Фантастика 2026-114 - Екатерина Владимировна Скибинских

По некоторым признакам мы с ребятами уже намозговали, что нас держат в плену вовсе не в той аномалии, в которую мы влипли изначально. Местность другая — раз, нас тут, в лагере, огороженном колючими нежитевидными кустами, много. И все из разных групп — два.

Времени и возможности пообщаться с собратьями по несчастью почти не было. Но мы все равно пытались, несколько раз нарвавшись на «наказание». Дурацкий лич, который руководил командой загонщиков, а потом и надсмотрщиков, не нуждался ни во сне, ни в еде. А потому мог бдить круглые сутки, подлюка. Одна радость — раз в трое суток ему требовалась подзарядка от некроартефакта, и эти три часа были единственным временем, когда и остальная нежить ослабляла контроль за пленниками.

Мозги пришлось включать на полную мощность. Уж больно пугали неясные перспективы — зачем нас вообще поймали и держат здесь? С какого перебеса заставляют учить странные заклинания, практического применения которых не требуют? Да мне и представить странно, как такую чушь можно магичить вживую. А ведь если не учить — наказывают, как… как… неприятно, короче. И очень унизительно. Вот как сейчас.

Зачем берут кровь из вены каждый день? И чем все это кончится в конце концов? Не жертвенным ли камнем?

Короче, так себе будущее. И мы изо всех сил пытались от него отвертеться. По обрывкам разговоров охранников можно было бы сделать выводы о том, кто нас похитил и с какой целью… Если бы они были живыми. Но надсмотрщики могли часами стоять на одном месте, не шевелясь, уставившись мертвым взглядом в одну точку, реагируя лишь на какое-то нарушение. Приказы, видимо, они получали сразу напрямую в мозг.

Так что нам оставались лишь догадки. Коротких разговоров шепотом все же хватило на то, чтобы сопоставить впечатления. Кто-то всем этим руководил, кто-то живой. И похоже, сфера его влияния распространялась далеко за группу личей. Холодок проходил в душе от мысли, что абсолютно вся нежить могла быть в его подчинении. Если это так — лишь вопрос времени, когда он пошлет ее всю на нашу империю.

Вслух это никто не проговаривал, но по взглядам ребят и так было понятно, что не меня единственного посещают такие мысли. А еще у нас отобрали не все вещи, и мы попробовали сориентироваться по карте, выдранной из учебника по географии. Начали делиться, кто где влип, Кларку пришло в голову отмечать эти места точками, мы попробовали, и…

Главное, один парень из Сарагона сказал, что знает о других группах, которые должны были уйти в рейд после него. Народу из них среди нас не было, но пара точек на карте все равно прибавилась. Аррис, слушавший наш бред молча, тоже ткнул еще в одно место на карте. Мы оценили результат… и нам дружно поплохело.

Характер окружающей среды безошибочно подсказывал, что самое абсурдное и страшное положение верно. Эта местность на карте располагалась точно по центру опрокинутого солнца в древней эмблеме захватчиков. Мы ее сами дорисовали поверх схемы из точек.

И испугались всерьез. А потом… потом вспомнили уроки Саяры.

Прекрасно понимали, чем это грозит. За любое малейшее нарушение заведенного тут порядка мигом следовала жестокая расплата. Но между тем, как бы это смешно ни звучало, эти сдохляки следили, чтобы мы оставались живыми и относительно здоровыми. По крайней мере кормили и следили за состоянием тех, кого подвергли наказанию.

Правда, я не ожидал, что вместо обычного часа-двух мы окажемся связанными на весь день. Кровь, выступившая из ран, приманила немало гадких насекомых. Хорошо еще, что они не ядовитые. Просто больно чертовски, когда кусают, а еще щиплет потом… но у нас уже была возможность убедиться, что этот странный и неприятный эффект от выделяемой насекомыми жидкости не вредит, а, наоборот, заживляет раны. В этот раз нас с Джастином высекли гораздо сильнее, чем кого-либо до этого. Из-за этого каждый укус яркой вспышкой боли прокатывался по всему телу, поначалу выбивая предательские слезы. Но ближе к вечеру то ли концентрация муравьиного сока в теле повысилась, затуманивая разум и притупляя боль, то ли удалось притерпеться.

Хоть бы не зря! Если нас с Джастином просто и без затей высекли кнутом и бросили у муравейника, как всегда, то о судьбе дяди Арриса, отвлекавшего надсмотрщиков, чтобы дать нам шанс улизнуть, пока ничего не было известно. Он был единственным из преподов, кого оставили с нами, остальных угнали в другое место сразу. Подозреваю, виной тому его возмутительно моложавая морда — если не присматриваться, можно принять за моего ровесника.

Из моего положения было ничего толком не рассмотреть, да и один из муравьев ужалил очень близко к веку, из-за чего правый глаз все-таки заплыл, превратившись в щелочку. М-да, на лице заживляющий эффект как-то не так работает… но вроде опухоль спадает довольно быстро.

Так вот, когда нас только притащили обратно в их лагерь, я успел окинуть беглым взглядом территорию: Арриса не было. В душе брезжила надежда, что он просто в другом лагере — для преподов — или для него придумали другое наказание, да хоть бы муравейник побольше вне пределов моей видимости!

А вот подсознание гаденько нашептывало, что недаром были похищены именно выпускники, другие им не нужны. Никто из преподавателей и сопровождавших некоторые группы опытных рейнджеров с нами не попал. Кроме Арриса, с которым в момент, когда все случилось, мы выясняли отношения, по-дружески, по-родственному, сцепившись в небольшой потасовке по поводу… в сочетании с его мордой сработало.

А впрочем, какая, на хрен, разница, из-за чего мы цапались? Сейчас это такие мелочи! Лишь бы был жив и здоров, а там я согласен даже просто спокойно постоять, пока он меня мутузит, отрабатывая навыки рукопашного боя… Гадство! Аррис, зараза такая, выживи, а?

Глава 23

Сайрен:

Раздавшиеся рядом шаги тяжелых ботинок заставили меня насторожиться. С трудом повернув затекшую шею, я скривился, увидев лича, смотревшего на нас с Джасом с исследовательским интересом в мертвых глазах. А впрочем, может, это просто отблеск закатного солнца отразился, какие могут быть эмоции у трупа? Или же от боли у меня совсем уже помутилось в голове.

Подчиняясь его знаку или мысленному приказу (импульсу?), несколько надсмотрщиков рывком поставили нас с Джастином на ноги, вырвав сдавленный стон из груди. Я не сдержал ругательства, когда веревки сняли и к затекшим конечностям прилила кровь. Стоять все еще удавалось с трудом, приходилось цепляться за ненавистных сдохляков. Джас же и вовсе