Системный тактик 2 - Макс Крынов

— А какие товары приносили наибольшую прибыль в последние годы? — спросил я. — Не вообще, а конкретные направления.

— Ты всё ещё ищешь товар, который можно купить за медяк в одном мире и продать за золотой в другом?

— Скорее пытаюсь понять масштаб возможностей.

— Тогда начни с неприятного вывода: ничего очевидного ты не придумаешь, — сказал он без издёвки, просто поставив передо мной ещё одно ограничение задачи. — Если товар легко добыть, безопасно перевезти и выгодно продать, торговые Дома уже обнаружили это. Они закупят сырьё до того, как ты узнаёшь о существовании такого товара, арендуют склады возле Арки, заключат договоры с местными добытчиками и выкупят места в караванах на месяцы вперёд.

— Значит, свободных возможностей вообще нет?

— Свободные возможности существуют всегда. Очевидных почти нет.

Отец отрезал кусок омлета, и я поймал себя на том, что внимательно слежу за его вилкой. Помотал головой.

— Возьмём серебролист, о котором я уже говорил. Разница между ценой в Аскене и ценой в Сар-Мейне выглядит огромной. Именно это видит новичок. Торговый Дом увидит, что лучшие районы сбора уже поделены между четырьмя компаниями, что свежий лист нельзя держать рядом с железом, что его сушат только при определённой влажности, что треть собранного относится к дешёвому подвиду, который неопытный покупатель не отличит от лекарственного, и что сар-мейнские палаты снижают закупки в зависимости от сезонов. Три года назад наибольшую прибыль дали гронтские глубинные насосы, — продолжил отец. — В Келларе открыли несколько шахт ниже старого водоносного слоя, и местные механизмы не справлялись.

— Значит, насосы закупали в Гронте и продавали в Келларе.

— Да. Первые две партии принесли почти сорок процентов дохода.

Я невольно выпрямился.

— Вот уже ближе к нужному.

— Третья принесла двенадцать. Четвёртая пошла в убыток, потому что ещё пять Домов увидели те же отчёты и закупили те же насосы. А еще цены в Гронте выросли, Келлар получил достаточно насосов, а затем тамошний мастер разобрал устройство, изучил и сумел наладить выпуск упрощенных копий.

Отец сделал глоток воды.

— Высокая прибыль очень быстро привлечет конкурентов. Ты даже не успеешь привыкнуть к монетам в кармане, как рядом с тобой уже будут три-четыре торговца куда умнее, богаче и злее.

— Можно предложить лучшую цену на товар.

— Тогда ты заработаешь меньше конкурентов, а они временно снизят цену ещё ниже твоей. У тебя закончатся деньги раньше, чем у них.

— Можно повысить качество обслуживания.

— Именно так появились некоторые из нынешних крупных торговых Домов.

Я вернулся к еде, хотя мысли уже были далеки от завтрака. Отец, конечно, был прав. Я смотрел на межмировую торговлю глазами человека, только что обнаружившего существование рынка. Видел огромные разницы цен и воображал, что достаточно провести между ними линию. Но линии уже были проведены, и по ним двигались охраняемые караваны, снаряженные на деньги Домов, которые занимались этим поколениями. На этих линиях сидели банки, страховщики, чиновники, владельцы складов, посредники, мастера…

— Значит, искать неизвестный всем товар бессмысленно? — спросил я.

— Не совсем. Искать-то можно, кто тебе не дает? А еще мир может поменяться. Арка может открыть проходы к двенадцатому миру, новому и неизвестному. Или вдруг появится новое месторождение неизвестного ранее ресурса или способ применения старого и не слишком ценного материала. Но если ты рассчитываешь просто просмотреть список цен и заметить то, чего не увидели сотни купцов, тогда твоя уверенность превосходит твою осведомлённость, скажем так.

Спасибо, отец. Всегда приятно, когда тебя вежливо называют самоуверенным невеждой.

— Что еще может принести новые возможности и прибыль, кроме нового мира?

— Война. Новая технология. Неурожаи, болезни. Изменение пошлин. Ошибка крупного конкурента. Новый способ хранить скоропортящийся груз. Удешевление обработки материала.

Вот это было уже ближе к тому, что я ищу. Не найти товар, которого никто не видел, а раньше других понять или предугадать изменения. Не искать чудесную монету, лежащую посреди дороги, а следить за системой и замечать момент, когда привычные связи перестают работать. Война меняет спрос на оружие, лекарства, транспорт и продовольствие. Неурожай в одном мире увеличивает цену на заменители из другого. Новая технология обрушивает старую маржу и создает новую. Это уже была не торговля в стиле «купил дешево, продал дорого». Это была Тактика.

Отец отложил вилку.

— Ну и напоследок: вряд ли ты обойдёшь Вейров в обычной торговле. У них больше капитала, людей и опыта. С ними куда выгоднее договариваться и пользоваться их связями и ресурсами за процент от прибыли. Либо предложить им способ заработать больше и получить из этого долю.

Еще недавно я думал, что земные знания позволят увидеть очевидную возможность, которую местные пропустили. Сегодня стало ясно: местные не были идиотами, терпеливо ожидающими попаданца с идеей купить дешево и продать дорого. Здесь уже существовали банки, страхование, монополии, промышленный шпионаж, торговые Дома с вековым опытом, арочные крепости, межмировые цепочки поставок и люди, способные превратить завтрак в экзамен по экономике. Моим преимуществом мог стать другой способ собирать, связывать и использовать сведения.

То есть снова Тактика.

Глава 3

— Для составления бюллетеня мне нужен доступ к архивам.

Отец даже бровью не повел.

— Нет, Корбин. Я понимаю, что ты хочешь составить бюллетень с самой передовой информацией, однако доступ сразу к архивам — это примерно как попросить ключ от оружейной, чтобы выбрать нож для завтрака.

Элина тихо фыркнула, тут же сделала вид, что кашляет в салфетку.

Я пожал плечами.

— Хорошо, тогда уточню. Мне не нужны семейные тайны, личные письма, договоры и прочие тайны Дома. Мне нужны сведения, которые позволят сделать бюллетень.

— Это уже не «архивы», а рабочие материалы, — педантично уточнил отец.

— Пусть так.

Эдвин откинулся на спинку стула и несколько секунд внимательно рассматривал меня.

— Начнем с того, что самая передовая информация имеет владельца, — сказал отец наконец. — Иногда это Дом. Иногда банк. Иногда человек, который рисковал жизнью за Аркой. Иногда чиновник, который не должен был ничего рассказывать, но рассказал. Если ты напечатаешь такую информацию, твой бюллетень проживёт ровно до первого судебного иска или вызова на дуэль.

Я нехотя кивнул и пообещал:

— Я научусь отличать закрытые сведения от тех, которые можно использовать. Кроме того, составленный мной бюллетень обязательно пройдет твою цензуру. Я и не думал, будто смогу составить и отдать в печать что-то от имени