Голоса извне. Они уже тут - Лина Рут

Аварийное прекращение операции. Михеева силой оттянули на дистанцию 5 м. Связь восстановилась. Субъект находился в состоянии шока и повторял: «Оно живое… Оно увидело меня…»

10:30. Экстренный медосмотр. На коже правого предплечья (под скафандром) обнаружены следы, аналогичные ожогам 1‐й степени. Субъект жалуется на постоянный звон в ушах и чувство «присутствия за спиной».

4. Результаты:

Объект «Разлом» активно реагирует на попытки физического контакта и, возможно, является способом проникновения в иное место, не связанное с привычной человечеству реальностью. Необходимо рассмотреть возможность полного физического проникновения при усилении защитных средств. Рекомендовано продолжить изучение опосредованными методами. Михеева И. В. перевести в лазарет для наблюдения.

Подпись: Руководитель программы «Мост»

старший научный сотрудник

Петрова Т. И.

Глава 3

Шепот в пустоте

Средний срок, в который находят большинство людей, пропавших без вести, – первые двадцать четыре часа.

Примерно столько же времени прошло с того момента, когда в последний раз видели Свету Мельникову. Девочка словно сквозь землю провалилась.

Участковый Игорь Сергеевич откинулся на спинку стула и сдавил пальцами переносицу. Он работал в крохотном кабинете, пропахшем табаком и пылью, и сейчас напротив него сидели трое подростков и пожилая женщина. Он видел их страх, надежду, злость. Игорь Сергеевич хорошо знал такие взгляды – часто видел их в Афганистане. В горах, где смерть поджидала за каждым углом, где каждый день теряли своих и надеялись без всякой надежды. От этого сейчас было еще тяжелее.

– Анна Васильевна, я все понимаю, – повторил он устало, стараясь не смотреть детям в глаза. – Но и вы меня поймите. Девочке двенадцать. Город огорожен, за КПП она не уходила – это факт. Значит, она здесь. Может, у подруги заночевала, обиделась на что‐то… У подростков же своя логика.

– У какой подруги?! – Голос Анны Васильевны дрожал от бессильной ярости. – Вот они, ее друзья! Больше у нее никого нет! Родители давно погибли, из родственников только я и сестра ее! А Света не такая, чтобы просто взять и сбежать!

Сидевшая на краешке стула Кира сжала кулаки. Витька мрачно уставился в царапины на грязном линолеуме, словно надеялся увидеть в них ответ. Саша, не отрываясь, молча смотрел на старый «Океан‐209», стоявший на полке за милиционером. Приемник был выключен, но в ушах у Саши стояло тихое, назойливое шипение – такое же, как дома, будто приемник ожил под его взглядом. Но никто не повернулся, не заметил этого – а значит, это было всего лишь Сашино воображение.

Их всех допрашивали по отдельности, задавая странные, однотипные вопросы: «Часто ли Света грустила?», «Не говорила ли когда‐нибудь о желании уехать?», «Часто ли у нее случались конфликты в семье?».

Все крутилось вокруг одной мысли – это побег. Обычный подростковый бунт. Сначала Саша уверенно твердил: «Нет», потом понемногу стал сомневаться, а еще позже, вымотавшись, просто мотал головой. В душе царило опустошение. В конце концов, глядя на его серое лицо, милиционер махнул на него рукой.

– Серьезных происшествий в этом городе не было с момента его основания, – продолжал Игорь Сергеевич, постукивая карандашом по бумаге. – Ничего криминального не случалось, никаких маньяков или банд. Поэтому пока можно расклеить листовки, а мы будем осматривать лес, чердаки, подвалы… Но, честно говоря, чаще всего дети находятся сами.

– А если нет? – тихо, но четко спросила Кира.

Милиционер посмотрел на нее. В его глазах мелькнуло сочувствие, но быстро спряталось под маской усталости.

– Тогда будем поднимать документы, объявлять в розыск по области. Но это может занять много времени. И шансы, сами понимаете… – Он не договорил, но все действительно поняли.

Мир за пределами города был огромен и равнодушен к одиноким маленьким девочкам.

Анна Васильевна вдруг побледнела еще сильнее. Ее дыхание стало частым и прерывистым. Она схватилась за сердце.

– Вы… вы ничего не делаете… – прошептала она, задыхаясь. – Она одна, ей страшно… А вы…

– Гражданка, успокойтесь! – вскочил Игорь Сергеевич, но было уже поздно.

У Анны Васильевны закатились глаза, и она стала медленно оседать на пол. Кира бросилась к ней и подхватила женщину под руки. Витька замер в растерянности. Саша почувствовал, как шум в ушах превращается в оглушительный звон.

Милиционер не суетился, не кричал – он действовал спокойно и четко, как человек, привыкший к чрезвычайным ситуациям. Схватил телефон и набрал скорую. Всю необходимую информацию говорил резко, отрывисто, без лишних слов, будто отдавал команды.

Через пять минут подъехала скорая. Фельдшер – усталый мужчина с огрубевшими руками – действовал быстро и умело. Наметанным глазом оценив обстановку, он наскоро измерил давление, пробормотал: «Гипертонический криз», – и вместе с участковым погрузил Анну Васильевну на носилки.

Все выбежали следом. Фельдшер запрыгнул на пассажирское сиденье, дверца «буханки» захлопнулась. Водитель включил мигалку, и скорая помчалась в больницу, отчаянно завывая сиреной.

Игорь Сергеевич несколько секунд смотрел ей вслед. Потом вздохнул, почесал затылок и вытащил из кармана пачку «Беломора». Поглядел на застывших рядом ребят.

– Идите домой, – вздохнул он. – Я буду делать то, что должен. Утром начнем прочесывать лес. Если вспомните что‐то – сразу ко мне. Поняли?

Участковый кивнул собственным словам и, спрятав так и не закуренную сигарету, ушел в кабинет. Закрывшись за ним, тихо щелкнула дверь.

Трое друзей остались стоять на улице в наступившей тишине.

– Вот и все, – хрипло сказал Витька. – Анна Васильевна в больнице. Милиция ждет, что Света вернется сама. Что нам теперь делать?

– Искать, – твердо ответила Кира. – Если взрослые нам не верят, будем искать без них.

Саша молчал. В ушах гудело. Ему казалось, что если он сосредоточится, прислушается, то разберет в этом шуме чей‐то шепот. Он сдавил виски ладонями.

– Саш? – Кира положила руку ему на плечо. – Ты чего?

– Ничего, – спохватившись, Саша убрал руки. – Просто… голова болит.

Кира нахмурилась, но ничего не сказала. Саша увидел в ее глазах тревогу и отвернулся, почувствовав укол вины.

– С чего начнем? – спросил Витька, нервно постукивая ногой.

– Со старшей сестры Светы, – повернулась к нему Кира. – Ее зовут Даша. Она студентка, но живет там же, с бабушкой и Светой. Может, расскажет нам что‐то, что не сказала милиции.

Даша встретила их на пороге опустевшей квартиры. Она ждала дома на случай, если Света вернется. Девушка была на несколько лет старше Светы, но такая же хрупкая, с умными, усталыми глазами и в аккуратных очках. Она вышла в старом спортивном костюме, собрав волосы в небрежный хвост, и выглядела потерянной.

– Заходите, – просто сказала она, пропуская их внутрь. – Я знала, что вы придете.

Ребята молча зашли в прихожую. Квартира оказалась весьма скромной – недорогая мебель, выцветшие