Месть Аделаиды. Второй шанс для жены дракона - Елена Крамская

широком балконе, глядя на спящую, измученную потрясениями столицу. Ветер перебирал мои волосы. Дейран стоял позади, обняв меня так крепко, словно боялся, что я растаю в воздухе. Его подбородок покоился на моей макушке, а тяжелые, горячие руки скрестились на моем животе.

Я чувствовала каждый удар его сердца, чувствовала его скрытую тревогу.

— О чем ты думаешь? — тихо спросила я, накрывая его ладони своими.

Дейран тяжело вздохнул. Его губы коснулись моего виска.

— О том, что я боюсь, Ада, — его шепот был почти неразличим на фоне ветра. Признание, которое он не доверил бы никому в этом мире, кроме меня, — Я воин. Я умею вести людей в бой, умею убивать. Но трон... Власть ломает людей. Я видел, во что она превратила Валериана.

Он развернул меня к себе. В темноте его янтарные глаза казались почти черными от затаенной тоски. Его большие руки легли мне на щеки, бережно поглаживая кожу большими пальцами.

— Я не хочу этого, Ада, — выдохнул он, прижимаясь своим лбом к моему. Его дыхание смешалось с моим, — Я хочу забрать тебя в Огненные земли. Построить дом в горах, где нас никто не найдет. Я хочу просто тихой жизни с тобой. Хочу засыпать, не ожидая удара в спину, и просыпаться, видя твою улыбку.

От его слов у меня защемило сердце. Искренняя, глубокая нежность, исходящая от этого сурового мужчины, была ценнее любого золота мира.

Я подняла руки, зарываясь пальцами в его темные волосы, и посмотрела прямо в его глаза.

— Именно поэтому, мой Дракон, ты и должен стать королем, — тихо, но с абсолютной уверенностью сказала я.

Он нахмурился, попытался отстраниться, но я удержала его.

— Послушай меня, Дейран. Те, кто жаждет власти ради самой власти — уничтожают всё на своем пути. Валериан хотел трон, чтобы тешить свое эго. Ты же не хочешь власти. Ты воспринимаешь ее как долг, и как тяжелую ношу. И именно такой человек нужен Аэлиону.

Я провела ладонью по его небритой щеке, чувствуя жесткую щетину.

— Ты не сломаешься, потому что у тебя есть то, чего не было у них. Ты будешь править не страхом, Дейран — ты будешь править сердцем, а я всегда буду стоять за твоей спиной, и буду твоим надежным тылом.

Он замер. Мои слова проникали в него, успокаивая бурю, бушевавшую в его душе. Золото в его глазах вспыхнуло ровным, теплым светом.

Дейран наклонился и поцеловал меня. Мягко, глубоко, вкладывая в этот поцелуй всё свое доверие и всю свою любовь. Вся усталость этого безумного дня растворилась в его руках.

— Если ты будешь рядом... - прошептал он в мои губы, отрываясь на миллиметр, — Если ты разделишь этот трон со мной... я согласен.

Я улыбнулась, обнимая его за шею.

— Я разделю с тобой вечность, Дейран Вермиллион.

Он подхватил меня на руки, как пушинку, унося с холодного балкона в тепло спальни.

Завтра нас ждал новый Аэлион, но сегодня ночью в целом мире существовали только мы двое, и наш огонь, который теперь горел в унисон, согревая, исцеляя и даруя жизнь.

ЭПИЛОГ

Закат заливал покои расплавленным золотом, когда тяжелые дубовые двери кабинета бесшумно отворились.

Я даже не обернулась, продолжая стоять у открытого окна. Мне не нужно было смотреть, чтобы знать, кто вошел. Я почувствовала его по легкому изменению плотности воздуха, по знакомому, терпкому запаху нагретой кожи и стали, который всегда сопровождал моего мужа. По тому, как мгновенно участился мой пульс, отбивая рваный ритм где-то в самом горле.

Его горячие, мозолистые ладони легли мне на талию, собственнически притягивая назад, впечатывая моей спиной в его твердую грудь.

— Снова стоишь на сквозняке, — низкий, рокочущий голос Дейрана вибрировал у самого моего уха.

Он шумно втянул воздух, зарываясь носом в мои волосы на макушке. Его руки скользнули чуть выше, скрещиваясь под моей грудью. От него исходил такой невыносимый, первобытный жар, что меня мгновенно бросило в дрожь.

— Я ждала тебя, — тихо ответила я, накрывая его большие ладони своими.

— Совет лордов затянулся, — Дейран недовольно хмыкнул, его губы мазнули по моему виску, — Мои патрули докладывают, что на границах ни одного чужака. Аэлион может спать спокойно.

Мы правили уже несколько месяцев. И эти месяцы изменили всё. Страх, который долгими годами отравлял столицу при Валериане, испарился. Люди на улицах больше не прятали глаза при виде королевской стражи. Нас любили, и нас уважали. Жесткая, но справедливая рука Дейрана и моя магия, которая питала иссохшие земли, вернули королевству жизнь.

Но сейчас, в этой комнате, меня не волновали границы и налоги.

Мои пальцы, лежащие поверх его рук, мелко дрожали.

Дейран мгновенно уловил это движение. Его драконьи инстинкты были обострены до предела. Он напрягся, его хватка стала жестче.

— Ада? — в нем прорезались рычащие нотки. Он резко развернул меня к себе, заглядывая в лицо. Золотые искры вспыхнули в его янтарных глазах, — Что случилось? Кто посмел тебя расстроить?

Я сглотнула, глядя в это полыхающее золото.

— Никто, Дейран. Никто меня не обидел.

Я подняла руку, касаясь его колючей, небритой щеки. Он инстинктивно подался навстречу моей ладони, но тревога в его глазах не угасла.

— Тогда почему ты дрожишь? Ты бледная.

— Мне страшно, — прошептала я, чувствуя, как к горлу подступает ком.

Я опустила взгляд на его грудь, на расшнурованный ворот темной рубашки, под которым виднелся шрам от когтей химеры. Несколько недель назад я решилась на самое страшное признание в своей жизни. Я рассказала ему о том, что живу второй раз, о том, как меня предали, как утопили, как я умерла в холодной воде, потеряв всё. Я думала, он сочтет меня сумасшедшей, но он не просто поверил…

Тогда, выслушав меня, Дейран долго молчал, а затем глухо признался:

«Мне снились кошмары, Ада. Еще до нашей встречи. Я видел огонь, видел, как ты падаешь в черную воду, а я не успеваю, я тяну к тебе руки и не