За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

стоять в стороне, когда подруга с кем-то враждует. Мы с Кисой цапаться не могли — она аристократка, я наследница рода, — нам никто не позволил бы всерьёз враждовать, там бы ведь и родня втянулась. За такое князь мог нас с ней и в ссылку отправить, чтобы остыли. Поэтому Киса отыгрывалась на Гане, ну а я на Анне. На Драгане не особенно отыграешься, так что у них там дело до лютой ненависти дошло, а у нас с Анной всё постепенно заглохло. Как-то не по душе мне оказалось измываться над безответной мещанкой.

— Но вы не помирились?

— Анна меня, кажется, так и не простила, а мне всё равно. Хотя последнее время Анна мне кивает при встрече, так что, наверное, вражду всё-таки не лелеет.

— Я слышал версию, что та ваша вражда как раз и помогла вам всем возвыситься.

— Не знаю, — Алина задумалась. — Нет, вряд ли. Про Гану с Кисой ничего не скажу, а мы с Анной там просто сбоку стояли. Не тот у нас с ней был накал страстей, чтобы на что-то повлиять.

— А как ты с Лапой познакомилась?

— Ты же знаешь историю, как она Драгане наваляла?

— Насколько я знаю, не наваляла, а просто выкинула за порог, — поправил я.

— Ну вот я тогда ею и заинтересовалась. Заглянула к ней, познакомилась, поговорила. Постепенно и подружились.

— То есть тебя она не стала за порог выкидывать?

— А меня-то с чего ради? — изумилась Алина. — Лапа вовсе не дикарка, которая на людей кидается. Просто Гана… да ты же сам её манеры знаешь. Она уважает только того, кто способен её на место поставить — ну вот такой она человек. Начала говорить резко, а Лапа тоже девушка с характером, вот и повздорили.

— Мне кажется, ты преувеличиваешь насчёт её манер, — с сомнением заметил я. — Со мной и Леной Гана вполне корректно общалась. А ведь мы вряд ли смогли бы её на место поставить.

— Гана, очевидно, считала, что смогли бы, — усмехнулась Алина. — Да и у меня есть такое подозрение.

— Хм, — в замешательстве промычал я, но решил эту тему дальше не развивать. — Так что дальше было у Лапы с Ганой?

— Ничего не было, конечно, — Алина с удивлением посмотрела на меня. — Что там Гана могла сделать — мстить, что ли? Устроить какую-то вендетту с мещанкой — это же себя в посмешище превратить. Она позлилась, потом посмеялась, потом махнула рукой и забыла.

— Она, может быть, и мещанка, но совсем не простая мещанка, — я внимательно посмотрел на Алину, но та никакого удивления при этом известии не выказала. — Как, по-твоему, она сумела Драгану выкинуть за порог?

— Ты про её иммунитет к Силе? — с любопытством спросила она. — Откуда ты про него знаешь?

— Лапа сама сказала, — признался я.

— А она, случаем, не сказала, что у неё этот иммунитет есть только в пределах её дома? И что где-то в другом месте она Гане ничего не смогла бы сделать?

— Нет, не сказала, — покачал головой я. — Да, это многое объясняет. А Гана это знает?

— Вряд ли, я сама только недавно это узнала. Тоже всё время думала, что на неё по каким-то причинам Сила не действует, а потом Лапа призналась, что у неё в доме кое-какие артефакты есть.

— Интересно, — оживился я. — Такой артефакт, да на бронеход бы поставить.

— Штучные вещи, — покачала головой Алина. — Очень дорогие, а главное, стационарные. Иначе Лапа сама бы такой артефакт носила.

* * *

Мы оглянулись на скрипнувшую дверь, и я без особого удивления обнаружил там Тамилу Лапу. Как говорится, помяни чёрта…

— Заходи, Лапка, присоединяйся, — помахала ей Алина. — Мы как раз тебя обсуждаем.

— Ты слишком мной интересуешься, — недовольно сказала мне Лапа, устраиваясь на соседнем стуле.

— А как же тобой не интересоваться, Лапа? — развёл я руками. — Очень уж ты мутная, я просто не понимаю, чего от тебя ждать.

— Это ты мутный, по-моему, — парировала она.

— Я мутный? — удивился я. — Как раз наоборот, со мной всё понятно. А если тебе что-то непонятно, просто спроси. Я отвечу, у меня никаких секретов нет.

— А тебе-то что в Лапе непонятно? — с любопытством спросила Алина.

— Да много чего. Например, с возрастом есть серьёзная неясность.

— Насчёт этого мог бы и сам легко догадаться, — улыбнулась Алина. — Ты же сам в такой ситуации был.

— Ты про те два с небольшим месяца, которые пропали неизвестно куда? — осенило меня. — Однако есть некоторая разница — два месяца или полторы тысячи лет.

— Но принцип-то один и тот же. Просто нас было четверо, и мы друг друга поддержали. Поэтому нас и не затянуло, мы всего лишь посидели на краю. А Лапа полностью попала, да ещё в очень неудачное время.

Получается, что эти самые «провалы», про которые говорил Добрый Крот — это то же самое, что мы видели в Нижнем мире? Впрочем, это очевидно… хотя нет, совсем не очевидно. Ясно, что это нечто похожее, но совсем не обязательно то же самое.

— То есть если бы нас затянуло, то мы бы так же пропали на полторы тысячи лет?

— Нет, мы бы, скорее всего, просто погибли, — извиняющимся тоном ответила Алина. — Не все провалы одинаковы. Мы тогда очень сильно рисковали.

— И тем не менее вы туда полезли и потащили с собой нас? — укоризненно спросил я.

— Я тогда этого не знала, — она пожала плечами. — Что об этом говорить? Мы выжили, и кое-что приобрели.

— Да-да, — саркастически согласился я. — То, что нас не убивает, делает нас сильнее[378]. Именно таким образом идиоты, которым повезло выжить, оправдывают свою дурость.

Алина улыбнулась и ничего на это не ответила.

— И вообще, подруги, не пора ли просветить меня насчёт вашей реальной цели? — с намёком спросил я.

— А ты не обнаглел, студент, требовать отчёта от руководителя экспедиции? — недовольно осведомилась Лапа.

— Руководитель экспедиции буквально только что объяснила мне, что неформальные отношения часто значат больше, чем формальная иерархия.

— Да, Кеннер, с тобой надо очень тщательно следить за тем, что говоришь, — засмеялась Алина. — Вообще-то, реальная цель экспедиции вам была объявлена — сбор некоторых интересных растений и добыча некоторых интересных животных. Но я признаю, что у меня есть и своя личная цель, и я готова тебе о ней рассказать — понятно же, что вы с Леной в стороне не останетесь. Но сначала сам расскажи нам, что тебе известно об этих местах.

— Ну, я знаю, что сейчас происходит некое событие, которое лесные называют Слиянием. У карл тоже происходит нечто подобное, и они