Черновик для Эффы - Владимир Алексеевич Ильин

Некоторое время на меня смотрели, явно подумывая ляпнуть что-то гадкое, но потом все-таки поняли, что я очень быстро ем пирожки, и времени не так чтобы много.

— У меня стопнулось расследование. — Чуть пригнувшись к столу, шепнула она. — Мне надо в лигу «один-тысяча». Это тысяча метров в секунду.

Три скорости звука, нехило.

— Я… Я слишком медленная для таких скоростей, — с усилием продолжила девчонка. — Со здоровой ногой я бы сделала их всех… Но без форсажа энергетикой, не смогу. Чужих в лигу не пускают… Ты можешь жрать медленнее⁈ Хотя бы не запивай!

— Ухум, — просвистел я трубочкой, втягивая последние капли сока.

— Короче, все эти уроды, завязанные на педали с секретом, должны обслуживать лигу. — Прошипела она быстро-быстро. — Иначе не может быть таких скоростей!

Почему? Есть движки такие, что потянут и больше трех сверхзвуков — но я дожевывал второй треугольник и не спорил.

— Да, бывают движки быстрее. — Словно мысли прочитали. — Но это ж какие деньги! В общем, мне надо в эту лигу, и ты мне в этом поможешь. — С удовлетворением откинулась она на стульчик, празднуя свою победу — успела.

Я оттер салфеточкой со стола рот и, скомкав, уложил на блюдце с крошками от пирожков.

— Каким это образом? — Вздохнув сытым счастьем, благожелательно посмотрел на нее.

— У меня «Искра» двухместная. Ты регистрируешься на соревнования, кладешь ногу на таллиумную накладку. А я выигрываю гонку.

— У тебя все операции внедрения через пьедестал и лицо на весь ТВ-экран?

— Ты будешь на экране! И кубок поднимать будешь ты! А я в роли очень симпатичной подруги!

— Так-так. — Энергично кивнул я, чуть двигая скатерть, чтобы чужое пирожное пододвинулось поближе ко мне.

Еще немного, и смогу непринужденно забрать его руками — а пока тянуться бы пришлось.

Но что-то пошло не так — пирожное, так и не открытое, убрали на стульчик рядом.

— Очень симпатичной подруги! — Повторила она. — Сюда смотри!

— Прошу простить это разочарование во взгляде, оно вовсе не про вашу красоту! Просто, мыслю, что шансы мои с тем пирожным были куда реальнее. Увы. Продолжайте, — смирившись с утерей, положил руки на живот.

— Короче. Тебя, на волне популярности, подтягивают в лигу «один-тысяча». Туда ты едешь со мной. После чего меня отбивает длинноволосый красавчик-блондин, и возвращайся к своим пирожкам. — Снисходительно махнула она ручкой.

— Длинноволосых не рекомендую, — честно отрабатывал я съеденное. — Волосы в шлем плохо укладываются. Выбирай с короткой стрижкой.

— Это я образно! В общем, я вхожу в эту лигу и работаю дальше. Нормальный план.

— Есть некоторые нестыковки…

— Это был не вопрос. План — нормальный.

— А я в нем, типа, топливо для твоей педальки.

— Ты же знаешь, у меня проблемы со здоровьем.

— А ты, значит, выигрываешь гонку на скорости выше трех махов.

— Я — пилот атмосферного истребителя! — Горячилась девчонка.

— Который не должен работать ниже уровня городской застройки. — Меланхолично отметил я важное обстоятельство.

Девушка молча выставила пирожное передо мной, убедилась, что я принялся за него, и только потом продолжила:

— Часто мы работали гораздо ниже нижнего уровня. Для меня все эти конкурсы — детство в розовых штанишках. Я — профи, они — любители. Приматываем пластырем таллиум к твоей ноге, надеваем тебе памперс и дергаем там всех.

Я с укором посмотрел на нее, затем на треть пироженки. Даже есть расхотелось.

— Ладно, без памперса. Верю, что ты мачо и, вообще, не такое еще видал, — закатила она глаза.

— Что по оплате?

— Половина призовых за первое место. — Тут же выдала она.

— Авансом, вне зависимости от исхода гонки.

— Не пойдет. Тебя может срубить от волнения и перегрузок, и тогда что есть накладка, что нет ее.

— Мне предлагается верить в твое мастерство, и в то, что ты не угробишь борт и меня вместе с ним?

— Я тоже рискую. Это ты тут, на земле, храбрый. Хочешь, покатаю на «Искре»? Это тебе не по ТВ смотреть! — Вздернула девчонка подбородок.

— Мое предложение, — подумав, выдал я, — по итогам гонки половину призовых мне. И половину тому, кто доведет «Искру» до финиша.

— Даже не думай. Я тебе руль и педали блокирую первым делом.

— Идет, — спокойно кивнул я. — Договор? — Протянул я руку.

Та прищурилась с явным подозрением:

— Разблокировка второго комплекта только по кризисной биометрии первого пилота…

— Ну ты ж у нас пилот атмосферного истребителя, — пожал я плечами. — Чего тебе бояться?

Чуть подумав, девушка взяла мою ладонь своей и крепко сжала.

— Ах да, деньги на взнос за участие тоже с тебя, — кивнул я ей. — Пять тысяч.

— А вот… Насчет пяти тысяч… — Запнулась девчонка.

— М-м? — Отпил я воды.

— Ты, надеюсь, их не потратил?

— Я ж говорил — потратил.

— Далеко потратил? — Напряглась она.

— Вообще не вариант вернуть. Что, ищем деньги на взнос? — Печально посмотрел я на нее.

А еще «Пламенеющую» водит… Там заправка треть этой суммы.

— Да не… Деньги на взнос есть.

— Фух, — с облегчением выдохнул я, вновь откручивая бутылку.

— Тут такое дело… Их бы вернуть…

— М-м, — отрицательно качнул я головой.

— Да я просто заменю купюру! Они просто фальшивые!

Я успел повернуться, чтобы фонтан воды прошел мимо столика и гостьи за ним.

— Ч-что? — Ошалелыми глазами смотрел я на девчонку, оттирая подбородок.

— То есть, не фальшивые! — Заговорческим тоном произнесла она. — Там просто слово «Взятка» через всю купюру!

«Да бл@ть!!!»

— Надо заменить. Вот. Пошли, сходим?

— Куда⁈

— Заменим купюру, — недоуменно дернула она плечиком. — Ты, кстати, зачем воду на голову льешь? У тебя все хорошо?..

Глава 3

Капли воды стекали по щекам, пресными слезами падая на скатерть.

— Почему купюры были мечеными? — Спросил я тем тоном, которым задают вопрос про смерть любимого главного героя в фильме.

Ты даже не ждешь ответа в такие моменты. Просто весь мир, до того приятный и комфортный, становится тусклым, а в сердце толкает обида.

— Так я на задании была! Как