"Фантастика 2025-10". Книги 1-31 - Макс Вальтер

— То есть? — ошарашенно спросила Настя. — Ты уже говорил с ними? С Кайлом тоже?

— Разумеется! — усмехнулся Эл. — Я должен был спросить у девочек, ты же будешь им матерью. А твой сын… Он ведь главный мужчина в твоей жизни. Как я мог просить руку его матери, без его согласия! Вдруг он был бы против? Любая нормальная женщина, выбирая между мужчиной и своим ребёнком, выберет дитя. Я бы не посмел встать между вами.

— То есть детей ты спросил, а меня в последнюю очередь? — Настя насмешливо посмотрела ему в глаза. — Ты был так уверен, что я соглашусь?

— Ясно-понятно, ведь ты же меня любишь, — самоуверенно заявил бывший атаман Лэрианора. — Всегда любила!

Каков наглец! Так правдиво врёт, что сам себе верит.

Но Настя ещё помнила его умоляющий взгляд в тот миг, когда он сказал: «Останься со мной!» О да, он безумно страшился отказа!

— А если бы Кайл сказал, что не хочет, дабы мы были одной семьёй, не хочет уезжать отсюда, что бы ты тогда сделал? — лукаво спросила она.

— Украл бы тебя! Вспомнил бы прежнее ремесло и похитил тебя, — рассмеялся Эл. — Что ты хочешь услышать, Дэини? Что я бы отступил? Нет, разумеется! Но тогда мне бы пришлось вначале завоевать сердце твоего мальчика, а потом уже твоё. К счастью, этого не нужно. Он пришёл в восторг от идеи поехать в Кирлию. И ко мне Кайл привязан. Хотя, по миледи Кее он скучать будет, я уверен…

Эливерт убрал с её лица огненную прядку волос, выбившуюся из косы.

— Тебе не надо беспокоиться! Я буду ему хорошим отцом, — посмотрел вниз на весёлую шумную троицу, продолжавшую всё это время играть в догонялки. И улыбнулся умилённо: — Я умею любить детей, даже если в них не течёт моя кровь.

Граю внезапно остановилась, заметив их на стене. Что-то заговорщицки шепнула Лане. И вот они уже все украдкой поглядывали на Настю и Эливерта, так и не разжимавших объятия всё это время. А те, уличённые, не спешили отпрянуть, ничего не старались скрыть.

Романова рассмеялась звонко и счастливо, махнула приветственно рукой.

Видно, Эл, в самом деле, уже обо всём с детьми договорился, потому как удивлёнными они не выглядели и тотчас всё поняли. Запрыгали, завопили что-то торжествующе.

— Мы едем в Кирлиэс! — громко крикнула Анастасия.

И снова посмотрела в искрящиеся счастьем глаза любимого.

— Мы возвращаемся домой… — тихо шепнула она, прижимаясь щекой к его щеке. — Я останусь с тобой, Эл. Родной мой… Останусь с тобой навсегда!

Осколки льда вонзились в сердце как кошачьи когти. И, судорожно вздохнув, она уже не смогла сдерживать слезы, хлынувшие из глаз.

— Нет, нет, нет! — Эливерт целовал её лицо, губами собирая горькие росинки. — Что же это такое? Солнышко моё золотое, сегодня такой счастливый день! Дэини, откуда эти слёзы?

— Я только теперь всё поняла, Эл! Все эти годы жила и думала, что у меня всё хорошо. Всё, как и должно быть. Да, я тосковала по Кайлу, плакала каждый раз на его могиле, но в остальном… Я каждое утро просыпалась, что-то делала, говорила. И мне даже казалось, что мне приятно это неспешное течение жизни здесь, на Севере. Я любовалась тем, как растёт мой сын, радовалась его первым словам, первым шагам, тому какой он славный, как похож на своего отца. Я любила этот замок, эти невзрачные окрестности, суровое море. Любила Кею, наши тихие вечера и долгие зимы. Жизнь моя шла и шла, спокойно, безмятежно, тихо…

Она всхлипнула надрывно, прижимаясь к его плечу, продолжая изливать душу.

— О, Небеса! Я только сейчас поняла, что не жила все эти годы! Я похоронила себя вместе с Кайлом. Я заживо поместила себя в ту могилу на утёсе, где спит навеки моя любовь. Я добровольно это сделала и даже не поняла этого. Все эти годы я была мертва. А сегодня… Я будто… воскресла! Вырвалась из тьмы, выбралась из-под земли. Эл, я увидела солнце и небо над головой, и эти весенние цветы. Ты понимаешь, что сегодня ты извлёк меня из этой могилы? Ты! А вокруг, оказывается, всё ещё продолжается жизнь…

— Обещаю, моя девочка, ты никогда не пожалеешь об этом дне, — Эливерт взял её лицо в свои ладони, заглянул прямо в глаза, снова коротко целуя в солёные от слез губы.

— Мама, мама! — голос Кайла заставил её обернуться.

Мальчик был уже на верхних ступенях лестницы, ведущей на стену. За ним, чуть отстав, но не менее проворно, взбирались обе девчонки.

— Мама, это правда, что мы теперь будем все вместе?

Кайл с разбега врезался в них, вцепился крохотными ручонками, заглядывая снизу вверх.

— Да! — кивнула Настя. — Ты этого хочешь?

— Хочу! — закричал малыш, подпрыгивая от радости.

Эливерт подхватил его на руки.

— И мне можно теперь называть тебя папой, как Граю и Лане?

Кайл видно решил сразу прояснить все вопросы.

— Ты даже не представляешь, как ты меня этим порадуешь, — серьёзно кивнул вифриец, и мальчик в полном восторге обхватил его за шею ручонками.

Тут и девчонки подоспели.

— А у нас теперь будет мама! — радостно заверещала Граю, бросаясь с объятиями к Насте.

Та прижала девчушку к себе, гладя её по тёмным косам. Эливерт свободной рукой привлёк к себе Лану. Так они и стояли на крепостной стене, и тёплое весеннее солнышко ласково пригревало в спину.

— Ой, а ещё будет свадьба! — вдруг прошептала Граю, посмотрела на Лану.

И вот уже они обе в счастливом экстазе заблажили:

— Ура, свадьба, свадьба! — запрыгали, схватившись за руки.

А Настя, глядя на них, смеялась до слёз. Теперь уже слез радости и умиления.

Весна. Эпилог 2

Спустившись вечером в Каминный зал, Настя сразу уловила какую-то подозрительную возню на кухне и направилась туда с наихудшими предчувствиями. Но на пути у неё неожиданно оказался Эливерт.

— Э, нет! Туда нельзя!

— Эл… Что они там устроили? — подозрительно нахмурилась Рыжая, пытаясь проскочить мимо бдительного стража. — Я же чую, что-то натворили!

— Ничего страшного, клянусь!

— Пусти меня!

— Дэини, не ходи, умоляю! — Эл поймал её в объятия, и Настя сдалась. — Ты всё испортишь. Дети решили устроить маленький праздник. Ну… у нас же, вроде, помолвка сегодня состоялась. Готовят угощения. Шэрми у них за старшую. А я тут оберегаю кухню от твоего вторжения. Они мне не простят, если я не справлюсь. Прошу, не порти всю затею! И, кстати, я тебе ничего не говорил.

— Ох, заговорщики вы мои! — усмехнулась Настя. — Так бы