Фантастика 2026-95 - Павел Шимуро

Видя мою реакцию, он добавил:

— Ты быстро разберешься.

А затем поднял рукоятку управления шагом винта и мы оторвались от земли.

Покинув воздушное пространство аэропорта, Распутин сказал:

— Передаю управление.

Находясь в своих мыслях, я даже не сразу понял, что он обращается ко мне.

— Кхм, — кашлянул он, привлекая моё внимание.

Поняв, что он хочет, я быстро ответил:

— Управление принял.

После этого, я почувствовал, что ручка штурвала стала необычайно лёгкой и податливой. Повернувшись направо, я увидел как Распутин откинулся в кресле, убрав руки с рычагов управления.

— У тебя неплохо получается, — спокойно сказал он спустя пять минут полёта.

— У вас тоже есть свой вертолёт? — спросил я его, начиная светскую беседу. Вертолёт шёл на прямом курсе и я мог отвлечься на разговор.

— Даниил, я за штурвалом с семнадцати лет, — заметил он. — Проще перечислить, чего нет в моём авиапарке.

— И чего же там нет? — улыбнулся я.

Он задумался и ответил:

— Ракеты для полёта в космос.

Он сейчас серьёзно или шутит? Лицо Распутина было абсолютно невозмутимо, чем вызывало ещё больше вопросов. Но задать он мне их не дал:

— В качестве благодарности за то, что ты сделал для моей дочери и репутации моей фамилии, я готов обучать тебя пилотированию. Лично.

Ого! Вот это интересные новости. Похоже, что я действительно приглянулся Сергею Олеговичу, раз он предлагает такое.

— Благодарю, это большая честь для меня, — кивнул я.

Но затем он поразил меня ещё сильней. Распутин достал из кармана куртку белый конверт и протянул мне его:

— Я попросил Аркадия сделать это под мою личную ответственность.

Заглянув в конверт, я обнаружил там пластиковый прямоугольник с моей фотографией. Это была лицензия пилота.

— Вы сейчас не шутите? — поразился я.

— Нет. Но ты получишь это лишь когда сдашь экзамены. Мне лично, — строго сказал он, выхватив из рук заветный документ. — Я не допущу, чтобы моя дочь летала с человеком, в пилотировании которого я не уверен на сто процентов.

— Позвольте узнать насколько строгий вы экзаменатор? — улыбнулся я.

— Сейчас узнаешь, — усмехнулся он и указал куда-то в сторону. — Давай-ка проверим, не рановато ли тебе задумываться о здании с вертолётной площадкой.

Его рука указывала на стеклянное здание, расположенное на набережной. Я узнал его мгновенно. Это было его здание. То самое, где располагался офис агентства «Уваров и Распутина».

Экзамен оказался с куда более высокими ставками. От моего пилотирования теперь зависела не столько лицензия пилота, сколько судьба будущего холдинга и целого здания.

Приблизившись к зданию, я стал примеряться, как внезапно сильный поток ветра снёс нас на несколько метров. Я поймал тяжелую машину и вновь направил к площадке. С каждым пройденным вниз метром штурвал в моей руке становился всё более беспокойным. На нижнем эшелоне разбушевавшаяся стихия проявляла всю свою прыть.

Когда мы были уже в десятке метрах над зданием, очередной порыв ветра отшвырнул вертолёт в сторону на добрые пять метров. Распутин машинально схватил штурвал, но я властно крикнул:

— Нет!

Он строго посмотрел на меня и произнёс:

— Поднимайся, в такой ветер посадка невозможна.

Ну уж нет. Слишком многое поставлено на кон, чтобы отступать в последний момент.

— Даниил, немедленно! — рявкнул он, пытаясь взять управление на себя.

Но система управления вертолёта не предполагала двойного управления, отдавая приоритет моему штурвалу.

— Я посажу, — уверенно произнёс я, когда вертолёт находился в нескольких метрах над площадкой.

Ветер вновь усилился и штурвал заходил ходуном.

— Не делай глупостей и поднимай вертолёт! — уже не сдерживал эмоций Распутин. — Если ты думаешь, что этот шантаж сработает, то глубоко ошибаешься!

Я ничего не отвечал, полностью фокусируясь на управлении. Ветер действительно не позволял безопасно сесть. Один такой порыв может размазать нас по крыше.

— Ветер слишком сильный, — раздался хриплый голос Распутина в наушнике.

— Ветер — моя стихия, — ответил я и открыл боковую форточку.

В салон ворвался ледяной воздух, принеся кучу снега. Но я не обращал внимания на это. Высунув руку, я создал мощнейший воздушный поток, который был сильнее творящегося снаружи бурана. Вмиг штурвал остановился, дрожь на нём пропала. У меня было несколько секунд, чтобы посадить самолёт. Больше моя техника не продержится.

Опустив ручку шага винта, я заставил вертолёт буквально провалиться вниз на несколько метров. Секунда, две, а затем последовал жёсткий удар.

Мы сели.

— Ты пилотируешь также, как и ведёшь бизнес, — раздался голос Распутина.

— Уверенно? — спросил я.

— Как полный псих, — возразил он. — Но это позволяет тебе делать то, что другим не под силу. Поздравляю с успешным экзаменом.

— Отметим это чашечкой кофе в офисе? — предложил я.

Но он отрицательно покачал головой:

— Нам пора возвращаться.

Взяв управление на себя, он резко поднял машину в воздух, чтобы миновать ветреную зону, и направился обратно в Пулково.

Но наш спокойный полёт продлился не долго.

— Сергей Олегович, отдайте управление, — внезапно воскликнул я.

Он удивлённо посмотрел на меня, но произнёс:

— Управление отдал.

Я тут же направил вертолёт в сторону, быстро подтвердив:

— Управление принял.

Внизу, прямо под нами я увидел его. Тот самый, третий фургон с артефактным оружием. Это точно был он — я узнал характерные повреждения заднего бампера и содранную краску на борту.

Я летел, не сводя взгляда с машины. Это был тот самый шанс, счастливый случай. Компенсация за все наше невезение, преследовавшее в последнее время.

Фургон резко замедлился и свернул в массивную промзону. Перед ним открылись тяжёлые ворота и он скрылся там. Как же хорошо, что я преследую его с воздуха. Никакие ворота не станут мне преградой.

Сидящий рядом Распутин внимательно и с интересом наблюдал за моими действиями.

Машина с оружием тем временем двигалась по территории огромной промзоны. Водитель явно знал куда ехать и, судя по всему, был здесь не впервые.

— Даниил, потрудись объяснить, что происходит? Что за экскурсия по злачным местам? — наконец спросил меня Распутин.

— Увидел знакомую машину, там муж одной женщины из редакции работает. И судя по всему, сейчас он ей изменяет, потому как должен быть в совершенно ином месте, — мгновенно сочинил я, не желая раскрывать правду и впутывать его во всю эту историю.

—