Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Он улыбнулся уголком губ.

— Были проблемы. Но сейчас всё пошло в гору. У Варга ажиотаж на наши северные товары после того, как мы наладили постоянный канал. Он расширяет и хочет подключить двух доверенных людей именно к нашему направлению. Думаю, через месяц-два я смогу присылать тебе караван раз в три недели.

— Хорошие новости. Но ты работаешь там, и безвозмездно будешь нам отправлять корабли. Тебя это устраивает?

— Ха, потом будешь платить, — он хлопнул меня по плечу. — А пока можно и бесплатно помочь будущему государству. Да и вообще… Разве ты не построишь мне лучший дом, да с лучшими девушками?

— Дом будет, а вот с девчонками сам разберёшься, — я улыбнулся в ответ.

— Ха-ха, договорились. Слушай… — Барут вдруг посерьёзнел. — Я соболезную насчёт потерь. Старик, он…

— Не нужно, — я покачал головой. — Уже наслушался. Всё в порядке. Давай лучше о делах.

— Угу, хорошо, — он пожал плечами. — Я тебе через ближайший караван пришлю кварц для Мираны — ей сейчас понадобится в больших количествах для реализации твоих планов. Подготовь систему разгрузки, зверей у тебя теперь много. Плюс железо в полосах, плюс кожу выделанную, плюс кремень и кварцевые ножи для звероловов твоих. И золотом несколько тысяч.

Я посмотрел в глаза торговцу. Сумма была колоссальной. Обычный человек начал бы отказываться из вежливости, но не я. Мне нужно было кормить армию, строить кузницы и восстанавливать стены.

— Хорошо, — жёстко кивнул я. — Но запишем это не как дружеский жест, Барут. Это первый официальный долг моего государства перед твоим торговым домом. Как только начнём работать, ты получишь эксклюзивные цены на ресурсы лесов.

Барут на секунду опешил, а затем его губы растянулись в широкой, искренней улыбке дельца.

— Вот это разговор правителя, Макс. Я знал, что вкладываюсь в надёжное дело. Но этой суммы даже мало, учитывая, сколько ты сделал для всех нас.

Я не стал спорить.

— Хорст-то где?

— На берегу. Он побоялся, Макс. Сказал, что не хочет видеть последствий осады. Не воин, в общем… Штормы морские — то пожалуйста, а свежие могилы не для него. Увидитесь, когда следующий караван придёт. Он и так виноватым себя считает, что не успел раньше. Объяснишь ему сам, что он ошибается.

— Объясню.

Барут кивнул.

Я шагнул к нему и обнял. Друг крепко обнял меня в ответ.

Постояли так несколько секунд.

— До встречи, — сказал он мне в плечо.

— Давай, дружище. Спасибо за всё.

Мы расцепились. Барут отступил на шаг, ещё раз кивнул и пошёл к телеге.

Рик подошёл последним.

— Ну что, Сибиряк.

— Москвич, — я серьёзно кивнул, и мы оба усмехнулись.

— Я тебе не успел сказать одно, — Рик кивнул в сторону Нойса, который уже залезал на мантикору. — Парень мой говорит только по делу. Ты не подумай, что он гордый или что я его плохо воспитал. Это его натура. Говорит только когда есть, что сказать. Слова ему не нужны, и он их экономит.

— Понял. Хотя на Юге он нормально общался. Скупо, но мы вели диалог.

— Серьёзно? — Рик удивлённо вскинул брови. — Если он с тобой говорил — значит, принял в свой круг доверия. Он со многими годами не здоровается, и это его выбор.

— Ты знаешь, сам факт того, что он был здесь и помог — о многом говорит, — спокойно ответил я.

— И то верно.

Рик протянул мне руку, и я крепко пожал её. Татуировки на его предплечьях коротко мигнули красным, потом погасли.

— Через два месяца я к тебе сам приеду, — сказал Рик. — С Карой и с Нойсом. Продолжим наш разговор после официального признания Алариха. Союз надо оформлять конкретно, не на словах.

— Буду ждать.

— И ты подумай за это время, что тебе от меня нужно. Деньги, люди, звери, политическое прикрытие для кого-то из королевств — что угодно. Мы земляки и должны по полной программе помогать друг другу.

— Подумаю.

— И я тоже подумаю. Союз должен быть обоюдовыгоден.

Рик кивнул, развернулся и пошёл к Серому. Цербер поднял все три головы и медленно зашагал рядом с хозяином.

Колонна южан тронулась.

Урвия взмыла в воздух. Нойс коротко взмахнул рукой в мою сторону — даже не глядя.

Я ответил тем же жестом.

Колонна вышла через пролом и потянулась по тракту.

Двор начал пустеть.

Что ж, город Древа уцелел.

Я повернулся и пошёл к лазарету. Пора было проверить своих.

Глава 19

Лазарет встретил меня запахом травяных отваров и горячего железа.

Я наклонился — теперь мне приходилось делать это у каждой двери, к этому ещё не привык — и шагнул внутрь. Большая комната протянулась через всю восточную часть сруба. Под потолком висели пучки трав, на дальней стене темнела стойка с инструментами. Вдоль стен стояло больше десяти лежанок, и на восьми из них сейчас лежали раненые жители. Михась и Тамара помогали лекарям — перевязывали бинты на бедре одного из бойцов в дальнем углу.

Воздух был плотный — смесь крови, пота, отвара и едкого травяного дыма, которым Ирма окуривала тяжёлых, чтобы не загнивали раны. Воистину — великая травница.

Я остановился у входа.

Бабка стояла у лежанки Стёпки. Она согнулась над ним с глиняной чашей в руках, и пар от чаши поднимался к её лицу. Рядом, на низком табурете, сидела Лина — девушка прижимала ладонь к бедру Стёпы. От неё расходился слабый зеленоватый свет — лисица Жизни Лины работала из ядра, посылая в рану парня тёплый исцеляющий поток. Развитие девушки в этом направлении и вправду стало гораздо сильнее.

Мирана стояла за спиной Лины, обхватив себя обеими руками. Лицо у неё было серое, осунувшееся.

Стёпа лежал с закрытыми глазами и ровно дышал.

— Внук пришёл, — сказала Ирма, не оборачиваясь.

Девушки подняли головы. Стёпа открыл глаза.

— Макс, — выдохнул парень.

Подошёл к лежанке. Лина подвинулась, освобождая место, и я опустился на корточки.

Копейщик смотрел на меня и криво улыбался.

— Вот так вот… Виола, представляешь. А теперь на всю жизнь хромым буду, сказали…

— Мне очень жаль, дружище. Что я могу сделать? — Конечно, я чувствовал вину. Противное, поганое чувство.

— Будешь должен, — Стёпка хмыкнул. — А ты вырос.

— Да, есть такое.

— Я не сразу тебя узнал. Голова ещё путается.

— Просто крупнее стал.

— Это хорошо. — Стёпа закрыл глаза снова. — Хочу тренироваться…

Я положил руку на его плечо. Парень был бледный, тонкий, с сухими губами — он потерял много крови, и сейчас его состояние лишь возвращалось в норму. Бедро было перевязано в три слоя, и через бинты не