Тень землянки - Алла Железнова

после того как подписали очень много документов о неразглашении, но некоторые установки для починки нам в диковинку, а гиперреактивный двигатель вообще оказался очень сложной конструкции. Я такого не встречала. Все патрубки, пути подачи топлива совершенно новой схемы, система охлаждения вообще меня поразила. Ожидая знакомство с новым типом двигателей, не подозревала, насколько сложной и мощной она окажется. Я еще не всю систему электропитания в двигателе освоила, но до октября есть время. Справлюсь.

– А приборная панель? – обратилась я к Анне.

– Тоже абсолютно новая, – пожала та плечами. – Но по моей части ничего невозможного, а вот пилотам пришлось поднапрячься. Слышала я их разговор и бурю эмоций во время практических испытаний двигателя. Само собой, гипердрайв им удастся испытать в деле только в космическом пространстве, но на этапах запуска они очень довольны и им не терпится испытать возможности корабля на практике.

– А мы уже оборудовали свою лабораторию на корабле, – поделились девушки научно-исследовательской группы Дженифер, Сандра и Хелен. – Теперь Пауль и наш руководитель Джозеф Барретт обогащают биореактор микроорганизмами и флорой.

– Интересно, он будет скудным или для него выделили большое пространство? – заинтересованно протянула Анна.

– О-о-о, девочки, там целая лаборатория и отсек с оранжереей. Даже останется место для селекции собственных видов растений. Чем мы и займемся в пути.

– Вы только оставьте место для растений с планеты L-1, если таковые там вообще имеются. Вдруг им придется наш грунт по душе?

– Разумеется.

* * *

Парад вышел фееричным… наверное. Нас так и не пустили к людям. Показали все, что творится снаружи, по большому монитору в одной из аудиторий, нас тоже сфотографировали, взяли интервью, засняли на камеру, мол, в прямой эфир, помахали платочком вслед, провожая на МС-16 чуть ли не пинками. Я едва успела позвонить Наталье, поделиться событием и своими эмоциями! А сестра тем временем тревожно обронила:

– Береги себя.

– Разумеется. Кстати, штурмана я себе таки нашла!

– Правда? Ну и как он? Красавчик?

– Не то слово! Думаю, мы с ней будем лучшими подругами! – захихикала я в трубку.

– Чего? Девчонка, что ли? Не совсем то, что я ожидала, но это тоже хорошо. Будьте счастливы, и скорее возвращайтесь.

– Наташ, – обронила я печально. – Ты же понимаешь, что на путешествие, возможно, уйдет целая вечность?

В трубке какое-то время воцарилось молчание.

– Да, понимаю. Но это не значит, что тебя не ждут дома.

– Я буду помнить.

Телефон пришлось оставить, а другие электронные гаджеты разрешили взять. Мы с Анной свои забили под завязку любимой музыкой, фотографиями и книгами. Даже умудрились прихватить пару мелочей для рукоделия и обычные старые добрые игральные карты. К слову, если вдруг мы заскучаем по родной планете, то всегда сможем посмотреть фильмы, фото и картинки на моноблоках в своей каюте или сыграть в «дурачка», а еще лучше в «пьяницу», в которого играли еще с прабабушками.

И вот, дверь шлюза за нами надежно сомкнулась. В полном ошеломлении мы стояли на пороге, собранные по форме за спиной своего капитана. Анатолий Елисеевич глубоко вздохнул полной грудью, задержал на мгновение дыхание, после чего на выдохе выдал первую официальную команду:

– Всем занять свои места.

На МС-16 мы взошли не первый раз. Наш экипаж отрабатывал навыки, оборудовал свое рабочее место весь последний месяц. Всем, кто не участвует в запуске корабля, необходимо занять отведенное ему кресло в штурманской рубке. Исключение составляют механики. Их кресла располагаются у важных приборных отсеков, куда они могут моментально попасть по команде в случае внештатной ситуации.

Покидать планету решили в скафандрах нового поколения. Капитан Аристов велел не пренебрегать ими. Межзвездник проверен не раз на герметичность, но судьба штука злая, никто не знает, чем может закончиться взлет, вылет из атмосферы и переход в первый в истории гиперпространственный прыжок пилотируемого корабля. Последнего пилоты и центр управления ждали с трепетом. Связь была хорошая, капитан отдавал четкие приказы в соответствии с указаниями штаба. Анна подмигнула мне перед самым началом со своего рабочего места, после чего уставилась в мониторы, чтобы не упустить ни одной мелочи.

– Проверить состояние двигателей!

– Двигатели в рабочем состоянии, готовы к запуску, – доложил второй пилот Билл Уолкер, производя какие-то манипуляции и наблюдая за своими диаграммами.

– Приступайте, – уверенно кивнул и скомандовал Анатолий Елисеевич.

Корабль равномерно загудел, набирая обороты, от чего по коже побежали мурашки.

– Запуск прошел успешно.

– Отлично, – кивнул капитан, сидя в своем кресле. – Доложить о готовности всех систем.

– Системы охлаждения готовы. Уровень атмосферного давления на борту не меняется. Электропитание приборных панелей обеспечено равномерно, на сто процентов. Внутренние и наружные камеры работают исправно. Отсек с биорегенеративной системой жизнеобеспечения перекрыт и изолирован. Экипаж занял рабочие места, надежно зафиксировался, – доложили инженеры-механики.

– Карта звездного неба доступна, маршрут построен, производится расчет вероятности возможных столкновений на этапе взлета, – Анна отчиталась, как рядовой перед командиром. Строгим ровным тоном, я бы так не смогла. – Вероятность столкновения с небесным телом ноль одна сотая процента, вероятность столкновения со спутником десять процентов.

Капитан нажал кнопку связи на своем кресле и вежливо, но хмуро попросил штаб поспособствовать уменьшению процента.

– Клоуны, – буркнул он, как только разорвал связь со штабом. – Без позерства с телекоммуникациями никуда.

– Процент упал до одного, – уведомил нас Дайске спустя некоторое время.

– Отлично. Корабль готов к взлету.

Несколько мгновений тишины, затем, к удивлению, мы услышали голос министра, Леонида Борисенко. Он резко оборвал чью-то длинную речь о наступлении новой эпохи космических технологий, четко намекнув, что топливо не бесконечное. Прокашлялся и громко объявил священное: «Поехали!»

– С Богом, – перекрестился кэп. – Вперед.

И… это случилось. Рывок, и мы оторвались от Земли, затем покинули атмосферу, перед нами открылся бесконечный черный простор вселенной. Такой необъятной и пугающей. Впечатление было настолько ошеломляющее, что хотелось обернуться туда, за спину, и посмотреть на наш земной шар. Но увы, сидя в кресле, я могу его видеть лишь на одном из мониторов.

– Производится расчет вероятностей столкновения на выстроенном маршруте перед гиперпространственным прыжком, – подруга не сводила взгляда с диаграмм.

– Гипердрайв готов к запуску, – хором нетерпеливо поделились пилоты.

– Вероятность столкновения восемь сотых процента.

– Многовато, – обронил капитан задумчиво, но штаб, наблюдая за нашими отчетами, отдал четкий приказ на запуск двигателя нового поколения.

Пилоты переглянулись между собой и вместе нажали на синий рычаг. Теперь и звезд стало не видать. Все пустилось в одну большую круговерть, от которой могла бы закружиться голова у нетренированного человека. Но после центрифуги, полагаю, здесь всем не так страшно.

– Класс, – Игорь Михайлович и Билл довольно хлопнули по рукам, переводя корабль в режим автопилота.

– Все…