На морозную звезду - М. А. Казнир

– Считай, я уже забыл о нём.

Сквозь просветы среди деревьев показались три знакомых килевидных фронтона охотничьего домика. А перед ним стояла Роуз, прислонившись к своему солнечно-жёлтому «Роллс-Ройсу» с откинутой назад крышей, позволявшей в полной мере наслаждаться летним воздухом. На девушке было лёгкое шифоновое платье с глубоким вырезом на спине и длинной нитью жемчуга, покачивающейся вдоль позвоночника. Форстер заглушил двигатель «Жестяной Лиззи», выпрыгнул из автомобиля и, подойдя к подруге, заключил её в крепкие объятия.

– Доброе утро, дорогой, – заулыбалась она. – Переживаешь? О, я тоже нахожу нашу задумку такой волнительной!

– Проще сказать, что ты не находишь «таким волнительным», – по-доброму усмехнулся Марвин, выходя из охотничьего домика с папкой в руке.

Роуз выглядела слегка возмущённой.

– Я же никогда раньше не занималась шантажом. – Словно оправдываясь, она повернулась к нему, шелестя бисерной бахромой своего платья. – Там фотографии? Что мы будем делать, если он приедет в сопровождении полиции?

– Не приедет, – заверил Марвин. – Я довольно ясно обозначил, что в таком случае эти фотографии попадут в прессу.

– Он должен быть здесь с минуты на минуту, – Форстер опустил взгляд на дедушкины часы.

Роуз достала тюбик помады и, для сохранения инкогнито, быстро накрасила губы кроваво-красным, после чего надела большие солнцезащитные очки в черепаховой оправе. За её «шпионским» перевоплощением Марвин наблюдал с нескрываемым нежным умилением и глубокой теплотой, которые Форстер был рад разглядеть на его лице. Но прежде чем один из них успел прокомментировать её театральность, послышался нарастающий по мере приближения к домику рокот, и на лесной дороге показался ещё один автомобиль.

Заглушив мотор, сэр Генри Форт вылез из автомобиля и, громко хлопнув дверцей, направился к ним. И если во время их первой встречи Форстеру казалось, что Генри Форт, защищаясь, был всего лишь зол, то сейчас тот очевидно находился в шаге от апоплексического удара от обуревавшей его ярости.

– Снова вы? – выплюнул он, едва заметив Форстера. – Да как вы смеете!..

– Вообще-то, связывался с вами я. – Марвин выступил вперёд и, многозначительно ухмыльнувшись, продемонстрировал папку. – Думаю, вам будет интересно взглянуть на её содержимое.

– Мне неинтересно тратить своё время на необоснованные обвинения! – Форт повысил голос, и его ноздри раздулись от злости. – Я приехал исключительно для того, чтобы сообщить: я собираюсь подать на вас в суд, на всю троицу.

Роуз мельком посмотрела на него поверх очков.

– Как грубо с вашей стороны, – протянула она, небрежно передёрнув плечами. – Ваша бедная супруга вряд ли обрадуется, увидев эти фотографии на первых полосах газет.

Форт недоверчиво усмехнулся, но взгляд против воли метнулся к папке.

– Сомневаюсь, что вы обладаете хоть какой-либо компрометирующей информацией. Продуманный блеф, не более того.

Марвин с преувеличенной сосредоточенностью выбрал одну из фотографий в папке и передал её Форту, мигом побледневшему от увиденного. Коротко кивнув, тот погрузился в молчание, Марвин же перевёл взгляд на Форстера и медленно моргнул, давая знак. Есть.

Вот он – его последний шанс освободить Детту от тяготившего её проклятия. Каждый раз, когда он задумывался о человеке, совершившем это преступление, в животе сжималась пружина сдерживаемого гнева, словно свернувшаяся кольцами, готовая к броску змея. И сейчас он собирался позволить ей вырваться на поверхность.

– Отвечайте: где Ротбарт?

Форт хранил гнетущее молчание, словно борясь с самим с собой, противясь внутреннему инстинкту, заставлявшему его держать рот на замке. Форстер сжал зубы, но, получив брошенный Марвином предупреждающий взгляд, остался стоять на месте.

– Вот уже много лет никто даже не вспоминал об этом негодяе, – сдался Форт. – Он просто сбежал. Взял и исчез, оставив свой драгоценный театр гнить на мостовой. И все инвестиции покровителей забрал с собой.

– Куда он сбежал?

– Знай я, где он прячется, самолично достал бы его оттуда. Этот мерзавец должен мне целое состояние.

– Нет. Нет, – прорычал Форстер, – зная ваши возможности, я уверен, что вы не позволили бы одному из своих ценных активов бесследно исчезнуть. Вы наверняка наняли кого-то для его поисков.

– В то время, знаете ли, ходили определённые слухи…

Форстер шагнул вперёд.

– Какие слухи?

– Слухи, что взятые им под опеку артистки бесследно пропадали по его вине. Слухи такого толка, что я больше не хотел иметь ничего общего с этим человеком, независимо от того, сколько он мне должен.

Роуз потрясённо ахнула, Форстер только откинул кудрявые прядки со лба и покачал головой.

– Мне нужно его местонахождение. У вас наверняка есть предположения, где он может скрываться. Из достоверного источника мне известно, что вы двое были близки. Вы должны знать хоть что-то.

– Ошибаетесь, – ответил Форт, – я ничего не знаю. Я всего-то отчислял ему деньги.

Но лёгкий изгиб его рта, затаившаяся в уголке губ усмешка говорили об обратном.

Это вызвало у Форстера такую ярость, что окружающий мир приобрёл кричащий оттенок киновари. Он знал, что проступившее на его лице отчаяние видно невооружённым глазом, но не мог допустить, чтобы Ротбарт снова ускользнул от него.

Форстер найдёт его. Даже если для этого ему придётся стать кошмарным чудовищем под бархатным покровом ночи, что страшнее любых чар и проклятий. Рванувшись вперёд, словно совершившая свой бросок змея, Форстер схватил Форта за лацканы пиджака и сильно встряхнул.

– Говори.

Роуз вздрогнула, Марвин же скрестил руки на груди – но ни один из них не шелохнулся.

– Есть… за́мок, – просипел Форт, когда его глаза начали закатываться. Форстер сразу же ослабил хватку, с долей вины осознавая, что только что едва ли не душил другого человека. – Ротбарт однажды назвал его своим настоящим домом, но он заставил меня поклясться не рассказывать о нём ни одной живой душе.

Замок.

Смех, вырвавшийся из груди Форстера, можно было с лёгкостью назвать маниакальным. Он отступил и рухнул на землю, пряча лицо в ладонях.

– Чёртов зáмок!

Роуз подбежала к нему, а Марвин увёл Форта, и шорох колёс его автомобиля по подъездной дорожке охотничьего домика стал быстро отдаляться, но всё это прошло мимо Форстера, даже когда его друг присоединился к девушке, опустившись рядом на колени. Пульсирующая злость на самого себя горела адским огнём.

– В моё распоряжение несколько лет назад попала фотография этого замка, но узнав, что он стал прообразом замка Белоснежки из спектакля, я и думать о нём забыл. Ни разу о нём не вспомнил. Ну разумеется, как же иначе… По закону подлости именно этот чёртов замок стал ключом к разгадке.

Глава 54

Время тянулось бесконечно долго, но наконец наступил ноябрь, а вместе с ним пришли сковавшие землю холода. Форстер завёл привычку