"Фантастика 2025-10". Книги 1-31 - Макс Вальтер

17 Окраина

Орлех метнулся вперёд, словно жалящая змея. И если бы Ворон не отклонился в сторону, кинжал, зажатый в руке ялиольца, сейчас бы уже сидел у него под лопаткой.

Торговец, промахнувшись, едва не растянулся, но тотчас крутанулся и с бешеной яростью снова бросился на Эливерта.

Призывать недавнего приятеля к совести и благоразумию не было времени. Как и выяснять, что вообще творится такое.

Эливерт нырнул под руку ялиольца, одновременно подсекая того под колено. Орлех рухнул на стол. Подскочил и атаковал снова, даже на миг не приостановившись.

Тонкий узкий стилет мелькал у самого лица Эливерта. И внезапно Ворона озарило — рукоять в виде змеиной головы. Кинжал, которым его сейчас пытался прирезать Орлех — это же тот самый, из Орсевилона, или точно такой же.

Нельзя было отвлекаться на проклятое оружие. Секундное замешательство, и Ворон поплатился тотчас.

Орлех каким-то невероятным движением опрокинул его на спину, кинулся сверху со злобным рёвом. Ворон успел перехватить удар, вцепившись в руку зеленоглазого красавчика. Оба покатились по полу.

Всё происходило так молниеносно, так стремительно, что наблюдавшие безумный поединок просто застыли на месте, не понимая ничего.

Фархольт очнулся первым, выхватил кувшин с вином у служанки, подскочил к барахтающимся на полу и с силой обрушил увесистый сосуд на голову ялиольца.

Орлех отвалился в сторону. Нож со змеиной головой улетел под стол.

Но торговец снова поднялся, тряхнул головой и опять бросился вперёд, теперь уже атакуя просто голыми руками. Вино залило ему глаза, и он, похоже, мало что видел, но это его пыл не поубавило.

Эливерт отшвырнул торговца прочь, наскочил сверху, безжалостно орудуя кулаками. Несколько ударов в лицо, наконец, утихомирили нападавшего.

Орлех бессильно сник, попытался закрыться от железного кулака Ворона.

— Эй, эй, хватит! — взмолился смуглый торговец. — Рехнулся, что ли? Ворон, ты что творишь?

Эливерт замер, в удивлении глядя на своего недавнего противника.

— Я рехнулся? — изумился вифриец. — Ты, паскуда, на меня с ножом кидаешься, а теперь ещё спрашиваешь, что я творю?

— С каким ещё ножом? Слезь с меня, придурок! — шмыгнул разбитым носом ялиолец.

И Эливерт действительно отпустил его…

Смотрел в недоумении, как тот встаёт, пошатываясь, зажимая рукой хлещущую кровь. Фархольт на всякий случай поднял табурет. Но Орлех вёл себя вполне смирно.

Торговец зацепился взглядом за змеиный кинжал, в глазах его промелькнуло что-то такое нехорошее, пугающее…

— Сгинуть мне в Бездне! — ахнул он. — Нож… Точно! Эл, я что взаправду тебя пришить хотел?

— Это ты мне скажи! — воскликнул вифриец.

— Так… это… — ялиолец размазал кровь по лицу, правый глаз уже заплывал стремительно. Завтра он будет просто неотразим. — Чтоб меня! Брат, прости! Я… я не знаю, что это было. Жизнью клянусь!

Эливерт носком сапога вытащил из-под стола злополучный стилет. Отчего-то брать его в руки совершенно не хотелось.

— Любопытный кинжальчик, — хмыкнул заметно протрезвевший Фархольт, разглядывая причудливую рукоять.

— Ты где его взял? — сурово поинтересовался Эливерт.

— Там… на рынке, — Орлех с благодарностью принял полотенце у подскочившей к ним служанки, запрокинул голову, чтобы из носа так не бежало.

Сторонние зеваки расходились, настороженно поглядывая на недавних противников. Подле остались только Фархольт и эрр Дару.

— Пацан какой-то подошёл… Говорит: «Ножичек есть знатный. Взглянуть не желаете?» Я и взглянул…

Орлех вдруг убрал с лица полотенце и уставился на вифрийца.

— Нет, слушай, не пацан. Это девка была. Ну, точно! Девка… Красивая до одури. Вот с такущими, чуть из выреза не выпрыгивают. Я засмотрелся, понятно дело. А она подходит, лыбится…

Орлех замолчал совсем удручённо.

— Нет, нож мне старуха сунула. А девка, наверное, была… Или… Да, точно, бабка ко мне подошла. «Купи, сынок, ножичек! Такому молодцу — самое оно. Бери, недорого отдам!»

Орлех замолк, глядя в пол. Эливерт молча протянул ему бокал. Ялиолец выпил залпом. Помолчал.

И, наконец, добавил:

— Ворон, я, правда, свихнулся, что ли? Я не могу вспомнить. Помню только, мне этот нож подают, я смотрю — змея. И у меня в памяти сразу — раз! Ну, всё, что нам миледи Вилирэн сказывала тогда. А потом… как отрезало! Ничегошеньки не помню. Где был, что делал, как сюда попал. Очнулся, когда ты меня по мордасам лупишь. Слушай, а если я ещё кого по дороге пришил? Светлые Небеса! Это что ж такое творится?! Храни нас Мать Мира от всякого зла, от всякого, кто бродит в ночи, кто является в ненастье, кто прячется в тени, кто солнца не зрит! Слава тебе, Всеблагая!

— Самое время к Благословенной воззвать, — хмыкнул Эливерт. — Жаль ты там, на рынке, про обережную молитву не вспомнил. Я думаю, брат, с головой-то у тебя порядок… Чары это, чары самые настоящие, сечёшь?

Вид у Орлеха стал совсем удручённый, хотя он и так сейчас выглядел не лучшим образом.

— Пойди, умойся хоть, что ли! — предложил Фархольт притихшему торговцу, наклонился, чтобы поднять валявшийся на полу нож.

— Не тронь! — Эл мгновенно вцепился в плечо сотника.

— Чего так?

— Не знаю… — Ворон настороженно посмотрел на оружие. — Не нравится мне эта змеюка. Может, чары как раз на кинжале. Не хочется и тебя по лицу бить.

Фархольт как-то сразу напрягся и от ножичка злополучного отодвинулся подальше.

— Надо его в мешок прибрать и милорду Иридиону снести, — подсказал эрр Дару.

— Добро! — поддержал сотник. — Пусть его милость с этим разбирается!

Эливерт, оглядевшись, взял со стола смятую салфетку, аккуратно подцепил ею стилет, будто тот был какой-нибудь кусачей ядовитой гадиной. Нож выглядел как самый обычный. Но у Ворона мурашки пробежали по спине от пристального взгляда на изящное трёхгранное лезвие.

— А вот и милорд Иридион… — обрадованно воскликнул сотник.

Королевский Смотрящий в «Солу» явился как раз в тот момент, когда по лестнице спешно сбежали Кайл и Рыжая.

— Что случилось? Нам служанка сказала… — Настя перевела встревоженный взгляд с Эливерта на Орлеха и ахнула: — Светлые Небеса! Вы на самом деле подрались? Ужас! Эл, ты за что его так?

— Вот за это! — Ворон продолжал держать кинжал в руке, не зная, что дальше с ним делать.

— Откуда… — замер от удивления Кайл.

Иридион дошёл наконец до их стола, оглядел пасмурным взглядом.

— Вот просил же по-хорошему… Вы зачем людей пугаете? Что тут такое…

— Не шуми, милорд Иридион! — негромко попросил полукровка. — Эл, ты думаешь, нож отравлен?

Кайл предосторожности вифрийца по-своему истолковал.

— Я уже не знаю, что думать, — честно признался Ворон.

Он протянул осторожно руку, едва-едва коснулся тонкого лезвия.

Раздался шипящий звук, будто кто-то бросил раскалённый камень в холодную воду. Эл, коротко вскрикнув, отдёрнул палец.

От кинжала