Фантастика 2025-39 - Екатерина Аникина

– Надеюсь, ты говоришь о себе? - сверкнул игривой улыбкой бог тысячи дорог, а стоящий рядом с ним бог всех бардов мягко тронул струны местной гитары, беря аккорд. - Привет. Соскучилась?

– Если бы у меня на это была хоть одна свободная минутка… - покачала головой, но тоже улыбнулась в ответ. - Приглашаю к столу.

– Угощение от жрицы Люцифера? Внезапно! - Суджин выглядел искренне обрадованным, так что совсем неудивительно, что уже пять секунд спустя активно пристраивался на свободном месте, отмахиваясь от ворчащего себе под нос Друаша, что это вообще-то для меня был стул. - Ой, сделай новый. Проблема что ли? М-м, оливочки! Мои любимые! Анастасия, да вы не жрица - вы богиня! Айхи, балладу в честь хозяйки застолья!

– Запросто, - улыбнулся его брат-близнец, отличающийся от бога тысячи дорог лишь цветом глаз и забавной малиновой береткой с огромным страусиным пером.

Его пальцы снова тронули струны музыкального инструмента и по залу разнесся сочный голос бога, пробирающий аж до мурашек:

В жизни даль распахнув мне настежь,

Ты явилась весны красивей.

Птицы в небе щебечут: "Настя",

Травы вторят: "Анастасия".

Счастлив я, покоренный властью

Этих глаз самых в мире красивых.

Губы с нежностью шепчут: "Настя",

Сердце вторит: "Анастаси-и-и-я"!

Откуда…

Как завороженная слушая песню из своего детства, которую так обожала мама и любила я сама, до последнего не сводила глаз с барда, который исполнял её так самозабвенно, словно действительно признавался мне в любви. Это всего лишь песня, я знала. Видела, что он вкладывает в неё мастерство, но не душу, однако не могла не восхититься изумительным голосом и потрясающим исполнением.

А когда он умолк, благодарно прошептала:

– Спасибо. Это было безумно приятно. Но откуда вы её знаете?

– Я знаю все песни, когда-либо звучавшие под этим небом, - не без легкого самодовольства ответил Айхи, но потом снова меня удивил: - Репертуар вашего народа потрясает воображение и я безмерно счастлив обогатить свои знания теми замечательными песнями, какие исполняет ваш народ, Анастасия. Позвольте поблагодарить вас лично за то, что помогаете пережить это непростое время не только воинам, но и людям искусства.

Кивнула, с честью принимая благодарность, а потом снова погладила алтарь, мысленно взывая к богине охоты - Гие. Не откажи, раздели с нами трапезу.

– Какая… любопытная компания подобралась, - вкрадчиво шепнула мне на ухо Гия, появившись за спиной. - Тем удивительнее услышать в числе приглашенных своё имя. За что такая честь?

– Мне любопытно, - ответила ей, даже не думая оборачиваться. - Почему ты против Люцифера? Ты ведь презираешь Хаттура за его методы и принципы. Почему, Гия?

– Ты правда думаешь, что я тебе отвечу? - презрительно фыркнула охотница.

– Почему нет? Или это принижает твоё достоинство? Ты ведь за честную охоту, Гия. Но то, что вы сделали с Ильёй… Это мерзко.

– О, вот в чем дело, - с досадой цыкнула девушка и только после этого обошла меня справа и я увидела, что она ещё совсем юная, на вид даже младше меня, причем, если не ошибаюсь, расы сильф. То есть высокая, светловолосая, изящная, но не хрупкая, а скорее жилистая. Порывистая и неумолимая, как стрела, метко выпущенная из лука, который висел у неё за спиной. - Знаешь… Я правда жалею, что поддалась на его уговоры. Не думала, что всё зайдет так далеко и некрасиво. Убить противника в честном бою - это одно, а так подло, как поступили они… Но и твой Люцифер хорош, - скривилась белокурая воительница. - Зачем он покушается на чужое? Никто бы ему и слова не сказал, если бы его интересы ограничились только пришлыми, но он ведь нагло переманивает к себе и наших исконных последователей, щедро отсыпая им таких благ, на которые мы не способны. Разве это честно, Настя?

– Нечестно, - согласилась с ней. - Но при этом он не очерняет ваше имя, а всего лишь продвигает своё. Кто мешает вам сделать так же? Это называется здоровая конкуренция, Гия.

– Много ты понимаешь в наших возможностях, - с досадой цыкнула охотница и на миг скривила губы, но тут в дверях храма показался маркиз, несущий сразу две объемные корзины, и она заинтересовалась им. Пока драгхар приближался, пристально за ним наблюдала, а когда почтительно поздоровался со всеми, в том числе с ней, вполголоса у меня уточнила: - Женат?

– Нет, - ответила ей так же тихо. - Вдовец.

– Давно?

– Год.

– Хм-м… - в голубых глазах Гии мелькнул охотничий азарт, а губы сложились в предвкушающей улыбке. - Тем слаще будет победа. Ты ведь не претендуешь, нет?

– Он мой друг, - предостерегла её от необдуманных поступков.

– Не бойся, я мужчин не обижаю, - хитро, как самая настоящая лиса, улыбнулась богиня, напоследок ещё и подмигнув. После чего изобразила на лице самое невинное выражение и направилась к столу, небрежно бросив через плечо мне: - Я оценила твою смелость, жрица. Считай, что ушла в нейтралитет. Ты права, это не наша война. Мальчики, привет! А ну-ка потеснитесь! Айхи, почему я слышу твоё чавканье, а не пение? А ну-ка выдай нам что-нибудь задорное за встречу! - И про драгхара тоже не забыла, игриво стрельнув глазками в маркиза и с многозначительной улыбочкой сообщив: - Гия, богиня. А вы…

– Ирвиш, ваш большой поклонник, - ответил ей в схожей тональности маркиз, заставляя меня иронично хмыкнуть, и любезно поцеловал руку этой хитрой кокетке. - Что предпочитаете? Вино, коньяк, виски? Есть сидр, пиво… ликер?

– Маркиз, а вы знаете, чем заинтересовать женщину, - томно хихикнула Эреанда, пытаясь перетянуть внимание мужчины на себя, но один-единственный колкий взгляд от Гии - и вторая богиня благоразумно переключилась на императора, который был так неосторожен, что сел рядом. - Ваше величество, а не будете ли вы любезны передать мне во-о-он те изумительные пирожные? Как сказала одна опытная жрица, они идеально подходят к вину…

Не торопясь присоединяться ко всеобщему застолью, какое-то время я задумчиво наблюдала, как ведут себя боги.

И не видела в них ничего божественного. Вот вообще ничего! Самые обычные существа, которые не чужды самым обычным желаниям: вкусно поесть, на халяву выпить, повеселиться и посплетничать.

Айхи всё-таки уступил настойчивым просьбам Гии и начал не только есть и пить, но и наигрывать на своём