Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

и вытащим оттуда всё, что только сможет нам помочь отвлечь внимание защитников стен Халдрага: пушки, требюшеты, ружья. Тем временем небольшой отряд пройдёт по катакомбам под землёй и проникнет внутрь города. Не думаю, что это станет неожиданностью для стражи города, но нам и не нужен элемент неожиданности. Нам всего лишь нужна возможность зайти им в спину и разнести город на кусочки.

– Звучит хорошо. Но что мы будем делать потом? Целая армия скопится у нас на хвосте. И это будет не пара сотен солдат. – говорил Кайт.

– К ним добавятся ещё и войска северо-запада. Плотная и густонаселённая зона, в которой находится до трети всей армии материка. – подтверждал опасения Максвелл.

Двери лачуги вновь распахнулись, но на сей раз внутрь вбежал взволнованный Жован.

– Создатель Милостивый, проходной двор... – начал было Макс, но Жован тут же вытянулся в струну и отрапортовал.

– Госпожа королева! На северо-западном направлении замечена армия! Защитники Аутеркара шлют вести: армия врага отходит назад.

– Смогли ли они узнать, кто решил навестить материк в такое тяжёлое время?

Глаза Жована злобно блеснули, после чего он с нескрываемым удовольствием ответил:

– Это армия короля Тивана Золотого, госпожа.

Максвелл склонился над картой и засмеялся в голос. Громко и заливисто, так, будто бы не существовало больше никакой войны, ведь она уже была выиграна. Мира опешила от подобного заявления, а Кайт лишь устало плюхнулся на деревянный стул и закрыл лицо руками.

– Так вот каково это – радоваться подкреплениям...

– Вы абсолютно уверены в этом? – медленно спрашивала Мира.

– Абсолютно. Король Тиван выслал нескольких гонцов прямо к Аутеркару и оповестил его защитников... Позвольте, зачитаю вам послание. – Жован расслабился, выудил из внутреннего кармана письмо и принялся громко и с чувство читать послание: – «Силой и властью, данной Ему самим Создателем, Светлейший король Тиван Золотой повелевает непокорным и свободным жителям Скрипатума схватить мечи и воспрянуть духом, ибо Его народ услышал мольбы противящихся и борющихся и принял решение оказать посильную помощь любому, кто жаждет вернуться на родные земли Пятого материка. Десять тысяч Проклятых солдат под сильной рукой самого короля Тивана Золотого ступили на грязные земли Конофера. Объединяйтесь – и да падёт кара на головы захватчиков!».

Глава двадцать шестая. Капкан.

Глава двадцать шестая. Капкан.

– Давай! Скажи это ещё раз! Ну же, не заставялй меня ждать! – ревел Рексарий, нанося удар за ударом по гонцу, которому просто не посчастливилось оказаться ближайшим к лагерю графской армии. – Говори, скотина, иначе я забью тебя на этом самом месте!

– Армия Второго разносит нас на кусочки! Смилуйтесь, господин, прошу вас!

Мощной лапищей Рексарий поднял гонца за грудки и поднёс к своему толстому как у свиньи лицу:

– И как же так сталось, что десять тысяч хакслингов внезапно появились из воздуха? Предательство? Слабость? Не наши ли это солдаты вдруг взвились против своих господ, растерев воинскую клятву по пыльной земле?!

– Н-никак нет! Под покровом ночи огромная флотилия короля Тивана просто уничтожила заградительную гряду наших кораблей у северо-западных портов! Оствиг уничтожен, Ландэмарк уничтожен, Порт-Кемис превратился в кучку камней!

– А что войска? В этих городах было по меньшей мере семьдесят тысяч воинов!

– К-кого-то... Господин, мне нечем дышать... – заскулил гонец, и Рексарий тут же отшвырнул его на дощатый пол: – Кх... Кого-то расстреляли из пушек подошедшие корабли Тивана. Кто-то умер ещё даже не проснувшись, под завалами, в горящих казармах. Хакслинги, которых Тиван кличет «Проклятыми», разорвали караул на кусочки – у защитников городов просто не было времени на скоординированный ответный удар.

Рексарий скорчил угрюмую мину. Поцокав языком и пошлёпав губами, он медленно уселся на необъятный стул и сложил громадные ладони у рта.

– Проваливай. – шикнул он, и гонец не стал терять даже секунды, быстро проковыляв на выход.

Ситуация была пугающе удручающей. Карта материка, что лежала на столе в кабинете Лэрда, уже была испещрена линиями и красными зонами, которые показывали пути продвижения армии рабов и те области, которые Лэрд считал безвозвратно потерянными. В очередной раз уставившись на карту, главнокомандующий лишь горько усмехнулся: весь юго-запад, юг и юго-восток был перекрыт линиями из красных чернил – то была территория, которую рабы отбили настолько успешно, что о быстром возврате не было даже и речи, потому как ни одного живого жителя Конферии там даже и не осталось; большая часть Западного Предела вплоть до Аутеркара была также испещрена красными линиями, так как отправлять туда хоть какое-либо количество войск было равно отправить их на верную смерть; весь север был устлан чёрными линиями – мёртвые земли стали попросту ненужны после того, как единственная Колония оказалась уничтожена, а Северная Стена прорвана. Оставались лишь три области, какие бы Лэрд мог с уверенностью назвать подконтрольными Первым Графам: северо-западный край, тянущийся от побережья до Версова и границ Центрального Плато, само Центральное Плато и Восточный Предел, который, однако, королева рабов прошла без особых проблем. Как бы тяжело Лэрду ни было, но ручища его схватила здоровенное перо, макнула в чернильницу и стала медленно выводить красные линии по всему побережью северо-западного края, одна за одной, перекрывая всё большие и большие территории, перечёркивая и Порт-Кемис, и Оствиг, и Ландэмарк, и сам Версов. В концов концов, когда эмоции возобладали над разумом, он с силой стал давить металлическим наконечником по всей карте. Обхватив перо всей пятернёй, он в глухой ярости стал просто рвать карту на мелкие кусочки, ещё и ещё, пока наконечник не начал впиваться в податливое дерево, высекая мелкую стружку.

Громко вскрикнув, Лэрд швырнул перо в сторону и разодрал остатки пропитанной красными, словно кровавыми, чернилами карты на ошмётки. Чернильница опрокинулась, и на пошарпанном столе образовалась небольшая лужица, тут же пропитавшая то место, где Лэрд «стругал» сильнее всего.

– Вот, что нас всех ждёт. Вот, чего мы все добились. – глухо говорил он. – Нас разорвут на части. Нас уже рвут на части, но мы пока можем лишь представить, насколько сильна ненависть. Где же мы ошиблись? Где смалодушничали, где дали слабину? Конечно, все мы знали, что когда-нибудь загнанные звери найдут слабое место, найдут точку, где их мелкие пасти смогут укусить как можно больнее.

От бессилия Лэрд медленно зашагал по собственному кабинету, склонив голову и бормоча себе под нос.

– Но мы ведь сильнее. Всегда были и есть сильнее всех тех, кто