Песня скорпионов - Елена Анатольевна Прудникова

class="p1">— Молчать! — У Войко заложило уши, и он подумал, что сам Доневич-старший может позавидовать такому грому с молниями. — Щенок! У меня за плечами десятки опасных походов и всего трое погибших! А из-за тебя, сопля безмозглая, мы лишились уже четверых!

В кают-компании «Эдны» наступила зловещая тишина. Ари неожиданно подумал, что, если сидящий перед ним пьянчуга — безмозглая сопля, то выходит, сопли могут быть и с мозгами? Возникший перед глазами образ настолько поразил воображение, что альрамей тихонько прыснул в кулак. Аваланд свирепо взглянул на него и уже спокойно продолжил:

— Завтра я ухожу на другой остров. Капитан Гверо, настоятельно рекомендую вам последовать моему примеру, и, коль скоро вы потеряли часть своих исследователей, принять на борт их коллег с Лиги, если те пожелают к нам присоединиться…

— М-мы им-менно т-так и сделаем! — Возглавлявший экспедицию Лиги орлеанский биолог от волнения заикался и не скрывал страха, но был настроен чрезвычайно решительно. — Вчера эти пьяницы п-перестреляли т-туземцев, а з-завтра могут и нас! Уходим с вами!

— Мои люди перенесут ваши вещи, — первооткрыватель Радуги кивнул им и снова обернулся к похмельному телу Кастрела-младшего. — Удачных развлечений на природе! Насколько я знаю местных жителей, тут теперь из-за каждого дерева придётся ждать ядовитый шип в затылок. Время и место волчка домой наш навигатор определил. Если выживете — можете воспользоваться. И… посидите-ка до нашего старта лучше здесь. Бар в вашем распоряжении!

Адмиральский отпрыск открыл было рот, чтобы возмутиться, и даже привстал, но, повинуясь взгляду Ариэля, один из охранников — бывший лейтенант Эгбейеме, отпихнул его назад, щёлкнул замком тяжелой железной двери и очень выразительно привалился к ней плечом.

Запертый посмотрел на угрюмую рожу лейтенанта, понял, что драться с ним не стоит, махнул рукой и плюхнулся в жалобно скрипнувшее кресло. Голова трещала, бар выглядел чрезвычайно соблазнительно, и пошло оно всё в болото! Без учёных нытиков, пожалуй, и лучше, а уж по вендам он и подавно не заплачет…

Господин Арман, отдав нужные распоряжения, отправился в свою каюту. Ему и самому хотелось выпить. Кровавая бойня неожиданно обернулась триумфом. Скопированные Войко письмена не имели никакого отношения к другой цивилизации. Это их личный с Фарни и Эдной шифр, придуманный ещё перед отлётом. И сейчас корявые значки складывались в слова. «Неизвестная эпидемия. Племя уходит на запад, на другие острова, и мы с ним. Первые тетради закопаны здесь».

— Ари! Как начнёт светать, возьми шлюпку, слетай на ту поляну с кастрюлей. Под камнем закопан ящик. И знаешь что… возьми на камбузе самый большой котёл. Оставь там… как извинение, что ли…

Солнце едва успело подняться над лесом, как «Эдна» и «Тавалога» снялись с места, передав так и не протрезвевшего Леопольда его команде. Вечером ушёл и «Батиллус» — проспавшийся капитан всё же сумел понять, что отныне им здесь не рады. Научная программа корабля завершилась: учёные перешли на «Тавалогу», а до конца экспедиции ещё без малого год. Кастрел не раз бывал в «Одном выстреле» и твёрдо намеревался переплюнуть его основателя по части охотничьих трофеев.

Глава 21

Планета Радуга

— Такого зоопарка нет даже в Лютеции! Надпись «Не кормить» вешать?

Майор Ираклис критически оглядел огромную железную клетку, замаскированную ветками. Узилище предназначалось для пойманных зверей, но сейчас в нём разместились Войко, два зоолога, радист и кинооператор.

— Сейчас выйду и накормлюсь тобой, — капитан Гверо многозначительно положил руку на приклад своей внушительной винтовки.

— Отравишься! — невозмутимо ответил Ариэль и двинулся навстречу приземлившемуся катеру, откуда, прихрамывая, выбежал Аваланд. — Лучше попроси поделиться тех, кто вот-вот на мясо прискачет.

Воздушное судёнышко ушло к опушке леса и зависло за деревьями. Ожидаемая добыча отличалась осторожностью, и катер мог её спугнуть.

Большой остров тянул на маленький материк, центр его занимала обширная саванна, заросшая высокой — почти в человеческий рост, травой и усеянная мелкими рощицами. Среди прочих там обитали и гигантские носороги — такие же рогатые, как и водившиеся в Орлеании и Вендии, но длинноногие и длинношеие. Даже высоченный генерал Лабутиц, встав под брюхом вожака стада, вряд ли смог бы его почесать, но слонобойка не подвела.

Приземлившись, руководители экспедиции решили дать командам пару дней отдыха. После гибели товарищей, кровавого побоища и срочной эвакуации настроение у всех было мрачное, и следовало слегка расслабиться. Водки выдали из расчёта пол-литра на двоих, а двадцатитонной горы мяса молодого самца хватало и на оба экипажа, и для понабежавших да поналетевших падальщиков. С точки зрения науки пропустить такое пиршество — преступление, которому нет оправдания, и зоологи вместе с Аваландом перенесли праздник на завтра.

Пожиратели носорожьего трупа не заставили себя ждать. Словно из-под земли выскочили толстые крысаки, похожие на гигантских гусениц на коротеньких ножках. Спустились с неба и грозно зашипели на конкурентов огромные уродливые птицы с голыми шеями и мощными крючковатыми клювами. Птичка с красным хохолком, куда меньше, хотя тоже хищно-крючконосая, сделала круг над пиршеством и взмыла ввысь.

— В-вы видели? — Орлеанский профессор аж подпрыгнул от восторга. — Она полетела за… Вот он!

На полуобглоданную тушу упала уродливая тень, и Войко немедленно взял на прицел её обладателя.

Больше всего новый претендент на свежую носорожину напоминал летучую мышь — но какую! Огромные крылья вполне подошли бы небольшому самолёту, когти на них и задних лапах были подобны серпам, а в оскаленную пасть могла запросто поместиться человеческая голова. Крысо-гусеницы порскнули в кусты, их крылатые соперники отступили с возмущённым карканьем, и гигант приступил к трапезе, причем не один — к нему присоединился и птиц с красным хохлом. Ещё две таких же, но скромно-серые, явно самки, спрыгнули со спины чудовищной мыши и тоже начали клевать.

— Такой громадине т-тяжело долго летать! — разъяснил биолог. — П-поэтому зверь п-поднимается высоко в небо и парит на в-воздушных пот-токах. Так он может ул-лететь очень д-далеко, но с высоты плохо видит. Роль его глаз выполняют птицы, которые постоянно спускаются вниз, ищут добычу, п-потом возвращаются отдохнуть, а когда н-находят, сообщают и угощаются объедками.

Аваланд с горящими от восторга глазами махнул рукой матросу с рацией и обернулся к Воиславу:

— Капитан, валите мышонка и прикрывайте погрузку!

Зверь ещё бился в агонии, а над недоеденным носорогом уже завис вызванный катер. На землю опустилась на канатах платформа с матросами, которые, пыхтя, начали затаскивать на неё замершую, наконец, тушу. Старый путешественник тем временем рассматривал отдалённые заросли и увидел, как они зашевелились…

— Быстро вверх! Иначе пообедают нами!

Взревели моторы, и воздушное судёнышко поднялось в воздух. Вцепившись в ограждение платформы, грузчики с ужасом