Системный тактик 2 - Макс Крынов

class="p1">После этого в висках предупреждающе застучало. Я отпустил Анализ и несколько секунд сидел, не двигаясь, потому что любое резкое движение обещало превратить стук в полноценный колокол.

Фокус: 8 → 5

Комната едва заметно кружилась. Руки дрожали не от страха и не от слабости, а от нервного перенапряжения. Обидно, конечно: тело в целом держалось лучше, чем вчера, возросшая Выносливость действительно помогала, но Фокус не был мышцами, его нельзя было размять, растянуть.

Оставалось самое важное: итоговая форма бюллетеня. Нужно было отделить то, что можно «печатать», от того, что стоит показать лишь отцу.

Я выждал почти полчаса. Позвонил в колокольчик и попросил подать обед в комнату. Проглотил еду, почти не ощутив вкуса, посидел, ожидая, пока успокоятся бьющие в висках молоточки.

Фокус не восстановился ни на единицу. Видимо, этот ресурс возвращался только во время сна.

Когда боль поутихла, я в четвёртый раз использовал Анализ, но уже не для документов, а для собственных выводов. Нужно было собрать информацию в итоговые выводы.

Подытожив прочитанное, я отменил Анализ и отложил перо.

Мигрень стала чересчур сильной. Зрение размылось, слова на бумаге начали расползаться, будто решили покинуть строки и жить самостоятельной жизнью. Я закрыл глаза и некоторое время просто сидел, чувствуя, как боль пульсирует где-то глубоко за глазницами.

Фокус: 5 → 2

Текущее состояние: 2/14

Дальше использовать Анализ было опасно. Я не знал, что происходит при нулевом Фокусе, но предпочту пока не выяснять.

Я посидел с закрытыми глазами, дожидаясь, пока боль поутихнет (не дождался).

Результат был отличным. Я действительно проанализировал данные, нашел точки соприкосновения и сделал выводы. Копнул гораздо глубже, чем это мог сделать пятнадцатилетний парень, и глубже, чем смог бы я сам без навыка. Анализ не подарил мне опыт главы торгового Дома, но по открытым данным я увидел больше, чем мог бы без навыка. Если информация в запечатанном конверте подтвердит мои выводы, то следующий выпуск уже вызовет ажиотаж. Народ смекнет, что бюллетень стоит покупать, пойдут заказы, потечет золотишко…

И тут система отреагировала.

Навык «Анализ» повышен.

Уровень навыка: 3.

Я открыл глаза, не сразу поверив увиденному, но строка не исчезала.

Боль в висках на мгновение перестала быть важной. Даже комната, кажется, перестала кружиться, хотя, возможно, эйфория от повышения навыка. Я развил навык не на тренировочных задачках, не на придуманных примерах, а на настоящих торговых документах целого Дома! Да, устаревших. Да, отобранных мне в качестве учебной задачи. Но настоящих.

Навык «Анализ» повышен.

Уровень навыка: 4.

Теперь навык позволяет лучше разбирать структурированные финансово-торговые данные.

Расход Фокуса при анализе документов снижен.

Риск перенапряжения при работе с таблицами и цифрами снижен.

Я выдохнул и поймал себя на глупейшей улыбке. Навык вырос сразу дважды! Если бы голова не болела так мерзко, я бы, наверное, вскочил и начал наворачивать круги по комнате.

Я не первый Тактик в этом мире, разумеется. Наверняка другие тоже качались на чём-то: на военных играх, на семейных уроках, на шахматах и на управлении слугами, на учебных картах, на решении задач наставников. Но какие преимущества были у меня?

Невероятный объём первоклассной информации. Большинство новеньких Тактиков, если они вообще получали нормальное обучение, имели в распоряжении учебные материалы, наставнические примеры и сухие задачи, где все исходные данные заранее разложены по клеточкам. А кто из них имел доступ к архивам целого Дома? Кто имел рядом учебные кристаллы, отца-лорда с колоссальным опытом? Кто, в конце концов, обладал не только телом подростка, но и душой, памятью и знаниями тридцатипятилетнего мужика, который пусть и не был торговым гением, зато успел прожить достаточно, чтобы накопить информацию о мире?

Эйфория продержалась недолго. Её испортила мысль об отце. Он сразу поймёт, что его сын не мог составить такой отчёт за два часа.

Может быть, пятнадцатилетний Корбин и был умнее среднего, может, его учили, может, в нём могли проснуться какие-то способности, но это никак не объяснит ни глубины аналитического подхода, ни скорости решения этой задачи. Я мог попытаться прикинуться трудолюбивым, сослаться на удачу, сказать, что выводы сами бросались в глаза. Но разогнанный возросшим навыком Анализа разум вдруг сказал мне неприятную вещь: отец уже догадался о моем классе. И он ждёт, когда я признаюсь сам.

Я дотянулся до колокольчика. Громкий звук ударил по вискам. Я поморщился.

Томас вошёл спустя минуту.

— Господин Корбин?

— Будь добр, принеси настой от головной боли. И позови Элину, если она свободна.

— Да, господин.

Когда он ушёл, я аккуратно разложил бумаги на две стопки. Первая — публичное. То, что можно напечатать, не указывая пальцем на конкретные Дома, страховые случаи, закрытые договорённости и странные пустоты в документах. Вторая — внутреннее. То, что стоило показать отцу, но нельзя было печатать в бюллетене.

Томас вернулся с чашкой настоя. Горький травяной запах сразу заполнил комнату, и я искренне надеялся, что чем отвратительнее лекарство пахнет, тем сильнее оно действует. Иначе мироздание опять обманывало людей без достаточной художественной причины.

— Леди Элина сейчас придёт.

— Благодарю.

Я медленно выпил настой. Отвратительно вязкая горечь расползлась по языку, по горлу. Боль не ушла, даже не утихла, но я уже знал, что в течение получаса станет легче.

Элина появилась через несколько минут.

— Ну что, уже можно помочь тебе с бумагами?

— Можно, — сказал я. — Но давай договоримся: бюллетень не должен выглядеть, как… — хотел было сказать «приглашение на свадьбу», потом — «страница из девчачьего дневника», но оба примера могли показаться неудачными для этого мира, так что выбрал третий. — Цирковая афиша. Он должен быть аккуратным, понятным и таким, чтобы человек сразу видел главные разделы. Заголовки крупнее. Между блоками — свободное место. Рамки можно, но простые. Без цветов, птичек, завитков и рисованных зверей, пожалуйста.

Элина нахмурилась, оценивая масштаб трагедии.

— А маленькие угловые узоры?

— Если они не помешают мне писать текст.

— Ты скучный, — вынесла она приговор, но чистый лист взяла.

Мы обсудили макет. Вернее, я объяснял, что мне нужно показать читателю. В итоге родилось нечто приемлемое: сверху название, под ним короткая сводка в несколько пунктов, затем три больших блока — «Риски», «Возможности» и «Стоит обратить внимание».

— Вот так можно? — спросила она спустя полчаса, развернув лист ко мне.

Я все это время провел в кресле, ожидая, пока подействует настой, но стоило сестре позвать, посмотрел. Ожидал увидеть декоративную катастрофу, но вынужден был признать: получилось лучше, чем сумел бы сделать я, если