Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

– Сагаран, а тот ребёнок, Диннар…

– Нет, Диннар не мой сын. Я знаю, некоторые думают, что я его отец, и я никогда не опровергал эти слухи. Пусть лучше считают его отцом меня, чем…

Молодой нумад нахмурился и замолчал.

– А ты видел того, кто…

– Нет. Я только знаю, что они встречались в вирновой роще. Однажды я пошёл туда, а на меня набросилась одна из этих чёрных птиц. Еле ноги унёс.

– Наверное, это был танх. А ты знаешь, что они могут вселяться в человеческое тело?

– Знаю.

– Нянька Диннара сказала, что какая-то сумасшедшая старуха ходила за ним и твердила, будто он её сын.

– Мало ли что может говорить безумный.

– Сагаран, а что ты думаешь обо всех этих статуях из пустыни?

– Спроси что-нибудь полегче. Сейчас вся пустыня ближе к границе в каменных обломках. А одну статую оставили целой. Суар остановил её и просил не разбивать. Хочет тебе показать. У этого ваятеля какое-то извращённое воображение.

– Он очень искусен.

– Да, хотя в последнее время хорошо сделанных статуй появляется всё меньше и меньше. В основном грубая работа. Иногда идут еле отёсанные истуканы. Когда мастер заинтересован в большом количестве изделий, ему уже некогда демонстрировать своё искусство.

– Ты думаешь, это всё один мастер?

– Похоже, у него много помощников, – пожал плечами Сагаран. – Да… Давно хотел тебе сказать, и всё из головы вылетало. Мне тут однажды показалось, что я видел бывшего ученика твоего деда. Того, который несколько лет назад ушёл из школы. Или Аххан его выгнал? Не помню имя…

– Тагай? Я даже точно не знаю, что тогда произошло. Дед не любит об этом говорить. Но он клянёт себя за то, что не разглядел этого Тагая раньше. А где ты его видел?

– На старом кладбище у горного склона. Не знаю, что он там делал, но едва он услыхал мои шаги, как тут же скрылся. Там рядом Мёртвая роща. Я последовал за ним. Оказывается, в роще есть тропинка, которая ведёт в пещеру. Я вошёл туда, наткнулся на тупик и вернулся. Понятия не имею, куда он делся. Впрочем, я не уверен, что это был Тагай. Может, просто похож.

– Не нравится мне это, – нахмурилась Гинта. – Я бы не удивилась, если бы узнала, что Тагай имеет отношение ко всем этим делам, которые сейчас творятся в Улламарне.

– Он готовился стать арканом?

– Нет. Не думаю, что он смог бы так управлять статуями. Если только не узнал какие-нибудь заклинания…

– Вот именно. А ты не помнишь, к чему он проявлял особые способности?

– Он неплохо работал с наомой. И тануманом легко овладел. Интересно, что он делал на кладбище?

– Меня это тоже заинтересовало. Тем более, что он стоял возле могилы Диннары.

– Пожалуй, это единственная мастерская работа из всего вчерашнего полчища, – заметил нумад Суар. – Остальные были сделаны тяп-ляп…

– Ну уж нет, – возразила Гинта. – Тот гигант мне тоже понравился. Но я решила, что издали он смотрится лучше, чем вблизи.

Все засмеялись.

– Это ж надо такое выдумать, – говорил Даарн, разглядывая статую. – Я бы даже представить такое не сумел. Бр-р-р!

Изваяние имело два капта в высоту и около восьми в длину. Странное и жуткое существо с головой человека, восемью когтистыми лапами, суставчатым телом насекомого и хвостом, который заканчивался оскаленной мордой мангура. Фигура была сделана из серебристого зиннурита, лицо – из жёлтого хальциона. Вместо волос его обрамляло множество золотистых зиннуритовых гинз. Такими же были когти чудовища и звериная голова на конце хвоста.

– Нет, вы только посмотрите! – воскликнул мангарт Асан – так возбуждённо, что на него тут же все оглянулись. – Ведь это же сурса! Если убрать человеческое лицо, хвост… У этой образины тело сурсы.

– И правда!

– Ну и ну…

Все плотным кольцом окружили статую, внимательно рассматривая её длинное суставчатое туловище. Сурсы, варканы и санты исчезли полтора больших цикла назад, но как они выглядели, знал каждый сантариец. Нумады и художники оставили их многочисленные изображения.

– Вот уже почти сто пятьдесят лет, как они исчезли, – сказал Суар. – А теперь являются к нам из пустыни в виде огромных статуй. Всё это очень странно…

«И странно, и страшно, – подумала Гинта. – Пустыня хранит множество тайн, а мы стоим у самой границы, и врата открыты. Рано или поздно придётся в них войти».

Лицо статуи сразу показалось ей знакомым. Точно такое же было у юноши на мангуре. И у того зверочеловека, которого она встретила, когда ездила в святилище Двух Богов. Красивое лицо с огромными чёрными глазами, сделанными из белого хальциона и крупных танаритов. Для губ загадочный мастер использовал тёмно-красный иррид. Прекрасное юное лицо улыбалось так чарующе, что становилось не по себе.

– Лучше бы у него была какая-нибудь безобразная морда, – пробормотал один из воинов. – По-моему, тогда было бы не так страшно.

Никто ничего не сказал, но чувствовалось, что все с ним согласны.

Глава 8. Слуги Танхаронна.

Праздник двенадцатого летнего полнолуния Камы Гинта решила провести в Ингатаме. Раз уж ей необходим отдых, то лучше отдохнуть дома. Тем более что в дни, посвящённые бледной луне, не принято ходить в гости и в замке должно быть спокойно.

Пришли только абинты, которые, как и юная аттана, изрядно устали от бродячей лесной жизни. Но ученики Аххана и не были здесь гостями. Ингатам давно уже стал их родным домом.

Суана, которой два тигма назад сравнялось четырнадцать, так расцвела и похорошела, что те, кто давно её не видел, смотрели на неё с нескрываемым восхищением. За обедом в Большом зале она села рядом с Гинтой.

– Я слыхала, в Улламарне творятся какие-то чудеса… Ты побывала в древнем святилище Двух Богов? И что ты там видела интересного?

– Интересное можно увидеть не только в святилищах Улламарны, – сказала Гинта, достав из поясного кармашка танарит. – Прекрасно отшлифован, правда? И главное – редкого оттенка, с синеватым отливом. Такие приносят в храмы тёмного бога, а я нашла его в святилище водяных богов на берегу Наугинзы. Я собираюсь отдать этот камень тому, кому он должен принадлежать. Танхаронну. Говорят, в награду за такое подношение тёмный бог может помочь человеку обратить злые умыслы его