Эмиссар пустоты - Владимир Михайлович Мясоедов

он её где-нибудь ещё и сначала попытался бы познакомиться, а только потом задал бы себе вопрос, а кто или что это вообще такое. Очень уж хиточник её был коротковатым, а вот те достоинства, которые эта якобы ткань обтягивала и якобы скрывала, напротив, оказались безмерно велики.

— Дык, ты не ерзай тама так! Помнешь исчо! — Прикрикнули на него сверху голосом Святослава. — Ты итъ у нас лось зело сильный, а золото, оно того, металл мягкий…Дык и вообще ента статуя мало таво, шо из чистова золота отлита, хучь и крашенного местами, так вдобавок она и антиквариат!

— Скорее уж бесценная историческая реликвия, — мягко поправил его Манидер Садхир. — Не удивлюсь, если эта статуя Сехмет является вообще древнейшей из всех, которые сохранились в мире, все-таки вытащил я её из запасов натурального атланта, а не какого-то там египетского могильника.

— Дык, а зачем вытащили? — Удивился Свтояслав. — Пущай бы лежала и пошла на дележку вместе с остальными тамошними монетами, камнями, да кирпичами…

— Во-первых, глаза статуи — это мощный артефакт, способный привести в состояние боевой ярости целую армию, включая и сопровождающих её магов. Ну, или город небольшой управляемым безумием накрыть, после которого своих близких резать вряд ли станешь, а вот давно действующего тебе на нервы соседа постараешься первым попавшимся под руку предметом забить, если только тот первым не успеет раскроить тебе череп. В высшей менталистике количество целей и их сопротивляемость обычно имеет куда большее значение, чем расстояние между ними и наличие материальных преград, а сопротивляться ей могут немногие… А во-вторых, клыки этой Сехмет способны разорвать ткань реальности, открывая провалы в стихиальные измерения ветра или огня. Я не хочу оставлять настолько опасное оружие в руках тех, кого считаю неразумными идиотами. — Отозвался король йогов, без тени сомнения решивший расстаться с артефактом, благодаря которому даже относительно посредственный одаренный мог бы создать великий род. Ну или сдохнуть, что даже вероятнее, но сдохнуть так, чтобы это прогремело на весь мир или, по крайней мере, на несколько ближайших государств. — Ну а ещё была возможность, что если эта статуя попадет в руки рода Чатурведи или его вассалов, они её просто возьмут и переплавят или просто отломают от статуи голову, пусть даже с риском ухудшить качество этого великого артефакта. Им же их вера картины, скульптуры и прочее подобное искусство иметь не велит, особенно если изображается там кто-то из языческих божеств. Жалко было бы такую красоту терять, а хранить мне её особо и негде…

— Вы меня вытаскивать отсюда собираетесь или как⁈ — Возмутился Стефан, толкнув изваяние Сехмет в то место, на которое он бы наверняка попытался наложить руки, а может быть и язык, будь она живой…Пусть и риском огрести воистину божественных трындюлей, если его навыки подведут и это ей вдруг не понравится. Придавившая сибирского татарина археологическая реликвия едва шелохнулась, зато послышался металлический звон, с которым ещё несколько золотых кирпичей стекли по её плечам и спине, шлепнувшись на землю или другие аналогичные слитки драгоценного солнечного металла, разлетевшиеся в разные стороны в момент катастрофы.

— Дык, или как, пожалуй, — послышался в ответ голос Святослав. — Стефан, ты нафига, скажи мне, полез шатать штабель из сокровищ, шо нам в подвале навалили? Ты шо, ребенок, чтобы к каждой красивой блестяшке на своем пути сразу же руки тянуть?

— Кто же знал, что этот штабель со статуей наверху был такой неустойчивый⁈ — Возмутился сибирский татарин, а после принялся выбираться на свободу, извиваясь по-змеиному. В прямом смысле по-змеиному, напрягая и расслабляя группы мышц и за счет этого постепенно смещаясь в пространстве. Благо был он сейчас не в доспехах, а в домашней одежде, которая хоть и заметно ослабляла получившийся эффект, но все-таки не сводила его на ноль. Человеческая анатомия на такие фокусы вообще-то рассчитана не была, но для метаморфа, пусть и не слишком успешного, подобные манипуляции тканями тела не представляли серьезной сложности. — Я его только тронул чуть-чуть, чтобы проверить, не оптический ли это обман зрения, а оно все вдруг как посыплется!

— Среди моих многочисленных талантов никогда не было таланта архитектора, умеющего укладывать кирпичи так, чтобы они и без всякого цемента точно на своем месте лежали. — Повинился Манидер Садхир, который и сложил в центре достаточно просторного подвала столько золота и артефактов, что пройти теперь в помещении можно было исключительно вдоль стеночки. — Да и вещи по местам аккуратненько я раскладывать как-то не привык: сначала был беден и не было вещей особо, потом стал богат и уже появились для этого слуги, а в итоге освоил магию пространства и вопроса этого вообще не стояло передо мной больше…Кстати, довольны ли вы вообще своей долей храмовых сокровищ?

— Дык, щедро! Более чем! Вот токмо я итъ от своей части золота таво как бы официально отказался, — неуверенно заметил Святослав, начиная обходить кругом золотой запас, который был щедро приправлен разнообразными артефактами, явно имевшими куда большую стоимость, чем банальные кирпичи из солнечного металла или же древние монеты, отчеканенные ещё до начала строительства первой из Египетских Пирамид. Такое количество самых разнообразных ценностей вполне уместно смотрелось бы в главном хранилище крупного международного банка или столвище столичного дворца, которую бережливо наполняли несколько поколений правителей какой-нибудь маленькой страны.

— Ну, так я же обещал, что компенсирую, когда тебе этот план предлагал, чтобы все-таки избежать междоусобной бойни между всеми участниками Северного Союза! — Хмыкнул Манидер Садхир, шумно выдыхая и наполняя помещение ароматным дымом, пахнущим какими-то тропическими цветами. — И вот она — компенсация! За твою помощь, за все деяния Олега, за совокупный вклад Нового Ричмонда и отдельно за то, что министерство финансов Возрожденной Российской Империи, министерство иностранных дел Возрожденной Российской Империи и лично император Возрожденной Российской Империи теперь считают архимагистра Святослава из Больших Грибов не то блаженным придурком, не то общественно опасным идиотом. Надо было раньше отдать, пожалуй, но был немного занят, выслеживая задержавшегося в нашем мире демона, который по силе был может и высшим всего-то, но прятал свои следы просто божественно… Да ты не думай, себе я из тех подвалов куда больше украл, даже без того, что получил вполне официально! Особенно артефактов, а то слишком много отыскалось такой пакости, которую в мир выпускать опасно. Если и не для всего мира, так по крайней мере для отдельных его регионов.

— Дык, а