По эту сторону. Дом с секретом и его притяжение. Часть вторая - Ольга Станиславовна Назарова

не я! – ухмылка под густыми усами стала уже невыносимо торжествующей. – Ой, ладно тебе, не злись! – Баюн всегда отлично знал, когда нужно остановиться и не доводить до крайности всяких нервных артистических личностей. – Давай размышлять!

– Ну давай…

– Первое – это хищный зверь с когтями – раны именно ими нанесены. Так?

– Так!

– То есть все копытные отпадают однозначно – эти, если надо, просто по голове стукнут или зубами цапнут, вот как недавно Катины коники развлеклись… Впрочем, об этом потом. Ещё можно сразу откинуть лис – они взрослого мужчину завалить и так нашинковать не смогут. По этой же причине отсеиваются все мелкие – горностаи, куницы и прочие в том же духе. Кого ещё можно отбросить?

– Волков – те лапами редко работают. Да и не смогут ими такие повреждения нанести – когти у них тупые. Я бы сказал, что медведь тоже вряд ли здесь потрудился – от пострадавших бы мало что осталось. – Тогда кто? – Баюн насмешливо сверкал глазами, глядя на собеседника с тем невыносимо-высокомерным выражением, которое так любят и практикуют коты.

– Да я и сам понимаю, кто! Не разговаривай со мной, как с сопляком! – рыкнул Сокол. – Но они же очень редкие!

– И что? И ты редкий, а уж я-то так вообще единственный! – горделиво распушился Кот. – Короче, я знаю из проверенных источников, что одно такое семейство проживало в ближнем Подмосковье…

– И ты МОЛЧАЛ? – возмутился Сокол.

– Вот уж в чём, но в этом меня обвинить невозможно! – торжествующе парировал его собеседник. – Я редко молчу, и то всегда по делу! Надеюсь, ты точно понял, кого должен искать?

– Не доставай меня! – вздохнул Сокол, – Я не представляю, как тебя Катерина выносит! Конечно, я понял, что ты про пардусов говоришь! – ухмыльнулся он, а потом, не позволив вредному созданию торжествующе распушиться, рассмеялся. – Купился-таки. Ладно, в каком районе Подмосковья живут те рыси?

Примечание автора: пардус – это старинное название гепарда. Их вполне успешно приручали для охоты. На Русь они попали из Византии и одно время были популярны у нашей знати. Соколовский упомянул их в шутку, прекрасно понимая, что речь не о пардусах.

Кошачье разочарование почти заставило Баюна повредничать и ничего не сказать, но здравый смысл оказался сильнее – эту рисковую рысью особу лучше бы найти, пока она не натворила серьёзных бед…

Глава 82. Время, которое наступило

Уртян рассматривал на свет пузырёк с коричневатым прозрачным отваром.

– Давай, добавляй! – скомандовал Соколовский. – Всё должно получиться!

Травник поднёс к широкому горлышку пузырька пробирку с последним элементом зелья – тёмной, густой жидкостью, а потом осторожно перелил содержимое пробирки в ёмкость с отваром и замер, взволнованно глядя на результат.

Он уже было решил, что всё испортил, что ничего у него не вышло, как вдруг внутри, у донышка склянки в глубине жидкости, там, где осела взвесь от последнего элемента, вспыхнула искра, потом ещё одна, ещё, и вот уже засветился уверенным светом огонёк, словно костёр, разгорающийся на углях.

– Это… это же оно? Да? – Тян от волнения даже осип.

– Оно! – кивнул Филипп Иванович. – Я же говорил тебе, что ты сразу узнаешь, что всё получилось. Тебе действительно удалось сварить зелье, которое снимет с Никиты ночные крылья.

– Как же я рад, что у меня вышло! – Уртян прекрасно понимал, что это очень сложный состав, что стоит только немного ошибиться, и всё будет напрасно, ничего не получится.

А ещё он понимал, что если справится, то это будет означать, что он поднялся на новый уровень, что может ещё больше!

Он смотрел на янтарный огонёк, непостижимым образом плясавший внутри зелья, и счастливо улыбался, а в шаге от него стоял Сокол и довольно размышлял о том, что у него тоже получилось нечто ничуть не менее сложное:

– Взять избалованного болвана, который бегает, задрав хвост и разыскивая себе на охвостье приключения, поместить его в ПРАВИЛЬНЫЕ условия, усилить гнёт нужными испытаниями, поймать искорку дара, заставить этого чудака поверить в неё, а не спустить туда, куда сливаются гусиные отходы, а дальше учить и поддерживать. И что в результате? Правильно – великолепный травник, безошибочный зельевар! А ещё – верный и преданный работник! И кто тут молодец? Я молодец! Кто у нас лисика-то нашёл? Хотя, справедливости ради, надо отметить и роль Муринки – она прямо-таки абсолютно незаменимый катализатор и лисенастройщик! Надо ей из исконных земель привезти одно милое растеньице… Вот уж развлечётся дитятко! – запланировал Соколовский.

Через двенадцать часов после