Сорок третий 7 - Андрей Борисович Земляной

- Через Альду и Лиару?

- Это самый тихий путь. Они уже рядом с ним, умеют держать удар и не станут бежать по коридорам с криком о спасении государства.

- Лиара только что вошла в другое дело.

- Да. Но это другое дело не связано с Обществом. Его нельзя смешивать.

Король внимательно посмотрел на Талиса.

- Поясните.

- Кушер Зонти не имеет отношения к Машине призыва. И к флотским деньгам тоже не имеет прямого отношения. Его использовали как удобную отвлекающую цель: человек с мутной репутацией, сложной правовой биографией и достаточным количеством врагов. Через него молодых юристов отвели от флотских поставок. Салтис относится к флотско-тыловой коррупции и к операциям вокруг фонда, но для Общества Песочных часов он слишком мелкая фигура. Там другой масштаб и другие люди.

- Хорошо, что вы произнесли это вслух. В плохих расследованиях всё любят пришивать к одному мешку, чтобы потом удивляться, почему мешок порвался.

- Именно этого я и опасаюсь. Флотское дело сейчас даст много шума. Но на этом шуме Общество может уйти глубже, если мы начнём считать все нити одной верёвкой.

Логрис вернулся к столу.

- Что предлагаете?

Талис положил перед ним первый лист.

- Первое. Закрыть несколько архивных разделов под предлогом ревизии состояния фондов. Не королевским запретом и не приказом о безопасности. Обычная техническая мера: плесень, переплёт, переучёт, повреждённые каталоги. Чем скучнее объяснение, тем меньше паники. Но растянуть так, чтобы забегали.

- Хорошо.

- Второе. Взять под контроль академических посредников. Читать переписку, отмечать связи, смотреть, к кому они потянутся после закрытия архивов.

- Согласен.

- Третье. Проверить приглашения иностранных магов за последние два года. Особенно лекции по контурной магии, древним системам удержания формы, прикладной эфиристике и истории запретных машин. Формально через дворцовый протокол и санитарные требования к лабораторным помещениям.

Король усмехнулся.

- Санитарные требования против тайного магического общества. Иногда государство прекрасно именно своей мелочностью.

- Мелочность труднее объявить умыслом.

- Верно. Продолжайте.

- Четвёртое. Проверить закупки редких реагентов через академические и медицинские каналы, но отдельно от флотской проверки. Если смешать с тыловой коррупцией, мы получим много грязи и мало смысла.

- И пятое?

- Предупредить Ардора. Не пугать, не посвящать в каждую таблицу, но дать понять: вокруг него снова есть движение, и часть этого движения может заинтересоваться именно людьми, способными выдержать контакт.

Логрис некоторое время молчал.

- Он плохо реагирует на полуправду.

- Поэтому говорить нужно прямо, но беда в том. что всей правды и мы пока не знаем.

- А если он захочет действовать сразу?

- Тогда Альда и Лиара удержат его от лишнего шума лучше, чем приказ. Приказ он выполнит. Но сначала пусть задаст вопросы, а я отвечу на всё что смогу.

- Вы слишком высоко оцениваете семейное управление военными героями.

- Нет, Ваше Величество. Я просто видел, как плохо государство управляет ими через бумаги.

Король коротко рассмеялся.

- Да, с сильными людьми больше проблем, но они всё же чаще решают их а не создают. - Логрис взял чистый лист. – Резюмирую. Большой совет не собираем, академию не тревожим, министерству эфиристики - только узкие поручения в конексте общих финансовых проверок. Архивы закрыть, переписку читать. По Ардору - через Альду и Лиару, но без драматических посланий. Не хватало ещё, чтобы половина столицы узнала о Машине призыва из-за чьего-нибудь героического шёпота.

- Будет исполнено.

Король поставил подпись, но лист не отдал сразу.

- Ингро.

- Ваше Величество?

- Найдите человека, придумавшего название.

- Общества?

- Да. «Песочные часы» - это не случайная канцелярская метка. Я чувствую в этиом что-то больше, чем просто красивый символ. Так называют себя либо романтики, либо фанатики. Первые любят красивые символы, вторые любят чужие жертвы. Самые опасные успевают и то и другое.

- Я займусь.

- И ещё. Не позволяйте повседневной грязи заслонить это дело. Воры в мундирах опасны, но понятны. Маги, решившие, что стоят выше государств, хуже стократ. Вор хотя бы знает, что ворует. Фанатик уверен, что возвращает миру утраченное право быть счастливым под его надзором.

Талис собрал листы в кейс, оставив на столе только знак с песочными часами.

Король посмотрел на него и поморщился.

- Это заберите тоже. Не хочу, чтобы эта дрянь лежала на моём столе и делала вид, будто у неё есть историческое значение.

Талис позволил себе сухую улыбку.

- Слушаюсь Ваше Величество.

Глава 3

Осенние дожди и туманы окончательно накрыли столицу Шардала, вызывая приступы мигрени и астмы у стариков и желание сидеть дома у людей помоложе.

Но жизнь не отменить и Ардор всё так же ездил на учёбу, Альда в свой директорат, а Лиара занималась делами благотворительных фондов и профсоюзов.

Рабочие лидеры быстро поняли все преимущества присутствия маркизы Таргор-Увир в своих рядах. Она не выгадывала налоговых льгот, не пыталась использовать рабочих в своих целях и действительно много делала для людей труда. Но самое главное, она никогда не подменяла интересы благотворительных организаций своими интересами. И это очень быстро стало достоянием всех, кто занимался этой темой.

Вообще некоторое воровство из благотворительных фондов являлось нормой. Пять процентов - у честных людей, десять у нормальных, а дальше начиналась область свободного творчества, без конца и без ограничений по уровню жадности. Но и благотворителям тоже не интересно набивать чужие карманы. Перед новым особняком главы фонда не перережешь торжественно ленточку, и не получишь медаль.

Но с приходом Лиары, всё изменилось. Она не воровала сама и не давала воровать никому. А стало быть рационы в детских домах, домах призрения и государственных больницах резко улучшились, бельё посвежело, а очень многие заслуженные работники оказались в разных неприятных местах, объясняя, как они смогли достичь таких финансовых результатов со столь скромными окладами.

И будь Лиара одна, её бы, наверное, сожрали, как сожрали многих честных людей в этой системе. Но за спиной хрупкой, всегда стильно одетой рыжеволосой женщины, маячили такие фигуры, что люди просто увольнялись, понимая, что против Корпуса Егерей, и деловой империи Альды Таргор-Увир, в девичестве вон Зальт, никакому профсоюзному деятелю не продержаться и минуты.

Происходили и другие изменения.

Альда Таргор-Увир тоже стала больше внимания уделять вопросам рабочих и вообще низового персонала, что следом сформировало целую волну из тех, кто желал помочь людям, но