Гавани солнца - Марта Уэллс

– Они другие, – тихо сказала Душа Вьюну.

Малахита и Жемчужина уже ушли с остальными ставить ловушку. День кончался, но до ночи было еще далеко, и они надеялись, что прародительница окажется излишне самоуверенной. Вьюн качнул шипами и заметил:

– Это нервирует.

– Здесь все нервирует, – добавил Шалфей.

Душа не могла не согласиться.

Отрада переговорила с дакти, потом подошла к Душе и воинам, и они встали.

– Готово. Она придет на встречу. Так что пора идти. Я тебя понесу, – сказала Отрада.

– Ясно. – Душа постаралась, чтобы шипы занимали нейтральное положение, а голос был твердым. Другого способа через это пройти нет. Она чувствовала напряжение воинов за своей спиной. – Мы ведь так и решили.

– Но ты должна быть в мягкокожем облике, – добавила Отрада. – Это будет выглядеть лучше.

Душа удивленно смотрела на королеву.

– Зачем?

– Я могла тебя заставить. – Отрада почесала кожу под чешуей, как будто смутилась. – Будет лучше, если прародительница так подумает.

– А ты можешь меня заставить? – спросила Душа, стараясь не выпустить когти.

Если Отрада на такое способна, это было бы как кошмарное повторение атаки сквернов на старую колонию Тумана Индиго.

– Владык я могу заставлять изменить облик. А больше никого, – призналась Отрада. – Но прародительница этого не знает.

Душа не хотела, чтобы скверна хоть как-то прикасалась к ее земной коже, но смысл в этом был. И она сменила облик, приняв земную форму. На ней была потрепанная одежда – простая рубаха и штаны из золотисто-коричневой ткани с едва заметной узорчатой каймой и пара медных браслетов. Дакти вытаращились на нее, как будто ничего подобного в жизни не видели. Душа оскалилась.

– Большинство из них до сих пор не видели арбор, по крайней мере так близко, – сказала Отрада. Она посмотрела на дакти и добавила: – Теперь увидели и больше удивляться не будут.

Дакти поняли намек и зашевелились, теперь все они смотрели в разные стороны. Душа сделала шаг вперед и позволила Отраде взять себя на руки. Вьюн и Шалфей последовали за ними, но, когда скверна и Душа пересекли границу Пределов, остались ждать под прикрытием ветвей последнего дерева-горы.

Для встречи выбрали пятачок, расположенный у края болот, но еще видимый от стены высоких деревьев. Пустой участок низины был окружен разбросанными тут и там большими камнями и покрыт плотным ковром трав и цветов. Судя по форме и расположению каменных глыб, Душа решила, что это фундамент руин. Контур полосы открытой воды поблизости был уж слишком ровным, хотя и смягчен водными растениями, густо разросшимися по краям.

Один кетель свернулся на нижней части холма позади Души, а двое других отступили в стороны, чтобы наблюдать.

Душа уже очень давно не покидала Пределы. Солнце приятно грело земную кожу головы и голых рук, но из-за открытого неба над головой Душа чувствовала себя незащищенной как никогда раньше.

Отрада некоторое время разговаривала, или, может быть, советовалась с дакти, а потом стала нервно шагать по кругу. Дакти рассыпались по всем руинам, и некоторые заняли позиции позади Души, словно чтобы не дать ей сбежать. Но один сел рядом, и его чешуя царапнула мох.

Он был из той группы, которая, как казалось, всегда оставалась рядом с королевой сквернов.

– Если прикоснешься ко мне, я заставлю траву под тобой прожечь тебя через чешую, – покосившись на дакти, сказала Душа.

И добавила про себя: «Потом вырву тебе лицо».

Дакти поднял руки, почти полностью втянув когти.

– Не буду касаться. – Голос звучал более хрипло и грубо, чем у окрыленных в чешуйчатой форме, словно горло не было предназначено для разговора. – Ты наставница.

– Да. А ты кто?

Он сменил облик. Душа уже видела дакти в земной форме, обычно мертвых. Их можно было спутать с раксура. Обычно они были покрыты грязью и язвами, что на расстоянии маскировало бледность земной кожи и делало похожими на арборов, только более светлокожих. Волосы у них были темные и прямые, как у владык, без каких-либо вариаций цветов и текстур, обычных для семей раксура. Лица выглядели как незаконченная кем-то резьба, а глаза пустые и темные.

Но у этого была медная кожа и кудрявые светлые волосы, узкое лицо и карие, как у Почки, глаза. Из одежды он носил только обернутый вокруг бедер кусок ткани, подобный килтам, которые арборы надевают для работы вне дерева, но не слишком хорошо вытканный и без каких-либо украшений. Душа постаралась скрыть изумление, хотя не заморгать было трудно.

– Ты полукровка, – сказала она.

Для нее это стало неожиданностью. Лоза в земном облике не отличалась от других арбор, а ее чешуйчатая форма сочетала черты сквернов и раксура. Но в чешуйчатой форме этого дакти ничего необычного не было.

– Как ты догадалась? – спросил дакти. Душа оскалилась в полной уверенности, что он поймет ее мимику. Нахмурившись, дакти опустил взгляд. – Я хотел сказать, на кого я похож? На тебя, наставницу?

Теперь Душа поняла.

– На арбора. – Она поколебалась. – Ты видел мало раксура?

– Вблизи мало, – ответил он. – Наш консорт, ваш консорт. Ваши воины. Синяя королева, золотая королева. Большая черно-зеленая королева. – При упоминании Малахиты он заметно вздрогнул. – Арборов – не видел, только совсем издалека. – Он опять отвел взгляд. – И тебя.

Королева сквернов пыталась забрать Луна в сел-Селатре. Малахита об этом рассказывала, но до сих пор это выглядело чем-то нереальным. В груди у Души рос комок гнева, такой мощный, что казалось, он исходит от самого ее тела, от ее связи с двором.

– Вы пытались забрать нашего консорта, – сквозь зубы выговорила она.

Дакти отпрянул и уставился на нее.

– Это была ошибка. Я ей говорил. Теперь она знает, – сказал он и добавил: – Она боялась, что без помощи мы не выживем.

Если Малахита чувствовала хоть десятую часть того, что сейчас Душа, непонятно, как она оставила королеву-полукровку в живых.

– Больше не совершайте таких ошибок, – сказала она.

– Раксура всегда злые, – отозвался дакти и попробовал чуть улыбнуться.

– Потому что существуют скверны, – сказала Душа.

Дакти молча посмотрел на нее и вздохнул.

– Я Первый.

Душа попыталась сообразить, к чему это, и не сумела.

– Что-что?

– Мое имя, – пояснил он. – Я – Первый, рожден первым. – Он поднял к ней взгляд. – Было тяжело, пока не появилась Отрада.

Душа сделала вдох, собираясь ответить – и слова разбежались. Видение поразило ее как удар в лицо.

Придя в себя, она увидела теплый солнечный свет и взволнованных дакти вокруг. Отрада стояла перед ней на коленях и указывала на встревоженного Первого, все еще сидевшего рядом