Проказник - Андрей Олегович Белянин

class="p1">Нет, наверное, сначала нужно вкратце пересказать то, что поведал мне рыжий брат. Ибо таковы неписаные правила ирландских легенд, хоть их не принято читать на трезвую голову. Но давайте попробуем, чего нам терять?

Итак, нашему Тираннозавру было девять лет от роду, то есть вполне зрелый и здоровый кот. Глупышку Мэри он любил до безумия, так как она заменила ему мать. Но, собственно, и маму самой Машки-мышки, как он ее называл, рыжий питомец прекрасно помнил. Увы, ее не стало в результате автомобильной аварии пять лет назад…

Отец-капитан, понимая, что с его полугодовым отсутствием невозможно нормально воспитывать дочь, перешел на береговую работу в порт. Потом, спустя время, женился снова – на женщине с двумя детьми, – и вот они уже второй год или чуть больше живут все вместе.

Девочка старалась не огорчать отца, вновь подписавшего контракт на выход в море, и закрывала глаза на слишком многое, но коты пренебрежения не терпят. Тиран, как любой непокоренный зверь, поднимал грозные бунты против полуголодного существования, гадил в тапки, драл обои, но после трех суровых публичных экзекуций тупо сдулся.

Ибо в первый раз его безжалостно отходили веником, во второй силой обрили наголо, а в третий, когда он вновь оброс и жестко отомстил всем троим, так вообще отвезли к ветеринару, где, выражаясь деликатным языком, бедный кот стал обычным евнухом…

Как такое можно забыть или простить? Никак, никогда, никому, ни за что!

– Приятель, уж прости за прямоту, но ты тоже не веришь, что ее мачеха ведьма?

– На-атура-альная, – уверенно мурлыкнул Тиран, почесывая левое ухо. – Ра-азве норма-альная женщина-а оста-авила-а бы котика-а голодным? Молоко не еда-а.

– Я знаю. Но ты уверен, что в доме не держат виски?

– Мр-р, у отца-а в шка-афчике стоит много бутылок, но я совершенно не ра-азбира-аюсь в этом, прости, дружище…

– ГДЕ ЭТОТ ШКАФЧИК?!

Котяра вежливо пресек мои попытки его придушить и мотнул головой в сторону коридора. На втором этаже, где была родительская спальня, капитан держал небольшой бар, куда складывал всякий разный алкоголь, привезенный из заграничных портов.

– Из дьюти-фри, – важно добавил кот.

Я автоматически врезал рыжему по ушам за англицизм, но в полноценную драку не полез, поскольку на горизонте замаячило многозначительное слово «бар», в котором по определению есть выпивка! А это значит, что…

– Поехали!

Тиран немножко побрыкался, изображая необъезженного скакуна, когда я вспрыгнул ему на спину, но сдался после пары пинков по ребрам. Все-таки кастрирование жестоко ломает психику любого свободнорожденного существа на планете. Увы…

Никогда не надо так поступать лишь ради вашего удобства, о, людишки!

Мы проехались легкой беговой рысью по коридору до второй лестницы наверх.

Там же, как мне было сказано, находилась большая гостиная. Библиотека, круглый обеденный стол, кресла для отдыха, длинный диван, ковры, цифровое телевидение – как домашний кинозал.

Да, кстати, о последнем нужно конкретно расспросить мою Светлую Госпожу. Я, разумеется, был в курсе развития технологий человечества, но в мое время (то есть в то, что я хоть как-то помню) кинотеатры еще не были одомашнены.

О наличии всяких таинственных возможностей интернета меня также не предупреждали. Честно признаю, в этом редком случае обычный кот оказался образованнее меня, гордого жителя холмов с двух– или трехсотлетним опытом жизни среди людишек…

Так вот, когда мы добрались до заветной спальни, Тиран вдруг вздрогнул всем телом и резко рванул за угол, едва не прищемленный неожиданно раскрывшейся дверью. На пороге стояла высокая Стелла Эдуардовна, она не видела нас, но мы отлично слышали каждое ее слово.

– Девчонка еще не готова. Нет. Уверена. Но я стараюсь, не надо на меня кричать. Да? Да. Конечно нет. Кто меня может заподозрить, если муж по шесть месяцев шляется в море? А ей я позволяю играть в чародейницу и даже сама подарила пару книг по настоящей магии. Я помню. Я в курсе. Ну, если совсем уж нужно официальное заявление, то подтверждаю: пока проблем нет.

На этом разговор с неизвестным или неизвестной был закончен. К моему разочарованию, эта дамочка вернулась в спальню, чем полностью перекрыла нам доступ к заветному бару. Когда-нибудь я ее убью за такое дело, обещаю…

– Ма-ак, на-ам нужно сва-алива-ать, – шепотом предупредил толстяк.

– Ох ты ж, святая Бригитта, – вовремя вспомнил я, сложив два и два. – Уж если эта злобная тетка здесь, значит, обед закончен и наивная Мэри со слезами ищет меня по всем углам комнаты? Прости, мой рыжий брат, я побежал…

И да, когда это нужно именно нам, то мы, проказники, можем двигаться с нереальной скоростью. Вы уже это знаете, но повторение – мать учения! Кажется, именно так вас дрессируют в школе?

Ну вот и правильно. Продолжайте, вы это заслужили.

Оставив Тирана, я опрометью бросился по коридору налево и по лестнице вниз, успев влететь в комнатку Светлой Госпожи как раз в тот момент, когда она с источником света в руке обыскивала все углы. Наивная, как не знаю кто, честное слово. Прости меня, святой Патрик…

– Кого потеряла?

– А-а?..

– Ага. И тебе привет!

– Ты… в смысле, ты тут?

Иногда я просто теряюсь в разговоре с людишками. Чего они от нас вдруг резко хотят? Но если так уж надо, может, им стоит хотя бы попробовать формулировать свои мысли и пожелания немножко четче и конкретнее, а?

– Я тут. И никуда не сбежал. Ты волновалась? Так очень и очень зря…

Она даже не успела ответить, как я вспрыгнул ей на плечо и заорал в полный голос:

– Твоя мачеха ведьма-а! Как ты можешь не замечать очевидного?!

– Она… не плохая. Просто строгая. И потом, папа говорит, что мы все…

– О, троллья задница, как же я хочу поговорить с твоим стариной! Мне вот прямо-таки есть что ему высказать!

– Мак, мне… больно! Отпусти…

Я в ту же секунду пришел в себя и спрыгнул на стол в ее комнате. Конечно, Мэри не так умна, но она угостила меня печеньем и соком. Так что уж нет, если кто и будет причинять физическую боль этой девице, то, во-первых, не я, а во-вторых, только попробуйте сделать это при мне! Надеюсь, все всё поняли…

Она прикрыла дверь и уселась за стол. Я устроился на том же фальшивом черепе, закинув ногу на ногу. Какое-то время мы просто молча смотрели друг на друга. Не говоря ни слова, не корча рожи, ничего не демонстрируя неприличными жестами. Иногда все-таки лучше молчать, чем, выражаясь по-ирландски, кусать собеседника за горло.

– Что это