Фантастика 2026-80 - Мария Фир

Линнарт решил не позорить себя беготней по кабинету и заламыванием рук. Хотя пальцы так и норовили схватить со стола блестяшку-оберег и повертеть в руках.

– То, что вы дочь четы Адд-Сантийских, я предполагал и до сегодняшнего дня. Не узнать фамилию человека, которым восхищался, – невозможно. Но я предпочел поверить в то, что вы, Маргарет, его однофамилица. Я слишком часто мечтал о том, как нахожу Гаррета живым. Или спасаю его семью, а после мой друг, наставник и советник возвращается к нам сам. Именно поэтому я сейчас оказался по уши в дерьме. Уж простите, а по-другому не сказать.

– И чем же пахнет это дерьмо? – спросила Маргарет. – Как я понимаю, вы сейчас говорите о своих ухаживаниях, верно?

– Верно.

– Жаль, что я ни с кем не поспорила, – с легкой горечью произнесла Маргарет. – Не мог его величество воспылать страстью ни с того ни с сего. Итак, излагайте. Но прежде чем вы расскажете, что же сподвигло вас на столь беспрецедентные ухаживания, ответьте – почему погиб мой отец?

С тяжелым вздохом Линнарт признал себя проигравшим и подхватил со стола свою любимую блестяшку. Она полностью скрывалась в кулаке, да и вертеть в пальцах ее было куда удобнее, чем все остальные геммы с изображением Серой Богини.

– Я был слаб. Вы знаете, как погиб мой отец: в учебниках пишут, что он скончался от старости. На самом деле он был первым, кого поразила Черная Порча. Я подцепил ее от него. Гаррет смог меня спасти, но я был слаб. Во дворце все держалось на командном рыке Первого Клинка и на его же матерных разъяснениях, кто и куда должен пойти и что там сделать. Меня это устраивало – на тот момент я был не готов к власти. Мне сравнялось всего девятнадцать лет, я не успел даже КАМ закончить.

Маргарет слушала, затаив дыхание. Она всегда знала, что ее отец занимал при дворе высокий пост. И что Первый Клинок – это почти король. Клинок, правящий от имени короля.

– Раньше Черную Порчу могли снять в храме Серой Богини. Но к моему отцу она не снизошла, ко мне – тоже. И Гаррет захотел узнать почему. Он не сказал мне ни слова, и я продолжал заниматься своими полугосударственными делами.

– Полу?..

– Я совмещал собрания и советы с учебой, – ответил Линнарт. – Мне пришлось много учиться, прежде чем удалось поставить на место зарвавшихся придворных. Но это произошло уже после смерти Гаррета. В Алую Ночь меня не было во дворце – мы с верховным жрецом закрылись в подвале старого храма. Нам требовалось провести там три дня без еды и воды и тем самым привлечь внимание Богини.

– Чья это была идея? – охрипшим голосом спросила Маргарет.

– Это частая практика – высшее духовенство вместе с королем или наследным принцем подвергает себя лишениям с целью призвать Богиню. Королев и принцесс в храмовые подземелья не пускают, поскольку верховный жрец все же мужчина, – криво улыбнулся Линнарт. – Но я допросил верховного жреца в зале Истины – он ничего не знал о готовящихся убийствах.

От всех этих тайн, прошлых и нынешних, у Саддэн разболелась голова. Значит, корень всех бед в потерянной Богине? Серая Богиня перестала отвечать на молитвы людей, отец попытался в этом разобраться и погиб? Именно поэтому мама предпочла бежать, а не ждать королевской милости.

– Мы убежали, потому что так захотела мама, – тихо сказала Маргарет и облизала пересохшие губы. – Она безумно чего-то боялась. Я раньше думала, что мы бежали от Адд-Сантийских – они могли настоять на ее возвращении в род. Или отнять меня. Но…

– Мора Саддэн жива? – с надеждой спросил король.

Маргарет посмотрела в глаза Линнарта и, разглядев там искреннее волнение, боль и беспокойство, солгала:

– Нет, мама погибла, когда я поступила на первый курс.

Тяжело вздохнув, король выдавил:

– Примите мое сочувствие и позвольте прислать вам ритуальные фрукты.

– Я разделю их с вами, мой король, – склонила голову Маргарет. – Итак, тайны прошлого мы поворошили. Что с настоящим временем?

Линнарту хотелось рвать и метать. Все казалось таким простым – найти среди Избранниц приятную девчонку и выбрать в фаворитки. И затем наблюдать, что будет происходить. Он не хотел плохого и подличать тоже не хотел – потому и собирался выбрать после того, как выберут его. Потому и условия у последнего Отбора были самыми простыми.

– Два Отбора прошли неудачно, ты и сама это заметила. Третий тоже начался некрасиво, но это уже недосмотр Гилмора. Поверь, у благородных, выросших при дворе мэдчен всегда при себе флакон с любовным зельем. Я решил выбрать среди Избранниц фаворитку, оказывать знаки внимания и наблюдать – кто захочет подружиться, кто попытается ее убрать. Предполагалось, что Департамент Безопасности выполняет приказы короля. А приказ был прост – следить и защищать.

– Наживка, – с усмешкой произнесла Маргарет. – Как приятно. Что ж, мой отец служил вам, мой король. И я не отрекусь от его памяти, послужу со всем тщанием. Награждали вы отца щедро, найдется ли для меня награда?

– Все что угодно, – уверенно произнес король.

– Келестинские деньги и купчую на дом в предместьях их столицы, – перечислила Маргарет. – Денег, мой король, отсыпьте столько, сколько посчитаете нужным. Хоть буду знать, сколько я стою.

– Вы рассержены, – склонил голову Линнарт.

Маргарет поднялась на ноги, провела ладонью по своему простому, дешевому платью и откровенно ответила:

– Я успела не только придумать сказку с вашим участием, но еще и поверить в нее. А теперь доставьте меня в крыло Избранниц. Посовещайтесь с Гилмором, Иловией, и завтра я жду указаний – кому говорить и что. Иначе я подойду к происходящему с творческой стороны.

Его величество смог только кивнуть. Он смотрел на невысокую, хрупкую мэдчен и понимал, что только что разбил что-то хрупкое. Что-то, чего ему будет не хватать. Но… она ведь не могла в него влюбиться, верно? Они почти не общались, и пусть он был ею очарован, она ведь не…

И только после перемещения Маргарет до Линнарта дошло то, о чем она его попросила: дом и деньги в другой стране. Столице чужой страны.

– Ни за что, – мрачно произнес король. – Такие талантливые люди нужны Кальдоранну. И Царлоту.