Газлайтер - Григорий Володин

На самом деле, Пень слегка лукавит. Лакомка уже давно превосходит его во многих практических аспектах, а он лишь теорию излагает да рассказывает об истории друидизма. Правда, иногда помогает с созданием растений — здесь он ещё не исчерпал свои силы. А вот в зельях и растворах Лакомка давно его обошла. За пару месяцев она заткнула его за пояс. Поэтому, чтобы не опозориться, Пень старается отстраняться от зельеварения, «поручая самостоятельную работу» своей ученице.

Альва прекрасно осознаёт, что происходит, но лишь мило улыбается. Она умеет уважать чужое достоинство, особенно когда это во благо рода Вещих-Филиновых. Именно это качество Данила ценит в ней больше всего.

Пень пока что полезен Лакомке, но зельеваром его уже назвать сложно. Однако сейчас — исключительный случай.

Через несколько минут они стоят над лабораторным столом и бросают в огромный горшок все необходимые ингредиенты, чтобы получить органический раствор для поливки фруктовых деревьев.

— Добавь удобрения «В», сто граммов измельчённого мела, размешай, а теперь техника Взращивания, — велит Пень, хотя альва и без его указаний знает, что делать, и лишь механически выполняет команду. — А сейчас… Подожди, а этот что здесь делает⁈

Поверхность раствора бурлит, и из горшка выглядывает маленький големчик-куст.

— Друттт, — произносит древесный малыш, выпучив свои крохотные глазки.

— Как он сюда пробрался? — удивлённо спрашивает Лакомка.

— Убирайся отсюда, мелкий паршивец! — Пень пытается вытащить големчика за ветки, но тот неожиданно кусает его за палец. — Айййй!

Друид отскакивает, а спустя мгновение на его голове начинают расти гроздья бананов.

— А-а-а! Этот мелкий негодяй заразил меня! — в шоке кричит Пень. — Вылечи меня, быстро!

Сам он почему-то не может. Техника, которой он обычно владеет, отказывается подчиняться.

— Учитель, простите, но мы должны изучить свойства этих плодов, — вздыхает Лакомка. — Вам придётся ещё немного их повыращивать на себе.

— Да блин! Да ты издеваешься⁈

— Простите, — ещё раз произносит альва, но в её мелодичном голосе теперь звучит твердая решимость. — Сканирование показало, что бананы содержат весьма интересные полезные свойства. Их необходимо изучить.

— Только побыстрее, пожалуйста, — с обречённостью вздыхает Пень, понимая, что у него нет другого выбора.

Лакомка с трудом сдерживает довольную улыбку. Да! Всё получилось! Как оказалось, Данила был прав. Ещё до отъезда он поэкспериментировал с Провидческим конструктом, самым загадочным направлением телепатии, и тот подсказал ему, что его жена должна поработать над задачей со своим учителем. Данила не знал, о какой конкретно жене идёт речь, поэтому велел всем своим благоверным плотнее заняться с учителями. Лакомка скептически восприняла это указание, но послушно выполнила веление мелиндо и теперь жалела о своём скепсисе. Благодаря стечению случайных обстоятельств всё сложилось как нельзя лучше! Кто бы мог подумать, что големчик проберётся в лабораторию, нырнёт в горшок, пропитается раствором, а потом укусит Пня за палец, заставив энергоканалы друида откликнуться на големный «яд»! И теперь решена задача, над которой Лакомка так долго билась.

Мелиндо — всё-таки гений!

* * *

Мы прочёсываем берег новой заводи вдоль и поперёк. Отряд на грифонах носится над водой, внимательно изучая прибрежные леса и поля, но всё без толку. Ментальное сканирование тоже не даёт никаких результатов. Я уже начинаю нервничать. Чуть-чуть, едва заметно, но всё-таки…

Мои перепончатые пальцы! Да ну нафиг! Неужели я переоценил Пса, и он действительно пошёл ко дну? Да быть такого не может! Чтобы багрового зверя уложила какая-то водичка? Абсурд! Хотя… может, и не совсем. Ранжирование аномальных зверей — вещь весьма условная. Но Пёс действительно силён, я это чувствовал. Если только у него нет слабости, например, не может долго задерживать дыхание. Тогда логично, что он сейчас кормит рыб. Но так не должно быть. Мне нужно разоблачить Ратвера, а для этого Пёс должен остаться в живых. Причём лучше всего, если он будет жить в моём хозяйстве.

— Пока без толку, конунг, — Булграмм подлетает на массивном грифоне. Птичка под стать тавру — выделяется среди своих собратьев размерами и мощным клювом. Настоящий красавец-орёл, надо потом на развод его отправить, авось и птенцы вырастут в папку. — Мы продолжим поиски.

— Ага. И будьте начеку, — вспоминаю. — Кенрис уже точно бросил отряды на поиски Пса. Мы должны их опередить.

Вот сказал, и тут же накаркал. Я понимаю это, как только Настя, парящая рядом, повела носиком туда-сюда. Ну всё, одно из двух: либо поблизости объявились враги, либо кто-то то поблизости готовит шашлыки.

— Даня, у нас гости, — насторожившись, замечает оборотница. — Ликаны. Приближаются с севера.

Она права– сканирование показывает, что ликаны летят по воздуху.

— Их надо задержать, — я прикидываю кандидатов в спутники. — Настя, со мной. Остальные — продолжать поиски Пса.

Мы с оборотницей устремляемся навстречу хозяевам этих земель. Близко не приближаемся, а наоборот, устремившись вверх, прячемся за облака.

«Мелиндо, у меня получилось! — неожиданно по мыслеречи связывается со мной радостная альва. — Как ты и говорил, я поработала с Пнем! И получился медитативные бананы! Правда, он растёт на голове Пня, но это мелочи, да же?»

«Поздравляю, — усмехаюсь. — Как вернусь, расскажешь более подробно».

«Ага, целую, мелиндо!»

На прощание она присылает мне развратную картинку с собой. Ох, как не вовремя. Ну ладно, я же телепат, я же контролирую свои мысли на сто процентов… Чёртовы штаны никак не улягутся, привлекая удивлённый взгляд Насти.

Тем временем ликаны на пегассирах стремительно приближаются. Ржание коней становится всё громче, а порывы ветра от взмахов крыльев ощущаются всё сильнее.

— Даня, а чего… — Настя вслух начинает вопрос, но я прислоняю палец к губам, и она, смекнув, переходит на мыслеречь:

«А чего мы ждём здесь?»

«Твоего пения, — улыбаюсь и, увидев её удивлённый взгляд, поясняю: — Постарайся порычать грозно, с нажимом, но тихо. Налету сложновато, но я уверен — у тебя получится».

«Эм, хорошо» — она немного растеряна, но быстро берёт себя в руки и обращается в волка. Грифон под ней остаётся совершенно спокойным, ведь он не нежная лошадка, а могучий и бесстрашный зверь.

А вот кто сейчас действительно верхом на хрупких лошадках, так это ликаны. И мы этим воспользуемся. Настя рычит, и я, с помощью легионера-воздушника, направляю порыв ветра, чтобы звук точно достиг ушей пегассиров, скрытых за облаками. Лошади пугаются, но всадники пытаются их