Предотвратить Зону - Денис Бригсон

– У-у-у-у!!!

Майор вырвался из мысленных терзаний и устремил взгляд в сторону выработки, пытаясь разобрать, что происходит. В следующий миг ударил бешеный импульс – словно резкая разрядка, – и волна сжатого воздуха, давя на уши, с глухим рокотом пронеслась во все стороны от невидимого эпицентра. Воздушный поток был такой силы, что лейтенант, стоящий у кромки карьера на посту, едва не упал на пятую точку, а дрова и угли в костре разметало так, что чуть не загорелся еловый лапник, настеленный под карематами и спальными мешками в импровизированной зоне отдыха под навесом. Бойцы резво подхватились тушить огонь, а Виктор подбежал к ошалевшему лейтенанту.

Из карьера поднималась пыль, внизу в серой завесе моргали поваленные болларды и прожекторы, сновали туда-сюда бесцветные силуэты. Виктор отобрал бинокль у Артема и поднес его к глазам. Взвившийся слой серой пыли не давал достаточно разглядеть картину даже с восьмикратным увеличением.

– Гоплит! Гоплит, прием! – прокричал в радиостанцию майор. – Гоплит!

Ответа не последовало. Каратаев сунул бинокль в руки лейтенанту со словами: «Будь здесь!» – и помчался вглубь выработки по уходящей спиралью туда дороге. Откуда только взялась энергия в уставшем организме, но Виктор быстро преодолел весь путь до дна карьера. Не добежав десяти метров до минивэна, он перешел на шаг – из-за автомобиля вышел Гоплит, целый и невредимый, одной рукой прикрывал платком нос и рот от пыли, вторую предостерегающе вытянул вперед открытой ладонью.

– Ты куда, майор? – недовольно спросил тот. – Кругом – и вернулся наверх!

Тяжело дыша то ли от бега, то ли от избытка эмоций, Виктор окинул взглядом дно карьера. Там царила суматоха.

– Алло, майор?! – громко и сердито произнес Гоплит.

– Рация молчала, – оторвавшись от созерцания суеты, ответил лысому стражу Виктор. – Я подумал…

– Не надо думать, майор! – перебил его Гоплит. – Тебе не за это платят. Поэтому просто выполняй приказ, вернись к месту службы и будь дальше на связи.

– Есть, – процедил Каратаев сквозь зубы и, развернувшись, начал подниматься по дороге.

«Вот урод», – с яростью подумал он.

Вновь навалилась усталость, к которой еще примешалась злость на высокомерного козла в черном костюме. Движение вверх давалось непросто. Концентрация серой пыльной завесы постепенно ослабевала с подъемом из карьера. Внезапно майор заметил возле одного упавшего и потухшего болларда какой-то блеск под осыпавшимися мелкими камушками. Он подошел, разгреб кучку около валяющегося светильника-ограничителя и поднял предмет, похожий по виду на какой-то грязный минерал. Виктор недоуменно повертел его в руках, потом вытер об одежду, очищая налипшую грязь. Минерал отливал сиреневым цветом, прозрачный, с примесью серых крупинок, формой и структурой был похож на бриллиант с плохой огранкой, только чуть сплюснутый так, что по толщине был раза в два меньше ширины. Это делало его немного похожим на большую каплю. Каратаев удивился находке, осмотрелся вокруг в поисках похожих кристаллов и спрятал «бриллиант» в карман.

Рация на поясе призывно зашипела, но разобрать сквозь помехи что-либо внятное не представлялось возможным. Майор пытался ответить, но аппарат выдавал лишь стрекотню в ответ. Он вскинул взгляд. Сверху, у шлагбаума, прыгал сержант и призывно махал ему рукой. Виктор заметил это и ускоренным шагом направился по дороге к нему.

– Товарищ майор! Товарищ майор! – кричал приближающемуся начальнику сержант. – Вас командир по спутнику!

Майор перешел с шага на бег. Взобравшись наверх, пробегая мимо шлагбаума, Каратаев заметил висящий в воздухе по ту сторону границы финский вертолет. «Вечно этим все надо знать», – недовольно подумал майор и поспешил к раскрасневшемуся лейтенанту у спутниковой станции.

– Каратаев! Ты где лазаешь?! – послышался в трубке возмущенный возглас.

– В карьер спускался, товарищ полковник…

– Что у вас там вообще происходит? Мне финны весь факс засрали своими озабоченностями! – негодовал начальник Службы.

– Не могу знать, товарищ полковник. Из пещеры вырвался какой-то импульс, я спускался узнать ситуацию, но меня… не пустили.

– Что за импульс?

– Ну… как будто мощный хлопок, и потом сильный ветер пронесся, пыль поднял.

– Личный состав как? Цел? – немного сбавив тон, спросил полковник.

– Так точно. Пострадавших нет, вверенное имущество в сохранности, служба несется в штатном режиме.

– А внизу там как у них?

– Там суета, но все, кажется, целы. Начальник их охраны отослал меня назад и сказал, чтоб был на связи.

– Добро. Обо всех изменениях сразу оперативному, без напоминаний.

– Есть, товарищ полковник.

Трубку на той стороне положили, и Каратаев перевел взгляд на лейтенанта.

– Меня Алексей подменил, когда командир позвонил, – сказал он. – Я телефон и поднял, пока тебя ждали.

– Все нормально, – успокоил его майор. – Только Леху поменяй обратно.

Виктор окинул взглядом место их дислокации. Он ведь даже не убедился, что все хорошо, докладывая командиру об имуществе. Но все обошлось.

– Долго эти пиндосы там торчать будут? – недовольно бросил Кирюха, заново разжигая костер и гневно поглядывая на финский вертолет в небе.

– Тебе не пофиг? – произнес с улыбкой подошедший Леха. – Пусть висят, пока не надоест. Первый раз, что ли?

– Майор, прием. Как слышишь? – донесся голос из рации.

Виктор, только-только собравшийся присесть на бревно у костра, дернулся и спешно поднес радиостанцию к губам:

– Слышу тебя нормально.

– Ворота быстрей открывай, выпускай технику, – в приказном порядке раздалось в эфире.

Виктор раздраженно сглотнул, потом произнес:

– Понял тебя. – И обратился к часовому у шлагбаума: – «Калитка», открывай проезд.

Едва сержант успел поднять шлагбаум, как на большой скорости из карьера вылетел покрытый пылью минивэн и, с визгами завернув направо, умчался в противоположном от кострища направлении вдоль периметра выработки.

– Куда они всё ездят? Дороги ж там нет вроде, – провожая его взглядом, пробормотал Алексей.

Виктор устало опустился на бревно:

– Лех, давай чай лучше сварганим?

– Без проблем. Сейчас сделаем. Кирюх, принеси, пожалуйста, канистру с водой, пока я заварочку насыпаю.

Эта ночь была звездной. Воздух заметно остыл, посвежел. Не сказать, что морозно, но, как только удаляешься от костра, сразу чувствуется разница температур. На черном полотне ночного неба кое-где угадывались слабые бесцветные всполохи северного сияния. Из яркой от прожекторов котловины выработки, как и прежде, рвался ввысь густой холодный свет, слегка затмевая разлеты сияния на небосводе. Поздно вечером на спутниковый телефон позвонил оперативный дежурный и сообщил, что утром их группу поменяют. На вопрос Виктора, в чем причина, оперативный коротко бросил: «Не знаю, просто ставлю в известность». Каратаев сидел у ночного костра: лицо и руки ласкал теплом огонь, а спину сзади обнимала осенняя прохлада. Рядом на бревне пристроился его бессменный напарник Леха, по воле графика и дежуривший, и отдыхающий с ним в одно время. Старший прапорщик время от времени подкидывал ветки сухарника в костер. Под мерный треск дров и красивую пляску языков пламени измученного недосыпом Виктора клонило в сон.

Он смотрел перед собой отстраненным взглядом, очертания костра понемногу начинали замыливаться, пока не превратились в размытые колеблющиеся пятна. Пятна растекались еще больше, превращаясь в