"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

«Слушай, а почему я вижу воспоминания по-разному? У некоторых оказываюсь прямо на месте главного героя, наблюдаю его глазами. У некоторых со стороны».

«Зависит от объекта. С простецами ты влазишь в шкуру участника событий. С одарёнными такое не прокатит. Ты просто сторонний свидетель событий».

Я отлепился от стены, вытер кровь рукавом чёрной куртки — один хрен цвет подходящий, ничего не видно, — и двинул к лифту, в противоположную от Панацеи и Апогея сторону.

Самое время наведаться к Вектору.

Барсукова нашёл на пятнадцатом этаже, в бассейне. Одетого полностью. Плавать он явно не собирался, просто хотел побыть один. Кроме него здесь больше не было членов Девятки. Одарённый сидел на полу у дальнего окна и пялился на город.

Я опустился рядом. Молча, без никому не нужных приветствий, прикрыл глаза, нырнул, приглушил боль. Вектор выдохнул, расправил плечи, серость на его лице снова чуть отступила.

— Спасибо, — буркнул он.

— Слушай, — начал я вместо обмена любезностями. — Есть новости. По тебе.

Вектор покосился на меня, но ничего не сказал. Ждал.

— Тебя можно вылечить, — рубанул я прямо в лоб. — Есть средство. Вакцина, стабилизатор, чёрт знает, как оно там называется. Штука, которая остановит твою болезнь.

Барсуков смотрел на меня секунды три. Потом усмехнулся. Криво, устало.

— Ты либо дурак, либо издеваешься, — сказал он. — Панацея отказалась, сказала, это невозможно. Сам светлый ангел Конфедерации. А ты, пацан, значит, умнее её. Нашёл лекарство. Ага.

— Она соврала, — пожал я плечами. — Сегодня тренировался, лазил в голову нашей блондиночке. Набираюсь опыта. С одарёнными самое то. В процессе наткнулся на одну интересную инфу. Имеется в Центре Реабилитации закрытый блок. Корпус «Д». Думаю, ты про него знаешь. Вы все про него знаете. Там среди вакцины, которую используют для создания одарённых, лежит средство для тебя.

— Брешешь, — сказал Барсуков. Но как-то неуверенно.

В первую очередь его смутило то, что я чётко назвал место, где находится закрытый блок, и спокойно говорил о сыворотке для создания одарённых. По мнению Вектора, новый член Девятки мог узнать это только одним образом. Реально залезть в башку кому-то из коллег. Барсуков же не в курсе, что их предводитель ещё пару дней назад устроил мне забавный экскурс в историю.

— Ну как хочешь, — легко согласился я. — Дело твоё. Не веришь — не верь. Мне-то что.

Поднялся, отряхнул зад. Развернулся, собираясь уходить.

— Хотел как лучше, — бросил через плечо. — А ты уж сам решай, подыхать тебе или как. По хрену, честно говоря.

Двинулся к лифту. Медленно.

— Погоди, — тихо окликнул меня Барсуков.

Я продолжал идти, игнорируя его просьбу.

— Да погоди ты, сказал! — в голосе Вектора появились отчаяние и мольба.

Только тогда остановился и обернулся.

Одарённый вскочил на ноги и теперь смотрел на меня с надеждой.

— Ты уверен? — спросил он тихо. — Точно не ошибся? Не показалось тебе там ничего?

— Нет, — изобразил на лице сомнения. — Не уверен. Я телепат без году неделя. Мог что-то не так понять, мог не туда залезть. Гарантий никаких.

Вектор моргнул. Не ожидал, похоже, такого откровенного ответа. На то и был расчёт, дурачок.

— Но вот что скажу, — продолжил я. — Меня кое-что сразу зацепило, ещё там, на завале. Как так — тебя вылечить нельзя? С чего вдруг? Панацея простецов чуть ли не с того света вытаскивает пачками, а своего, из Девятки, бросила подыхать. Странно же. Вот я и полез именно за этой информацией. Искал в башке нашей красотки конкретно тебя. Почему нельзя помочь. И нашёл.

Выдержал паузу, позволяя Барсукову проникнуться, только потом продолжил:

— Оказалось — можно. Просто тебе врут. Зачем? Не знаю. Это уже другой вопрос.

Вектор молча смотрел на меня, переваривал.

— Ей запретили тебя лечить, — добавил я. Это был финальный аргумент.

Вот теперь Вектор поверил. Потому что Совет с его скотским отношением к Девятке и правда мог запретить по своим, только им известным причинам. Думаю, Юрий сам об этом неоднократно думал и подозревал.

— Как мы туда попадём? — спросил Барсуков глухо.

Всё. Рыбка на крючке. Он не стал больше рассуждать или выпытывать подробности, сразу перешёл к делу. Причём, это особенно смешно, даже не усомнился, что я пойду с ним. Типа впрягся же в эту историю, теперь буду помогать до конца. По-моему, Вектор думает обо мне гораздо лучше, чем есть на самом деле.

— Ну смотри. — Я вернулся, подошёл к Барсукову, встал рядом. — Через дверь в корпус «Д» не пройдёшь. Нас просто не пустят. Не для того от тебя прятали лекарство, чтобы дать до него добраться. Туда только один путь. Твой прыжок.

Вектор долго молчал. Почти минуту, не меньше.

— Я туда оборудование таскаю иногда, — сказал наконец. — Место знаю. Прыгнуть могу. Тебя возьму с собой. Ты ведь понимаешь, без твоего Дара ничего не получится. Ты отвлечёшь охрану и персонал. Затуманишь им мозги.

— Договорились, — кивнул я Барсукову и потопал к лифту. Настроение было великолепное. Из всех сил держал постную физиономию, чтобы не разулыбаться.

Дело сделано. Вектор согласен. Сегодня ночью мы наведаемся в закрытый блок. Ну разве не повод для веселья?

Оставалось решить ещё один вопрос. Относительно проектора.

Пульс обещал, что его привезут через день, то есть ещё вчера. Но я пока не вижу ни проектора, ни Пульса. Он куда-то пропал и не светится. Значит, надо узнать, где эта чёртова железка, когда приедет и не сорвётся ли всё в последний момент. Если