Обезьяний лес. Том 2 - Мари Штарк

Ая снова выплеснула на пол неудачный замес. Все на пару секунд отвлеклись, наблюдая ее страдания: она низко склонила голову и массировала затылок и шею тонкими пальцами, покрытыми хной.

– Все не то, – сказал Улитка и блаженно затянулся. – Есть вероятность того, что мы справимся сами, но! – Он указал длинной и худой рукой на дядю Фрэнка. Улитка был одет так, будто он в вечном отпуске, – широкие шорты и черное лойицу, расшитое силуэтами золотистых тигров, на голый торс. – Есть вероятность того, что мы не справимся сами. А я не хочу, чтобы этот выскочка Пинкаю опередил меня. Поэтому мне тоже стал интересен этот беглый лам-хан. Мы его можем переманить к себе.

– А почему он сбежал из чинко́ку?[36] Это очень необычный случай, лам-ханы преданы службе и своему санги-кана[37]. Что же он натворил, раз пришлось бежать?

Мише хотелось закатить глаза, когда она заметила, как Улитка самодовольно ухмыльнулся. Он ничего не ответил.

Но когда она переглянулась с Уиллом, сидящим с накинутым капюшоном, то увидела его осуждение. Миша так и не поняла, кого он осуждал, но, зная Уилла, – всех.

Хотя после недавнего Уиллу и Марти еще долго придется терпеть третирование со стороны взрослых. Эмили тоже получила. Миша после ухода Сэма из отеля долго крутила в мыслях эту сцену, лежа на кровати. Так было всегда. Легко было только с другими братьями. Фил всегда выводил все в юмор, но не связывался со взрослыми. Молча принимал наказание. Марти пререкался только с дядей Фрэнком. Рэджи – икона идеального поведения будущего и уже готового господина. Она знала, что Рэджи ненавидел своего двоюродного брата Сэма. Его утешали только заверения Бенедикта, что именно он станет ошисайем. Пока Сэма не было дома, его бесконечно поливали грязью. А дома его не было почти всегда. Филу не нравилось это слушать, он от нервов начинал качаться на стуле, Лорентайн злилась на него, и весь скандал переводился на Фила. Возможно, он это делал специально, чтобы перестали обсуждать родного брата. Эмили не вступала в сплетни, просто торчала в телефоне.

Миша сидела с пылающими щеками. Ничего не говорила, но и уйти, как Брайан, не могла. Она часто корила себя за это. Лорентайн ею управляла, дергала ее за ниточки: потянула вверх – Миша пляшет, дернула вниз – Миша шьет. В одну сторону – учится без продыху, в другую сторону – едет к своему отцу получить поручение создать ингредиент для оружия, чтобы уничтожить хёсэги.

За это она корила себя больше всего. Отец запретил рассказывать братьям и сестрам. Миша держала все в тайне два года, но недавно разболтала Брайану, взяв клятву не рассказывать Сэму. И Брайан, она уверена, сдержал обещание. Это было легко проверить. Если Сэм не прибежал с бешеным взглядом и не накинулся ни на кого из их семьи, значит, он еще не знает.

– А наш Сэм тоже будет его искать? – Миша не удержалась от вопроса. – То есть Юншен, простите. Он сможет его поймать?

– Похоже, что да, – подтвердил дядя Фрэнк и бросил в чашу перебранные листочки. – Не зря же столько платит мастеру.

Улитка покачал головой.

– Да, с моими людьми. У меня тут есть еще один в найме. – Нацзы нервно хохотнул: – Думаю, вашему Юншену будет весело!

– Сэм общительный. – Вся эта обстановка, в какой она находилась, – поместье Улитки и его странный хозяин – хоть и пугала Мишу, но отчего-то давала свободу. Улитка может хоть в крендель свернуться, страшнее мачехи ему не стать. – Юншен то есть.

– Да, – подтвердил дядя. – У него много друзей. Он учился у Масуми.

Улитка захохотал?

– Ну вот с ним и работает!

– С Хваном?! – Такой презрительный голос даже для Уилла был слишком.

Улитка не обратил внимания на его тон, а спокойно ответил:

– Не, с его двоюродным братишкой.

– А у него брат есть?

– Э!!! – От вопля Улитки Миша и дядя Фрэнк вздрогнули. – Яго! – Улитка, не меняя позы, повернул голову и окликнул мелькающий среди выстриженных деревцев пестрый силуэт.

Полупрозрачная рубашка с нарисованными тиграми блестела на солнце, словно была из пластика. А под этой рубашкой виднелись голый худощавый торс и бело-голубые рисунки хону на бледной коже. Из нормального, привычного глазу Миши, живущей в высоком обществе, на этом парне, шаркающем по дорожке черными шлепками, были простые белые шорты до колен.

– Да-а, – протянул подползающий с задранной головой манлио. Его розовые волосы были заплетены в четыре мелкие косички, а на затылке висели солнцезащитные очки. Казалось, он не дойдет и растает на ходу. Манлио почесал глаз и отсалютовал: – Здрасте!

Миша выпрямилась и заметила, как помрачнел Уилл. Его холодные голубые глаза стали совсем ледяными и белесыми от недовольства.

Уиллу явно не нравился этот парень.

– Задание дополняется, – сказал Улитка. – Кстати. Знайте друг друга в лицо. Это, – Улитка указал на сидящих за столом, – господа Аттвуды. Прошу себя с ними вести достойно. Яго, тебя это касается в первую очередь. – Улитка указал на Яго. – Это Яго – илувий, наш добытчик слив, ям и очень способный манлио по совместительству. – Найди мне Чжудо и Юншена, они не выходят на связь. Про лам-хана Пурмано написали и пропали, они в Ши Хо еще или где?

– Здравствуйте. – Дядя Фрэнк учтиво кивнул манлио.

Улитка как-то презрительно и недоуменно зыркнул на него. Кажется, ему не понравилось, что дядя Фрэнк перебивает его приказы.

Яго почесал другой глаз.

– Ага, найду, – лениво ответил Яго.

Этот манлио был симпатичным, аккуратно сложенным парнем. Нифлемские черты лица и ясные голубые глаза невольно притягивали внимание.

Миша исподтишка разглядывала Яго. Лорентайн бы точно ее осекла, если бы заметила, с каким интересом Миша изучает этого странноватого манлио. Его внешность она сочла такой же необычной для своей жизни среди конлаокских манлио, как и его происхождение. Находясь в поместье Нацзы, она до сих пор не могла привыкнуть к тому, что здесь работают и живут илувий.

– Скоро я дам вам задание. – Улитка, не отвлекаясь от перебирания листочков, добавил: – Поедете втроем: ты, Чжудо и Юншен.

Миша, услышав имя брата, отчего-то занервничала. Все люди здесь казались странными, непорядочными. Хоть Сэм с юных лет и пропадал непонятно где и с кем, но все равно не отпускало чувство горечи оттого, что ее брат ведет себя так же, как те манлио из игровой комнаты, мимо которой Миша проходила сегодня утром.

– Но господи-и-ин, я же работаю с Чжудо, – заунывным тоном произнес Яго. – Зачем Юншена?

Костлявыми пальцами Улитка отпихнул горсть листочков от себя и гневно пробормотал:

– Его еще найти нужно, чтоб работать с ним, чтоб