора Кима для разговора о том, что произошло на занятии профессора Санкары.

Очевидно, Санкара уже обо всем доложил. Родригес выглядел почти испуганным, когда сказал мне об этом.

Но вызова так и не последовало.

Я все еще была здесь. Все еще ходила на занятия, ела в столовой, спала в своей комнате в общежитии первого курса. Ничего не изменилось.

Якобы я нарушила какой-то закон, напав на Блейка, и все же меня не наказали за это. Даже не оставили после уроков.

Может быть, директор просто ждал подходящего момента.

Я шла по уже знакомому коридору к кабинету профессора Родригеса. Как ни странно, уроки трэлл-защиты стали той частью дня, которую я ждала с большим нетерпением. Родригес был жестким, но справедливым, никогда не давил на меня сверх того, с чем я могла справиться. Я медленно, но верно училась разделять сознание на слои, возводить ментальные стены, способные противостоять силе принуждения.

А Родригес… Ну, он впечатлял. Он так много знал. Больше, чем когда-либо показывал. У него были свои секреты, и чем дольше я общалась с ним, тем больше мне хотелось узнать, какие именно.

Подойдя к двери, я один раз постучала, затем толкнула ее и вошла.

У меня перехватило дыхание.

За столом Родригеса сидел Блейк, закинув длинные ноги на деревянную поверхность, как будто это было его место. Он подбрасывал в воздух нож для вскрытия писем Родригеса, маленький кинжал с навершием в виде головы дракона.

Его светло-русые волосы лениво падали на лоб. Белая рубашка была расстегнута ровно настолько, чтобы открыть верхнюю часть черных татуировок, покрывавших его грудь.

Самодовольная улыбка заиграла на его губах, когда я вошла в комнату.

– Какого черта ты здесь делаешь? – потребовала я ответа.

– Родригесу пришлось сегодня уйти. Он попросил меня заменить его. – Принц склонил голову набок, явно наслаждаясь происходящим, в его глазах светилась насмешка.

Внезапно я поняла. Блейк был одним из учеников Родригеса. Один из высокородных, которых тот обучал трэлл-защите.

– Да ни за что, – пробормотала я, уже разворачиваясь. – Нет, спасибо. Передай Родригесу, что я приду на следующее занятие.

Прежде чем я успела дойти до двери, Блейк оказался перед ней, двигаясь с молниеносной скоростью, чтобы загородить ее своим телом.

Он с грохотом захлопнул дверь и прислонился к косяку.

– И куда ты собралась?

Мой пульс участился. Но я не хотела, чтобы он видел, как сильно я взволнована.

– Уйди с дороги. Ты не профессор. Я не обязана тебя слушать.

– Вообще-то… – Блейк заложил руки за голову. – Обязана. Может, я и не профессор, но я куда важнее остальных. Твой архонт. А еще я теперь глава твоего будущего дома. Официально.

Я пристально на него посмотрела, не собираясь рассыпаться в поздравлениях.

Он слегка наклонился к моему уху, его дыхание было теплым и мятным.

– Кроме того, мы оба знаем, что ты ни за что не пройдешь мимо меня, пока я тебе не позволю.

Его голос понизился, отчего у меня по спине пробежали мурашки.

– А я сегодня не в лучшем настроении, Пендрагон. Можно даже сказать, что я немного взбешен.

С опозданием я заметила, что по всему его подбородку тянутся синяки. Я не видела, чтобы Корегон бил его в это место. И как, интересно, они появились?

А какая вообще разница? Кого волнует, что Блейку Драхарроу досталось? Он заслуживал всего, что с ним случалось.

Мои глаза сузились.

– Подвинься.

Он усмехнулся.

– Дерзкая, как и всегда. Но ничего не поделаешь, маленький дракончик. Тебе нужно усвоить урок, и я намерен преподать его. – Он протянул руку так быстро, что я не заметила, как он это сделал, и убрал прядь волос с моего лица. – Я с нетерпением жду возможности показать тебе, как настоящий высокородный использует трэлл-принуждение.

Я оттолкнула его руку, чувствуя, как во мне закипает гнев. Но от меня не ускользнула тонкая насмешка в адрес Реган.

– Не смей прикасаться ко мне.

Глаза Блейка заблестели. Придурок веселился.

– Мне не нужно прикасаться к тебе, чтобы получить то, что хочу. И я хочу, чтобы мы узнали друг друга получше.

Без предупреждения он оказался в моем сознании. Вторжение казалось ударом кувалды.

Блейк не стал сдерживаться. Он не был Родригесом. Он вторгся в мой разум, взламывая мои защитные силы с грубой силой, к которой я не привыкла и к которой была не готова.

Стиснув зубы, я заставила себя сосредоточиться. Для это я и тренировалась. Какой был смысл в уроках, если я не могла противостоять настоящему высокородному?

Я возвела свои стены. Заблокировала свои мысли. Я могла с этим справиться. Но Блейк был сильным.

От каждого ментального удара в моей защите появлялись трещины. Стены, на возведение которых я потратила недели, начали рушиться. Я боролась, чтобы не пустить его,