Идеальный мир для оценщика - Натан Раух

— Твою мать! — отдергиваю руку.

Мертвец, который вовсе не мертвец, открывает глаза и начинает говорить. Несколько слов знакомы — «милосердие», «пожалуйста», — но общий смысл ускользает.

— Как ты еще держишься, мил человек? На тебе живого места нет. Я видел, как ты сражался. Достойно. Просто их было слишком много.

Раненый неразборчиво хрипит.

Наверное, я сейчас должен быть в шоке. В ужасе. Передо мной человек истекает кровью, а я вижу не умирающего, а возможность…

Раненый тянет ко мне руку — ну, понятно, помощи просит.

Хватаю мужчину за ворот камзола и тащу к башне. Даже в неверном свете луны видна кровавая полоса, которая тянется за раненым.

Ладно, плевать, ночью это не так важно. Ну, может утром мертвяки подтянутся. Опять же одежда пригодится, в любом случае.

Затаскиваю полуживого, бубнящего что-то дворянина на первый этаж. На второй с ним не подняться. Приваливаю его полусидя к стене, а сам поднимаюсь наверх за зельями и дровами.

Минут через пять внизу уже горит небольшой костерок.

В свете пламени рассматриваю лицо гостя поневоле. Мужчина, на вид чуть за тридцать. Раньше в книгах встречал выражение «благородные черты лица» и никогда не понимал, что это значит. А сейчас вижу. Прямой нос, высокие скулы, квадратный подбородок, тонкие губы, почти бесцветные от кровопотери. Взгляд твердый, даже сквозь боль. Этот мужик не обладает слащавой внешностью вчерашнего белобрысого красавчика… Но глядя на него, невольно проникаешься чем-то похожим на уважением. Или, по крайней мере, насколько я разбираюсь в людях, к таким как этот не страшно повернуться спиной. Но я все же буду настороже… Риск оправдан, когда просчитан.

Вливаю в рот раненого первое зелье.

Тот хрипит, говорит что-то быстро, задыхаясь…

— Все хорошо, не переживай. — Кладу руку ему на плечо. — Сейчас подлечу. Кишки срастутся — сто процентов. Будешь как огурчик у меня…

Мужчина не замолкает. Говорит так, словно ему жизненно важно передать послание. Словно эти слова не должны умереть вместе с ним.

А я что, ну киваю, улыбаюсь слегка…

Видимо, выражение моего лица подсказывает ему, что ни хрена я не понимаю. Говорит медленнее, проще. Все равно улавливаю через два слова на третье.

Продолжаю вливать зелья — и не только из желания помочь. В моем распоряжении живой носитель языка. Он мне нужен.

Жестоко? Цинично?

Возможно, но я же его все равно лечу не спустя рукава, а со всей ответственностью.

Между делом прогоняю оценку.

[ОЦЕНКА | ур. 8

Агилар Лассер

Тип: человек

Состояние: тяжелораненый, 37 лет

Черта характера: честность]

Негусто. Имя, возраст, статус и одна черта характера. Ну, хоть что-то. Честный, значит. Посмотрим…

Проходит час, может полтора. Зелья вливаю, раненый бормочет, я вылавливаю новые слова. «Семья». «Нашли». «Бежать». Контекст помогает угадывать остальное.

Оценка тем временем дополняется.

Происхождение: род Лассер (древний, знатный)

Примечание: род Лассер славится жестокостью и пренебрежением законами чести. Предательство союзников, заказные убийства — часть морального кодекса семьи. Агилар Лассер и его доверенные изгнаны из рода за милосердие.

Постоянное местоположение до инцидента: город Фронтьербург

Открыто: 6 / 35

Да уж, семейка, значит, та еще…

Но главное.

Город.

Не на гигантских орлах все эти товарищи сюда прилетают и не через порталы приходят. Где-то за лесом за холмом действительно шумит город, который, наверняка, живет и богатеет от артефактов, принесенных искателями из этих мест. Это как раз место для меня — там по любому нужны оценщики. Тем более такого уровня.… Не, ну а чего скромничать?

От мечтаний о будущей жизни в городе меня отвлекает состояние Агилара. Рана на животе не желает затягиваться, несмотря на то, что я просто залил его зельями. Оценка показывает заражение каким-то ядом.

Даю Лассеру зелье от токсинов, но толку чуть… яд распространяется быстрее, чем лечение работает. Часа два, по ощущениям, проходит в попытках исцелить раны и избавиться от отравы. Агилар продолжает бормотать, я киваю, вливаю зелья, попутно радуясь пополнению словаря.

На какое-то время раненому вроде становится лучше. Он снова пытается мне что-то рассказать. Оценка подсказывает некоторые слова.

Лассер говорит что-то про свою семью, что не прощают они предательства… нашли его в городе, хотя он сменил имя и скрывался…

За окнами светает. И тут на подоконнике я замечаю двух птиц, тех самых, что ночью кружили над трупами.

— Это они за тобой прилетели? Ты что, деликатесный? Или гнездо им разорил?

Рассматриваю птиц и перевожу вопросительный взгляд на Агилара.

Он рассказывает, что пытался затеряться, вступив в отряд охранников какого-то вельможи. Только вот Лассерам пофиг на всякие титулы, так что Агилара они нашли и перебили почти весь отряд, лишь лорду удалось сбежать, да еще двоим его приближенным.

Я цокаю языком. Вот ведь логика у этих Лассеров. Сами изгнали, сами догнали и убили. Хотя, если подумать, в этом есть смысл. Не могли же они убить при всем честном народе, это попортило бы их репутацию…

Мой словарный запас пополняется в ходе беседы больше чем на полсотни слов. Эллочку Людоедку я давно переплюнул, вплотную приблизившись в этом аспекте к попугаю ара.

Оценка открывает еще один пункт про Лассера.

— Да ладно? — Я вздергиваю брови и широко открываю глаза. — Ты, получается, ходячий клад? А ведь мог бы уже стать трупом, не будь я человеком высоких моральных принципов.

Вряд ли он меня понимает.

— Нет уж, до убийства раненого я опускаться не собираюсь, даже ради такого куша. Буду лечить тебя, как себя.

Оказывается, Агилар обладает семейным заклинанием — «Взгляд фамильяра». Полноценное, среднего уровня, и для его создания нужны знания нескольких магических школ: разума, контроля, иллюзий и анимагии, то есть работы с животными.

Обычно такие штуки передаются от отца к сыну. Однако, если человек не хочет вкладываться в имущество и золото, а предпочитает вкладываться в собственную силу, то может и приобрести такую полезную вещь. Продажа, правда, процесс болезненный. Крайне болезненный…

Зато и плюшек «Взгляд фамильяра» дает будь здоров.

Можно видеть глазами существа, которое держишь под контролем… или того, чья воля сломлена. Короче, тебе либо разрешают использовать это заклинание, либо ты не спрашиваешь, а просто смотришь его глазами.

То есть, будь у меня такое заклинание, я бы не просто приказывал зомби искать полезные вещи в округе, но и смотреть, чего он там нароет, и приказывать — брать или нет…

Ух, вот это возможность, вот это перспективы…

Меня аж в жар бросило.