Песня скорпионов - Елена Анатольевна Прудникова

— Хорошо, что успели, — заметил Аваланд, наблюдая пиршество. — Замешкайся ребята, псинок пришлось бы перестрелять, а мне этих красавцев жалко. Сейчас поедят и уйдут.

Войко не находил ничего прекрасного в помеси медведя с крокодилом, но спорить не стал.

— Строго говоря, это не совсем собаки, — продолжал просвещать его Аваланд. — Если искать аналогии на наших планетах, они близки скорее к кабану. Обратите внимание: пальцы на их лапах оканчиваются не когтями, а копытами. Едят зверята всё, что попало: любую живность, от оленей и свиней до ящериц и крупных жуков, и с тем же удовольствием роют носом землю в поисках корешков и лакомятся упавшими фруктами. С собаками их отчасти роднит внешний вид…

— Ну, очень отчасти! — вздрогнул капитан. Длинные зубастые челюсти вожака, казалось, могли перекусить его пополам.

— Тем не менее… И они так же легко приручаются, — псы Радуги явно входили в число любимцев руководителя экспедиции. — Если вы возьмете детёныша, у которого едва открылись глаза, проблем будет не больше, чем с обычным щенком. Мы привезли выводок из прошлой экспедиции и могли бы неплохо заработать на их разведении, но правительство запретило. Ну не глупцы ли? Львов и тигров можно, а собачек нельзя! Я оставил несколько для себя — вы их наблюдали на инструктаже, — остальных пришлось стерилизовать. Если успеем, доставим пополнение: моему выводку нужно вливание свежей крови…

— Глядишь, и разрешение на продажу протолкнём, — альрамейская половина души бывшего майора Ираклиса всегда страдала из-за упущенной выгоды. — Возможности Аvaland Pharmacevtic за полвека слегка выросли. А открой мы планетку пару веков назад, и на туземцев нашлись бы покупатели!

— И это говорит человек, чьи предки испытали на себе горечь рабства! — деланно возмутился магнат.

— Только прадедушка дедушки по линии матери! — уточнил Ариэль. — И совсем недолго. Полгода не прошло, как он задушил надсмотрщика цепью, которой его приковали к бревну, и сбежал. Потом вернулся с воинами, убил бывшего хозяина и сам продал дружественному племени его семью. Ну а прадедушка отца и вовсе владел одним из крупнейших рынков рабов на Джалне…

— Одного мальчишку мы привезли… — признался Аваланд, наблюдая, как четверо объевшихся псов Радуги трусцой уходят в лес. Вожак остался и грозным рычанием отогнал вернувшихся было крылатых стервятников. — Нашли в джунглях со сломанной ногой и взяли с собой. Думали, в цивилизованном обществе вырастет уж всяк не глупее своих сородичей и хоть что-нибудь да расскажет, но — увы! Получился законченный идиот, которого кое-как приспособили к труду дворника и грузчика, пока он через сорок лет не запихал в рот ядовитую поганку. Капитан, как вернёмся, зайдите, обсудим кое-что… О, глядите!

Из высокой травы появился один из ушедших псов и ткнулся носом в вожака: смотри, старший, поручение исполнено! За ним показался десяток дикарей.

— Перед сегодняшней охотой я оповестил о ней жителей острова, — склонившись к Войко, негромко проговорил Аваланд. — О бойне, которую устроили люди Кастрела, здесь почти наверняка знают, и я сказал, что мы пришли с миром и убили этого зверя в знак дружбы, чтобы они не знали голода. Теперь тут можно работать без помех.

— А псы…

— Мы пока не установили, как звери взаимодействуют с туземцами, но они, несомненно, симбионты. Островитяне имели основания нас бояться и потому послали собачек на разведку.

— Потрясающе! — Воислав от волнения заходил по платформе. — До сих пор не могу привыкнуть! И вы полвека никому не говорили ни слова?

— Не говорил. И даже не взял с собой ни ростков, ни семян кактуса. Во избежание соблазна…

— Но вы же могли его использовать!

— Как именно? — Аваланд страдальчески поморщился, и стало понятно: над проблемой он ломал голову долго и безуспешно. — Собрать преданных людей, сказать: ребята, давайте я вас сейчас уколю. Большинство умрёт, зато остальные смогут служить мне с утроенной силой! Или провернуть всё втихую и надеяться, что оставшиеся ничего не поймут и не захотят отомстить? А потом сесть в бункере с кактусом и отстреливаться от желающих его получить? Зато теперь наша связь открывает чрезвычайно интересные перспективы!

— Ничего, что нет тени! Зато нет и туземцев!

Оборвав ропот подчинённого, Кастрел велел обустраивать уже третий за пять дней лагерь. Оставаться на корабле было невозможно — тропическое солнце превращало железный корпус в раскалённый котёл.

Столбы для изгороди ругающиеся матросы прихватили с предыдущей стоянки. Сперва расположились на западном краю джунглей. Потом перелетели на восточный. Теперь капитан решил устроиться в степи, подальше от несущих смерть зарослей.

Когда «Эдна» и «Тавалога» снялись с места, «Батиллус» тоже двинулся к новым берегам. Расплата пришла уже на следующий день. Из троих отправившихся за припасами матросов вернулся лишь один, со сломанной рукой — двоим разбили голову дубинами. Другой конец леса оказался столь же негостеприимным — чудом отделались парой раненных.

Что их ждёт на открытой местности? Почему здешние дикари так хотят их истребить? Ведь поначалу все было в порядке! Мстят за племя похитителей кастрюль? Чушь, как они узнали? До того острова несколько сотен километров и море!

Пришлось снова менять место дислокации, на сей раз устраиваясь в чистом поле. С едой всё оказалось в порядке — набили с катера непуганых четверорогих антилоп, зато закончилось спиртное. Плоды, из которых гнали самогон, в степи не росли. Решить проблему взялся сержант Эрве Рошер по кличке Рваный.

— Суар капитан, — доверительно понизив голос, сообщил Кастрелу бритый тауированный верзила со шрамом от уха до шеи. — Команда требует выпивки. Ребята взвинчены и если не получат своё, ломанутся в джунгли или взбунтуются.

Леопольд поднял голову от пистолета, который в очередной раз разбирал и смазывал. Задумчиво поскрёб заросший недельной щетиной подбородок.

— Ты можешь что-то предложить?

— Дайте мне катер, я возьму человек пять, отправлюсь в лес и привезу фруктов. А там… будет видно.

Последние слова прозвучали как-то странно. Впрочем, выбирать не приходилось: если без малого сотня вооружённых рыл и правда тут всё разнесёт… Кастрел молча кивнул и взялся за второй пистолет. Вокруг становилось всё мрачнее, и любая осечка может стать смертельной.

Сержант Рошер вышел из капитанской каюты весёлым и довольным. Бывший уличный грабитель завербовался в армию и вызвался добровольцем на Радугу, когда их банду прижала полиция. Теперь его шансы вырваться из мира трущоб, криминальных кабаков и дешёвых борделей изрядно выросли.

Капитан из Лео, что из дерьма пуля, но его отец — другое дело. Бывший грабитель видел министра обороны пару раз и мельком. Но этого хватило, чтобы понять: безобидный на