Наследство бабьего рода - Евгения Владимировна Потапова

себе под нос. Валюшка быстро разложила по тарелкам готовую кашу, соорудила бутерброды и налила чай. Быстро все это в себя закинула. Помыла за собой посуду. Чмокнула бабульку в морщинистую щеку и побежала в универ на последний экзамен.

— Ни пуха, ни пера, — крикнула ей вслед баба Клава.

— К черту, — ответила Валя, спускаясь вниз по лестнице.

О прошедшей ночи она старалась не думать. Когда зашла в аудиторию на экзамен, то все плохие мысли остались за дверью. Она взяла нужный билет, прочитала вопросы, решила задачу и самой первой сдала экзамен. Ей поставил в зачетку пятерку.

Ближе к обеду позвонил Тимофей и поделился ошеломительной новостью.

— Представляешь, ночью барон кони двинул. Говорят, сердце остановилось. Хотя особо приближенные сообщают, что последние несколько дней его мучала туалетная болезнь. Все же Розка, наверное, его спровадила на тот свет, — рассказывал он Валентине.

— Я уже знаю, что барон окочурился, — с тоской ответила девушка.

— Откуда? — удивился Тимоха.

— Так это мой двойник его на тот свет отправил.

— Не понял?

— Я даже не знаю, как тебе об этом рассказать, — вздохнула Валя.

— Давай, я к тебе приеду и мы поговорим?

— Приезжай, — кивнула она.

На этом разговор был окончен. Валентина положила трубку и стала ждать, когда подъедет Тимофей.

Глава 69. Договорились

Тимоха примчался через пятнадцать минут после звонка. Он вызвал Валентину на улицу, как-то он не особо стремился попасть к ним в квартиру, предпочитал гулять.

— Давай пройдемся, — предложил он ей.

Валюшка согласилась, не хотелось ей под чужими окнами такие вещи рассказывать. Они немного отошли от дома.

— Что случилось? — спросил обеспокоенно Тимоха.

Валентина ему рассказала про свой сон и про разговор с Федором.

— Вот ведь Роза старая прохиндейка, — усмехнулся Тим. — Это же надо какую аферу провернула.

— Вот мне не фига не смешно, — обиделась на него Валя. — Ты представляешь, я его собственными руками придушила.

— Во-первых, это была не ты, а нечто с твоими внешними данными, во-вторых, его не придушили, у него остановилось сердце, в-третьих, это мог быть просто сон. В связи с последними событиями тебе могло такое приснится, — спокойно стал объяснять ей Тимофей.

— Мне Федор все рассказал, — тихо прошептала девушка.

— Много твой Федор понимает в магии. Его вообще давно пора упокоить, а то бродит по земле призрак, и на перерождение не идет.

Валюшка не стала говорить Тимохе, что Федя теперь не призрак, а ее ангел-хранитель. Она вообще последнее время перестала кому либо доверять, все имели свои тайны и не спешили с ней делиться. Вот пусть и Федор станет ее маленькой тайной.

— Валя, не переживай, это была не ты, а злобный дух, который перевоплотился в твой образ.

— Если это была не я, то почему все это видела, и гнев такой реальный и злоба, — возмутилась девушка, и встревоженно посмотрела на парня.

— Роза видно что-то уперла твое, хотя могла и по фото фантом создать. Вот поэтому часть эмоций тебе и передалась. Не думал я, что она так может, — покачал головой Тимоха.

Он явно восхищался способностями цыганки. Валентине все это не нравилось.

— А если она еще раз попробует создать нечто подобное с моим лицом? Я потом бду доказывать, что это был злобный дух? — возмутилась девушка. — А свидетели будут в меня пальцем тыкать, или еще хуже на видео все это заснимут.

— Начнем с того, что такие вещи на видео не фиксируются, там будет размытый силуэт и все. К тому же такие создания предназначены для жертвы и не будут светиться в толпе. Они застигают его врасплох и в одиночестве, — объяснял Тимоха.

— Ну, то есть ты считаешь нормальным то, что она сделала? Мало того, что она на тот свет отправила своего родственника, так еще и при помощи моего двойника.

— Валя, не драматизируй. Барон тот еще был муууу… в общем нехороший человек. Ты знаешь, что он скормил одну из своих цыганок собакам? За своих теток, которые уехали на нары, даже не вступился. К девкам не равнодушен. Он, наверное, не захотел отступаться от квартиры, а может и на тебя глаз положил, вот Роза и решила его убрать.

— Из-за меня? — удивилась Валюшка.

— Из-за нас. Вместе мы сила, — улыбнулся он.

— Ну, ты и отдельно от меня тоже сила, у тебя вон какая бабушка была, да и мама, и, наверное, прабабки сильные. А с меня толка никакого нет, могу только кулаком в бубен дать, — усмехнулась она.

— Валюха, это был просто сон, забудь все. Хорошо?

— Попробую, — кивнула она. — А если эта дама придет к тебе или ко мне?

— Не придет. Меня таким не возьмешь, а тебе я тут кое-что принес.

Тимофей из кармана вытащил небольшой пакетик, в котором лежала тонкая цепочка с кулоном.

— Это заговоренный амулет, закрывает от всяких магических воздействий, наводит морок на всяких колдунов и колдуний. Специально для тебя сделал. Бабкины тетради поднимал, искал нужное.

Валентина покрутила в руках амулет, разглядывала его, но надевать не решалась. Тимофей и не настаивал.

— На картах сама проверь, как работать будет, — спокойно сказал он.

— Спасибо, — ответила Валя. — А ты тот журнал бабушкин не искал? — поинтересовалась она.

— Искал, вот только в тех годах, что ты сказала, нет никаких записей.

— Особая тетрадь?

— Я ее не нашел, видно у мамки где-то лежит. Сама понимаешь, как ее спросишь об этом, сразу догадается что к чему. Крику будет, если поймет. Она и так против того, чтобы мы дружили, — сказал Тимоха, осекся и опустил глаза вниз.

— Почему? — удивилась Валюшка. — Она ведь меня не знает. Я не гулящая, не пьющая, учусь, подрабатываю, бабушке помогаю. Чем я ей не угодила? Не страшила какая, и не писанная красавица, — возмутилась девушка. — К тому же мы просто с тобой дружим без всякого такого. Да даже если бы со всяким таким, ты уже взрослый, да и я взрослая.

— Тебя она не знает, но знает меня.

— Ты бабник? — с удивлением спросила Валя.

— Нет, что ты, — он обнял Валентину. — У меня и не было никого.

— Ты могилки копал, — рассмеялась она.

— Ха-ха, точно, мне некогда было. Да и что-то такие хорошие, как ты мне не попадались. — Тимоха уткнулся в Валины волосы.

— Ты сдал сессию? — тихо прошептала она, и прижалась к нему.

Сердце готово было выпрыгнуть из груди, во рту пересохло.

— Да, — кивнул Тимоха. — Но у меня еще практика на целый месяц.

Он наклонился к Вале и поцеловал ее. Голова закружилась у обоих, и сразу стали неважны всякие цыгане, Розы, двойники и