Обезьяний лес. Том 2 - Мари Штарк

Сэма повалили на пол, сверху налетел толстый мужик, придавив его своим телом. Джеён, качаясь, пронзил ему, как нож масло, мясистую шею. Кровь летела брызгами на заветренное мясо в контейнере, на облезлые стены. Сэм проскользнул ногами по мокрому от крови полу и едва удержал равновесие.

Надо было выбираться из этой кухни, здесь они были загнаны в угол. Спасало лишь то, что около половины местных были людьми, а не манлио. И все, включая Сэма и Джеёна, из манлио, кто здесь был, использовали хону.

– Сдохните! Сдохните! Сдохните! – орал здоровенный мужик с тесаком, пытаясь ударить по парням, но проскальзывал, они уворачивались, и тесак всякий раз рубил пол.

На финальном «сдохните» Джеён пронзил мечом ему хребет, и звонкое «дзынь» у вытянутых рук уже поникшего мужика заставило некоторых в этой комнате замереть.

Тесак успел перерубить стальной провод возле газовой плиты.

Завоняло газом.

Один из «пионов», задыхаясь, провопил:

– Должен же быть предохранитель!

– В этом крысятнике его сняли умышленно, чтобы вы поскорее сдохли! – выпалил Джеён.

«Пионы» заревели. Их это явно сильно разозлило, и секундная оторопь слетела.

Зажженная горелка каталась по полу в коридоре. Один из «пионов» посмотрел на горелку, а затем на прорванную газовую трубу, и в его прокуренных мутных глазах мелькнула идея.

Он взял горелку и бросил в сторону газовой плиты.

Кто-то из «пионов» заорал. Они бросились с кухни.

Сэм схватил Джеёна за край хёчжо и дернул на себя, подскакивая с пола. Вытянув руку, Джеён перехватил горелку в воздухе. Сэм разрубил катаной стоящих поперек коридора парней. По рукам Джеёна прикладом ударил кто-то из толпы, и он выронил горелку, она оказалась снова на полу.

Сэм рывком дернул за собой Джеёна, он потянул его за хёчжо через коридор, пока тот пинком напоследок отправил горелку на кухню.

Взрыв выбил из груди весь воздух. Их отбросило в стену.

Все кружилось. Сэм и Джеён поднялись на ноги. Огонь полыхал из кухни.

Завидев окно, они переглянулись.

Глава 13

Птицы из песка

Горсть листиков баньяна упала в зеленую жижу. Миша смотрела, как Улитка небрежно, но при этом качественно перетирал листья в деревянной ступке. Мужчина выкуривал уже третью сигарету за те полчаса, что он здесь сидел.

– Мой помощник Кумо узнал, что о-ши Пинкаю тайно нанял магов для создания лекарства. – Он перетер листья и подбросил в ступку новые. – Но я хочу пойти еще дальше.

– Думаете, нам не хватит сил? – спросил дядя Фрэнк, перебирая листья баньяна. Они объемной горкой лежали на столе посередине. Дядя Фрэнк выбрасывал листья с темными пятнами, а чистые бросал в широкую чашу, из нее уже Улитка и молчаливо-угрюмый Уилл брали листья, которые затем перетирали в ступках. Миша делала то же самое, что и дядя Фрэнк, и ей было жутко некомфортно от присутствия Улитки и его могучего помощника Кумо, что сидел неподалеку за этим же столом, активно работая за ноутбуком. – Маг, маниша, муши. Возможно привлечение еще одного мага. Или есть еще идеи?

Та самая маниша с короткой стрижкой и круглыми серьгами сидела за другим столом. Она держалась особняком и смотрела на всех с гордым величием, свойственным многим манишам. Эта девушка по имени Ая была молода и обладала хрупкой фигурой. Короткая стрижка делала ее похожей на мальчика-подростка. Маниша сидела к ним спиной и беспрерывно корпела над соединением ингредиентов, добавляя в них свою ангельскую магию: шептала мантры, рисовала какие-то печати, все перемешивала и со злостью выливала на землю, когда результат ее не устраивал. Выливала она все.

Улитка поджал губы и кивнул. Он размял запястье руки, что держала деревянный пестик.

– Слышал про одного беглого лам-хана. – Улитка пощелкал пальцами, протянув руку к своему помощнику. – Кумо, как его звать, напомни?

– Пурмано, – сухо сказал он, не отрываясь от дел. Его густые волосы развевались на ветру, и, когда они закрывали глаза, он откидывал их назад. – Прячется в самых отдаленных ямах, ни один слуга обезьяньего леса не может его вычислить.

– Угу. – Улитка стряхнул пепел на пол, устланный каменными слэбами. Над столиками расправили широкие зонты, которые создавали хорошую тень, чтобы было не так жарко работать. – За ним много кто охотится. Но эти хитрожопые Пинкаю прикарманили его.

Сколько бы Миша ни наблюдала за Улиткой, ей было сложно поверить, что он являлся о-ши династии. Он бы идеально вписался в какой-нибудь криминальный клан и сошел бы за своего. Как о-ши династии, управляющей манлио на выделенной территории, он смотрелся как муха в молоке. Татуированная муха в молоке. Миша не понимала ни его экстравагантного образа, ни его манер. Сидящий рядом дядя Фрэнк, даже не имея власти, вел себя как достопочтенный человек, одетый в строгий костюм, несмотря на жаркую погоду. Пиджак он, конечно, снял, но плотная рубашка все равно душила, и дядя постоянно обливался потом, но терпел. Увидела бы это сейчас его молодая беременная жена, сказала бы Фрэнку, чтобы он не валял дурака и сходил надел что полегче. Стэйси была хорошим человеком, Миша по-доброму относилась к ней и всегда с открытым ртом слушала длинные рассказы про ее работу в Кленовом Доме на должности ответственного по работе с заявками на выезд манлио. Стэйси, несмотря на молодость, отлично подходила возрастному Фрэнку. Их союз был прекрасен и нежен. Миша очень ждала их ребенка. Врачи обещают девочку, а маниша сказала, что может родиться мальчик, но хону будет слабое.

Дядя Фрэнк вытащил платок и обтер им мокрый лоб.

Миша без надзора Лорентайн надела легкую безрукавную блузку и брюки, а волосы собрала в высокий хвост, иначе бы она спарилась под их тяжестью. Миша не накрасилась, даже тушь не нанесла. Уилл, заметив это, сказал, что Лорентайн взбесится, а дядя Фрэнк ответил: «Она не узнает». Когда они покидали отель, Миша отчего-то ощущала внутри трепет, предвкушая дни свободы от тотального контроля. А еще она понимала, что пересечься на одной территории с Сэмом теперь будет проще. Возможно, это время поможет им хоть немного наладить братско-сестринские отношения. Марти и Эмили уехали вместе с Бенедиктом и Лорентайн в Ролуну[35], наказав Мише вести себя хорошо, усердно работать и меньше болтаться без дела. Мише не терпелось сесть в такси и умчаться сюда. Если отбросить все придирки, то поместье Нацзы – отличное место. Если бы рядом не было Уилла, Миша восприняла бы эту работу как отпуск.

– И чем же он так