Резонанс 1-11 - Павел Николаевич Корнев

Зараза!

Шаровая молния не погасла. Экзамен я не сдал.

Если разобраться, Паук запросто мог завалить меня уже на самом первом определении, но явно решил потянуть время в ожидании того момента, когда я упущу контроль над энергетической структурой. Заковыристыми вопросами, ответить на которые было по силам разве что самому отпетому отличнику вроде Миши Поповича, он начал сыпать, лишь когда экзамен слишком уж затянулся.

— Увидимся в сентябре! — объявил доцент, возвращая зачётку. — С практикой, как вижу вы разобрались, теперь остаётся подтянуть теорию.

— Подтяну, — сухо пообещал я, погасил шаровую молнию и покинул аудиторию.

Разочарован я не был, только лишь зол.

Нет, сдать экзамен с первого раза не рассчитывал изначально, куда важнее представлялось получить допуск, дабы потратить остаток лета на подготовку к пересдаче, неприятно покоробила прозвучавшая в голосе доцента презрительная снисходительность.

Он-то прекрасно видел, каких трудов мне стоило удерживать в активном состоянии элементарную энергетическую структуру!

Ничего, ничего… Это только начало!

В буфете я взял кружку кваса и охладил его до такой степени, что заломило зубы, постоял немного, перевёл дух.

Уф-ф… Надорваться — не надорвался, но голова кругом так и шла. Сейчас бы укатить на пляж да в прохладную водицу занырнуть, но — никак. Надо личные дела заявившихся в аспирантуру выпускников разобрать, дабы отметить участников студенческого самоуправления и прочих активистов, а ещё выявить тех, кто проявил себя в общественной жизни не с лучшей стороны. Эту работу Касатон сгрузил на меня целиком и полностью, сам же взялся изучать планируемые к включению в учебный план дисциплины и готовил рекомендации по профессорско-преподавательскому составу. Едва ли кто-то в ректорате всерьёз собирался ими руководствоваться, но в спорных случаях, думаю, свою роль могло сыграть и мнение студсовета. В подковёрных игрищах решительно любые аргументы в ход идут, а у нас ещё и выборы в наблюдательный совет и совреспред на носу.

Проработал я в итоге с бумагами до самого вечера, выбирался только на обед и процедуры, даже в библиотеку сходить не получилось. Может, и ещё бы посидел на пару с Касатоном Стройновичем, но подошло время занятия сверхйогой, а я дал себе зарок их без действительно веской причины не пропускать.

Когда пришёл в зал, Федора Васильевна уже расхаживала меж своих рассевшихся на полу подопечных, в ответ на моё приветствие она лишь кивнула и от рекомендаций воздержалась. Правда, стоило только вместо отработанной схемы создания шаровых молний сотворить кинетический экран, приблизилась и потребовала:

— Аккуратней!

Я ничего не ответил и полностью сосредоточился на удержании под контролем новой для себя энергетической структуры. Нет, урезанный её до конструкции вариант освоил давным-давно, но тот управлялся в ручном режиме, а сейчас требовалось придать щиту полную автономность. И вроде как придал, правда при минимальной наполненности сверхсилой — не факт, что сумел бы даже комара остановить.

Достигнув состояния внутреннего равновесия, я принялся прорабатывать энергетические узлы и каналы — то усиливал их, то смещал в попытке добавить эластичности, не отвлёкся от этого занятия, даже когда на смену нашей группе начали подходить ученики Горицвета. Развеял кинетический экран только при появлении Льва. Среагировал на расходящиеся от товарища энергетические помехи — его аж потряхивало.

— Это всё враньё! — выкрикнул Лев прямо в лицо Горицвету. — Всё сплошное враньё!

Михаил Прокопьевич что-то спокойно сказал, а ответного рывка бывшего одноклассника я даже не заметил, до того стремительным оказался его выпад. И — мимо!

Неуловимым глазу движением Горицвет качнулся в сторону и сразу же сместился в другую, увернувшись и от второго замаха. После с невозмутимым видом замер в шаге от слетевшего с катушек ученика.

Я вскочил с циновки и поспешил к ним, но вмешаться не успел.

— Это всё просто танцы! — выкрикнул Лев и нанёс новый удар — столь же резкий, ещё и усиленный с помощью техники открытой руки.

Горицвет встретил кулак раскрытой ладонью.

Хрустнуло!

Твою ж мать…

Ничем хорошим для простого человека парирование ударов тренированного оператора закончиться не могло — с тем же успехом Горицвет мог попытаться поймать пушечное ядро, вот только он остался стоять, а Лев согнулся в три погибели и зажал левой рукой покалеченную кисть.

— Простите… — выдавил он из себя после секундной заминки и поспешил на выход.

Горицвет спокойно похлопал в ладоши, призывая учеников к спокойствию, а я бросился вдогонку за Львом. Настиг его уже в коридоре.

— Ну-ка покажи!

Лев резко мотнул головой.

— Не нужно!

Но правая кисть моего одноклассника заметно опухла и понемногу начала синеть, я ничего и слушать не стал.

— Покажи, кому сказано! Мой профиль!

Как оказалось, удар был такой силы, что вызвал перелом и смещение костяшек, поэтому первым делом я стиснул запястье Льва и заблокировал болевые ощущения, только после этого принялся выправлять кости. С отёком так просто было не совладать, пришлось затянуть товарища в раздевалку, где я наморозил воды и ссыпал куски битого льда в полотенце, а уже тем обмотал повреждённую кисть.

— Идём в больницу!

Лев высвободился и буркнул.

— Спасибо, Петя, но дальше я сам.

— Какая тебя муха вообще укусила?!

— Да просто узнал кое-что… — неопределённо пожал Лев плечами, развернулся и поспешил прочь, а мне вспомнился рассказ Альберта Павловича о том, что господин Горицвет никогда не бывал ни в Пахарте, ни в Нихоне, а его легендарный Махат Атман — всего лишь мистификация и не более того.

Надо понимать, кто-то просветил на сей счёт Льва, а тот слишком серьёзно относился ко всей этой ориентальной эзотерике, чтобы спустить такой обман, вот и решил разобраться с самозванным сенсеем на глазах у всех его учеников. Но — нашла коса на камень.

Интересно, неведомый сплетник не знал о том, что Горицвет практикует закалку тела и был лично знаком с основателем продвигаемого им стиля рукопашного боя, или не упомянул об этом намеренно? И с какой целью вообще посвятили Льва в чужой секрет? Хотели просто открыть глаза или тут присутствует некое двойное дно?

Очень интересно. Просто чрезвычайно. Как-никак практикам Михаила Прокопьевича уделена немалая часть финального варианта нашего исследовательского проекта!

Я двинулся было вслед за Львом, но сразу сообразил, что момент для расспросов сейчас отнюдь не самый подходящий. Да и в принципе в лоб действовать не стоит, для начала имело смысл посоветоваться с Альбертом Павловичем, вот только тот строго-настрого наказал держаться от него подальше, и нарушать этот приказ по столь пустяковому поводу определённо не стоило.

Ладно! Сам разберусь!

На