"Фантастика 2025-23". Компиляция. Книги 1-21 - Евгений Дес

и кражи, которые совершал ради достижения своих целей. Я всегда избавлялся от врагов, любил, когда руки окрашивались кровью. Мне было всего двадцать четыре года, когда я понял, что не переговоры и смазливая мордашка помогают строить собственную империю и находить могущественных союзников, а расчет и пытливый ум.

В один из вечеров в местном пабе, где лились литры пива, вина и рома, жизнь решила сыграть со мной злую шутку. Женщины, которых позвали из дома удовольствий, сновали туда-сюда, норовя завладеть моим вниманием, но я был настолько погружен в свои мысли, что просто отмахивался от них, как от назойливых мух. Сегодня днем не удалось избавиться от конкурента, торговавшего, как и я, специями и шелком, так ценившимися на многих континентах. Он удрал в последний момент и скрылся, когда понял, что за ним следили.

– Августин, дружище, что смурной такой? Попробуй, какой ром, посмотри, какие женщины! – Грузный мужчина лет сорока рухнул рядом со мной на стул. Красное от выпитого количества браги лицо, чуть вздернутый нос, поросячьи глаза и сальные губы. В руках он держал кубок с вином, часть которого расплескалась и окрасила белоснежную рубашку в алый цвет.

– Ты, кажется, Джорн, не понимаешь, к чему может привести эта оплошность в будущем. – Я кинул предостерегающий взгляд на мужчину, который вытер тыльной стороной ладони рот и улыбнулся, обнажая полусгнившие зубы.

– Ты слишком много думаешь и слишком мало отдыхаешь, ты…

– Сгинь, Джорн, при виде тебя у меня теряется аппетит к жизни.

Мужчина с секунду наблюдал за мной, затем, пыхтя, встал и ушел за соседний стол, попутно зацепив какую-то девицу.

– Ваш ром, – звонкий голос раздался с правой стороны. Вскинув голову, я увидел девушку неземной красоты – широко распахнутые голубые глаза, чуть приоткрытый рот с пухлыми губами, которые рассекал небольшой шрам, заостренный на кончике нос и ямочка на левой щеке. Незнакомка лучезарно улыбалась.

– Вы невероятно красивы, – только и смог хрипло произнести я.

Щеки девушки залил румянец, и она, присев в легком реверансе, упорхнула от меня, разнося выпивку за другие столы. Я дождался, когда закроется паб. Меряя расстояние от дерева до дерева, наконец-то услышал знакомый голос и подбежал к девушке, которая прощалась с другими слугами. Увидев меня, она удивленно выгнула бровь.

– Вы что-то забыли? Я могу открыть дверь…

– Я желаю проводить вас до дома, если, конечно, вы не против.

Девушка опустила смущенный взгляд, но кивнула, принимая предложение. Протянул согнутую в локте руку. Почувствовав ее теплое прикосновение к своей прохладной коже, я не мог проигнорировать, как нутро отозвалось на ее присутствие.

С этого дня я искал встречи с девушкой каждый день, все больше утопая в омуте голубых глаз. Эльза. Спустя месяц знакомства я сделал красавице предложение, которое она с радостью приняла. Не мог насытиться своей женой, было мало ее прикосновений, ласк и стонов, доносившихся из нашей комнаты каждый день. Многие обсуждали мой брак, говоря, что такие, как мы, не могут заводить семьи.

Эльза спустя год подарила мне здорового сына, которого мы назвали Ной. Я не стыдился своих слез, когда впервые взял ребенка на руки. Крепкий малыш с глазами матери. Но мы не успели насладиться нашим счастьем сполна.

В одну из ночей, когда Эльза лежала в кровати, раскинув локоны по подушке, мною завладело плохое предчувствие. Я встал и подошел к люльке сына, с минуту наблюдая, как Ной посасывал соску и сжимал руки в кулачки. Позволил себе минутную слабость и вышел на улицу, желая проветрить голову. Внезапно детский плач прорезал тишину. Метнувшись в дом, я увидел дорожку крови, которая вела в комнату. Зашел внутрь и увидел, что тела жены и ребенка лежали на кровати с перерезанными шеями. В углу, у окна, стоял тот самый враг, которому удалось совершить столь страшное преступление. Бледный, до боли худой, с сумасшествием в глазах.

– Ты отобрал у меня все. Ремесло, деньги, связи. Но не всегда это самое дорогое в жизни, да, Августин? Я оказался хитрее, умнее, отобрал твою шлюху и отпрыска, которых ты недостоин.

Безумный смех сменился булькающим звуком. Я подбежал и ударил убийцу локтем в кадык, выхватил нож, который он держал в руке, и всадил в глотку. Пока тот медленно оседал на пол, захлебываясь собственной кровью, я рухнул на колени около жены и сына в надежде нащупать пульс.

Нет.

Безумство охватило душу, и я завыл, словно раненое животное. Моя жизнь не имела смысла без них. Если нам не суждено было прожить счастливую жизнь на земле, то можем сделать это на небесах. В ту ночь я покончил с собой тем же ножом и умер на рассвете, обняв тела Ноя и Эльзы.

Но я ошибся, просчитался. Самоубийцы не могут попасть в Забвение, покуда не искупят грех. Я видел, как наши тела хоронили, как души Эльзы и Ноя покидали этот мир, обнявшись и смеясь. Там, где некогда билось сердце, стало невыносимо больно. Я прожил много миров, много веков. Мой родной город уничтожили, на его месте построили новый, где захватили власть орки. Я видел чужие смерти, рождение детей и счастливые браки, благословленные небесами. Начал многое забывать о прошлой жизни, в моей душе поселились злость и ненависть, благодаря которым я еще помнил о своей цели.

Искупить вину. Помочь Джойс, чтобы вновь встретиться с Эльзой и Ноем и сказать, как безумно я по ним скучал.

Глава 11

Страх – это благословение. Так ты можешь чувствовать, что еще живой.

32-й год эры правления Дракона

Джойс

На улице сгущались сумерки. Полумесяц смотрел на меня, освещая лицо блеклыми лучами.

Стук в дверь прозвучал так тихо, что мне поначалу показалось, что кто-то из низших существ поскреб по дереву. Но звук начал стремительно усиливаться, удары участились. Я устало вздохнула, отошла от окна и открыла дверь. На пороге, переминаясь с копыта на копыто, стоял Клерс и держал в руках два кубка между пальцев и кувшин вина. Я не стала расспрашивать его о причине столь позднего визита, лишь отошла в сторону и пропустила сатира в комнату. Тот благодарно кивнул и вошел, поставил кубки и кувшин на стол, развернулся ко мне, воззрившись затуманенным взглядом, и тихо произнес:

– Я пришел проститься. Хотел бы помириться, прежде чем…

– Но мы не ссорились, Клерс. – Я наклонила голову набок, почувствовав волну жалости к этому сатиру, смиренно принявшему свою судьбу. В его глазах читался ужас