Сорок третий 7 - Андрей Борисович Земляной

Следом у Лиары стали появляться свободные деньги. Не личные, конечно, а пожертвования без жёсткого назначения, суммы, раньше незаметно уходившие на раздутые сметы, посредников, странные закупки и людей, умевших объяснять любую пропажу словами «сложность доставки» или «особые условия поставки». Теперь эти деньги оставались в фондах, и советники Лиары начали предлагать то устроить какой-нибудь безумно дорогой праздник для рабочих семей, то построить новую больницу, то придумать ещё что-нибудь полезное, дорогое и настолько привычное, что газетчики написали бы об этом до обеда, а к ужину забыли.

Однажды вечером, когда ужин уже почти закончился, Лиара отложила приборы и посмотрела на мужа.

- У меня образовалась странная проблема. Денег стало больше, чем понятных способов их потратить. Людям нужно всё: бельё, лекарства, отопление, кухни, крыши, кровати, врачи, учителя, юристы. Но если снова построить больницу, это будет правильно и привычно. А мне кажется, что привычного уже мало.

Ардор, до этого молча слушавший, как Альда объясняет очередную бухгалтерскую нелепость в одном из старых фондов, поднял глаза.

- А сколько стоит большой дом в рабочем районе? Не дворец, но чтобы метров сто по фасаду и с хорошим участком рядом.

Альда сразу насторожилась. Такой вопрос у Ардора редко возникал из праздного любопытства.

- Если брать приличную улицу, крепкую коробку, нормальные перекрытия и сухой подвал, миллионов десять. С отделкой, оборудованием и землёй можно добавить ещё два раза по столько. У Лиары сейчас примерно пятьдесят миллионов свободных пожертвований, если не трогать целевые суммы. И я уже почти боюсь спросить, что ты задумал.

- Сделать Дом культуры, - сказал Ардор.

Лиара несколько секунд смотрела на него пытаясь собрать из двух понятных слов общий смысл.

- Что сделать?

- Дом, куда рабочий человек приходит с женой и детьми не пить и не убивать время, а делать что-то для души. Там должны быть залы, комнаты для занятий, библиотека, мастерские, буфет, гардеробы, хорошее отопление, вентиляция и уборные на всех этажах, потому что о них обычно вспоминают тогда, когда уже поздно и публика начинает ненавидеть искусство по хозяйственным причинам. Детали пусть посчитают строители. Но суть простая: это место для рабочих и их семей.

Альда слушала всё внимательнее. У неё на лице появилось выражение человека, уже видящего не только стены, но и сметы, газетные заголовки, врагов, союзников и будущий состав попечительского совета.

- Идея… богатая. Но труднее всего будет найти человека, способного этим управлять. Чтобы понимал искусство, не превращал рабочих в благодарную массовку, не воровал, не давал воровать другим и при этом не умер от ужаса на второй неделе от столкновения с городскими службами.

- А вот тут я, пожалуй, помогу, - сказала Альда с улыбкой. - Есть у меня на примете один человек. Морген Рист, бывший директор Королевской школы искусств. Его уволили по подложному письму, а когда всё выяснилось, восстанавливать не стали, ведь место уже занял тот, ради кого всю комбинацию и затевали. Но если дать ему власть, хорошее жалованье и возможность работать, он горы перевернёт.

Лиара всё ещё обдумывала само словосочетание.

- Дом культуры… Такого никто ещё не делал. По крайней мере, в таком виде. Больница, приют, столовая понятны. А здесь получится эдакий дом для всех.

- Именно, - сказал Ардор. - И если это место правильно устроить, туда не так легко пролезут те, кому рабочие нужны только в виде топлива для политических битв.

- А шуму будет много, - сказала Лиара, задумчиво глядя куда-то в пространство.

Альда тихо рассмеялась.

- Шуму будет столько, что часть Марсаны решит, будто мы открываем не Дом культуры, а запасную столицу. Во-первых, фамилия нашего дома окажется во всех газетах. Во-вторых, тут же набегут люди, желающие поучаствовать деньгами, потому что новая форма благотворительности всегда пахнет будущими портретами, и возможно даже наградами. Ну и в-третьих, Королевская Канцелярия обратит самое пристальное внимание. Дело со всех сторон выигрышное.

- И политическое, - уточнила Лиара.

- Разумеется. Всё, что собирает людей без разрешения застарелых воров из попечительских советов, политично по своей природе. Поэтому парламентских болтунов надо держать как можно дальше. У них есть свои клубы, площадки и места для крика и взаимной порчи воздуха. Дом культуры не должен стать ещё одной лавкой по продаже возмущения.

- У них есть «Громкое поле» в Королевском парке, - сказала Лиара. - Вот пусть там и зазывают. В нашем доме можно спорить о трудовых договорах, грамотности, расценках, безопасности машин, но не превращать каждую комнату в маленькую трибуну.

Ардор кивнул и, немного подумав, продолжил:

- Ещё рядом нужен парк. Не огромный, но красивый и аккуратный. Дорожки, скамейки, место, где можно подождать до представления или после, афиши перед фасадом, чтобы люди видели не только своё мероприятие, но и чужие. Библиотека внутри обязательно должна быть общедоступной. И не экономьте на простых вещах. Плохая лестница, тесный гардероб или очередь в уборную иногда губят народную любовь быстрее плохой пьесы.

Лиара посмотрела на него с лёгким, но уже не насмешливым интересом.

- Ты так говоришь, как будто видел подобные места.

- Вторая память, - спокойно ответил Ардор. - Лезет что-то временами. Не всегда полезное, но иногда применимое. Обращайтесь, у меня ещё есть идеи.

Альда мгновенно уловила это слово.

- Например?

Ардор понял, что случайно открыл дверь, из которой теперь так просто не выйдет.

- Военный парк. Общественное пространство, где можно пройти полосу препятствий, пострелять под надзором инструкторов, посмотреть боевые машины, посидеть внутри, прыгнуть с вышки на парашюте, поесть в солдатской столовой, погонять на специальных машинах, посмотреть, как устроена служба не в газетном героизме, а руками, сапогами и потом. Для города это развлечение, для армии - уважение и будущие добровольцы, для богатых - новый способ выглядеть полезными.

Альда смотрела на него уже с откровенным жадным интересом, и Ардор сразу понял, что перед ним не праздное любопытство.

- В Марсане некуда потратить деньги? - спросил он.

- Есть куда, конечно. Но ювелирка из изменённых камней и металлов всем приелась, балы и званые вечера давно похожи друг на друга, бесплатные больницы уже не согласовывают так легко, потому что их настроили немало, бесплатные столовые по королевскому указу открываются только в дни национального бедствия, а детские молочные кухни хоть как-то работают и потому перестали выглядеть эффектно. Автомоторы тоже не в чести, хоть обклей их золотом и бриллиантами. Вот и выходит, что богатым почти нечем выделиться,