Фантастика 2025-101 - Михаил Иванович Казьмин

— Я Гало, небесный дух. — так же спокойно-печально ответил он. — Я буду отвечать за то, чтобы о гибели этой нечестивой твари не узнали раньше времени.

И фигура духа поплыла, плавно меняя очертания, руки и ноги обращались в тонкие жерди, маски на голове слились и вздулись гнилой тыквой.

И аура… Она тоже в один миг изменилась, став неотличимой от ауры Кошмара!

Мари аж дёрнулась. Ей-то эта аура знакома лучше, чем кому-либо.

— Какие у меня к тебе могут быть претензии, смертный маг? — проскрипела башка-тыква. — Боги наделили вас, смертных, свободой воли. Каждый из вас сам мостит себе путь во мрак. А я не Воздаятель и не Проповедник, я Шут. Какой с меня спрос?

Вот и правильно! Ещё я не слушал нотаций мелких небожителей! Разумеется, я уже понял, о чём он — не понравилось, что я поглотил чужую душу.

Но это же демон, кому какая разница⁈ Ну подистощится его душа, послужив мне пару лишних тысячелетий… Мир станет только лучше!

Я не колебался ни секунды. Решение проблемы с Заклинанием найдено, оно работает безупречно — оно способно открыть мне путь к божественности!

Жалость к твари, что мучила мою подругу, точно должна меня от чего-то останавилвать?

— Ты поглотил душу? — всё так же тихо спросила Рина, когда дух наконец-то заткнулся. — Я знаю, как это выглядит. Я видела…

Я на мгновение прикрыл глаза. На Рину повышать голос я не собираюсь, так что вдох, выдох… Оборачиваюсь к подруге.

— Да, поглотил. — отвечаю, глядя в ярко-красные глаза. — Теперь этот демон вместо того чтобы вредить послужит мне на пользу. Что-то не так?

Я спросил это спокойно, искренне желая понять, что именно не нравится Рине. Всё-таки она не выбирала своего детства и тех травм, которые были ей нанесены.

Гибель папаши, помнится, никак её не расстроила.

— Я не знаю. — ответила она, медленно вертя в ладони тонкий кинжал, который так и не бросила. — Не могу объяснить, но… Ведь только демоны становятся сильнее, поглощая чужие души!

Я прищурился и улыбнулся.

— Ты что, подозреваешь, что я демон? Мы же с детства знакомы! Не только демоны поглощают души других. Демонологи, например, тоже часто так делают — вставляют сильные души побеждённых тварей в артефакты, делают своими рабами… Или прямо выпивают из них энергию. Как я.

— П-правда⁈ — глаза Рины округлились. Я кивнул.

Как ни странно, поддержал меня и Гало.

— Правда. — с какой-то брезгливостью бросил он. — Вы просто живёте очень мало, а умирая быстро теряете память о жизни. Вот и не осознаёте всю ценность свободной бессмертной души!

— Души демона⁈ — усмехнулся я. — Уверен, вы истребляете их с по-о-олным осознанием всей их невероятной ценности! Или ангелы демонов только по головке гладят и читают морали?

— Не только! — процедил Гало, поднимаясь с «пола» одним усилием воли. — Но мы всегда стараемся действовать так, чтобы не убивать! У демонов нет посмертия! Ни у кого, кто живёт за счёт чужих душ, его не будет!

— И у Кости⁈ — ахнули девочки на этот раз синхронно. — Это правда⁈

— Правда. — мрачно кивнул я. — Только правда в том, что умирать я не собираюсь.

— Но ведь все люди рано или поздно умирают, даже самые сильные маги! Мне брат в детстве рассказывал! Когда я про папу спрашивала…

— Ключевое слово здесь «люди», Мари. Но маг — уже больше, чем человек! И рост этот потенциально бесконечен! Какой вообще смысл приобщаться к высшим силам, если не стремишься влиться в их ряды⁈

Гало тихо рассмеялся, а потом заметил:

— Что-то мне подсказывает, что не в ряды ангелов ты желаешь влиться, мальчик. Для этого тебе не хватает…

— Смирения! — закончил я за него. — Это правда. Я никогда не искал смирения со всем дерьмом, которое творится в мире. И не собираюсь искать. Если мне что-то не нравится, я исправляю это. Любыми путями.

— Твои слова полны мудрости, маг. Но эта мудрость порочна. Смотри, как бы вокруг тебя не исчез весь мир, растворившись в твоём Я. Ну да ладно. Я не Проповедник, чтение моралей быстро истощает мои силы. Я предназначен для другого.

— Предназначен! — сплюнул я. — Убогие рабы законов, также произвольно выдуманных очередным божественным творцом.

Девочки следили за нашим спором затаив дыхание. Не весть какие «глубокие» мысли, конечно, но когда тебе девять, а при тебе разворачивается серьёзная полемика… Это притягивает.

Я сам впервые стал свидетелем философского диспута только в четырнадцать. Но и тогда он произвёл на меня огромное впечатление.

Потому что философский диспут от досужей болтовни отличает поиск Истины и стремление доказать цельность своей системы взглядов.

А не то, как ты охренительно можешь перебивать и перекрикивать.

— Ты говорил, что вы стремитесь не убивать демонов, если это возможно. — бросил я напоследок. — Почаще рассказывайте это тем, кому эти твари ради забавы перерезали всех родных и близких. И ваш мирок останется таким же слабым и никому не нужным. Кстати, не это ли причина, по которой вы стараетесь не убивать? Говорят, Архангелы Рая с демонами никогда не церемонились! Несли не мир, но меч.

— Говорим, если это требуется. — ответил дух, уже окончательно превратившийся в побеждённого нами Кошмара. — И будем говорить. Мне и лично доводилось таким заниматься.

— И как, много паствы удалось собрать? — криво ухмыльнулся я, смеривая его взглядом. Голова-тыква замоталась.

— Немного. А вот спасти кое-чьи души удалось. Для Богов нашего мира это всегда было важнее, чем высосать из чьей-то веры пару лишних крох силы.

— Погоди-погоди! — вклинилась отмершая принцесса. — Так боги тоже высасывают силу из нас?‥ Бр-р, даже звучит жутко! Вы как комары все, блин!

На это раз мы с Гало весело переглянулись.

— Нет, Мари. Богам люди поклоняются добровольно, отдавая часть содержания своей души. Ну это как… — покрутил я жезлом в воздухе. — Как… э-э.

— Как привязанность. — вклинился дух своим новым скрипучим голосом. — Девочки, вы ведь любите своих родителей?

— Мои родители умерли. — с вызовом ответила Мари. А вот Рина тут же уверенно закивала, но потом добавила:

— Только маму! Папа у меня был демоном, похитил маму, и мы его замочили!!!

Гало всплеснул руками-жердями.

— Ну и компания у вас, смертные…