Фантастика 2026-80 - Мария Фир

– А я говорил, – философски произнес Вальтер и вогнал в спину короля первую иглу, – что у мэдчен Саддэн под языком настоящее змеиное жало.

– Ох-х, когда же я привыкну? А жало – не беда, в малых порциях яд полезен, – сдавленно отозвался Линнарт.

Устроив Каприза, Маргарет подошла ближе к мужчинам. Вот только в ритуальном рисунке разобраться не смогла.

– Так если вы не хотите меня выгонять, может, все же скажете, что это такое?

– Это? Это ритуальный рисунок, – охотно пояснил ректор Вальтер. – И вы за него получили прекрасную оценку.

– Точно, вот почему он мне так знаком, – закивала Маргарет и отошла к Капризу. Ну их, а то еще пересдавать что-нибудь заставят.

Однако же, продолжая присматриваться, она оскорбленно заметила:

– Между прочим, этого не было на экзамене! Такие вещи запрещены законом.

Хмыкнув, Вальтер вогнал в его величество последние иглы и в тон Маргарет ответил:

– Как видите, студентка Саддэн, я делаю это с законом, и он не против. Так что всегда бывают исключения. Давай, Лин, перебирайся на диван. Маргарет, вы присмотрите за ним? Ему может стать плохо, а у меня сработал тревожный сигнал, – ректор кивнул на свой стол.

– Да, у вас убийство в стенах академии. – Маргарет криво улыбнулась. – Простите, что приношу плохие вести.

– Кто кого? – отрывисто спросил дерр Вальтер.

– Винсент – Адель. Случайность. Адель хотела большой любви, но ошиблась и связала меня и Винсента рабской любовью, а привязка раздвоилась: управляющий контур остался у нее, а объектом фиксации стала я. Он пытался сотворить второй круг рабской любви, и Адель погибла.

– Казнить! – рыкнул король. – Он мог и тебя за собой утянуть.

Ректор переменился в лице. Он прекрасно понимал, что любой Винсента оправдает. А вот слова короля не оставляли места для маневров.

– Да, наверное, вы правы, – вздохнула Маргарет. – Лучше бы он меня изнасиловал и отправился вместе со мной в каменоломни. Это ведь какая польза была бы государству.

– А какая? – заинтересовался ректор.

– Так ведь – выработка. Мы бы с ним столько камня высекли бы. Или как это называется? Нарубили? Накопали? Надолбили?

– Маргарет, не делай из короля идиота, – бросил Линнарт. – Хочешь, чтобы я пощадил мерзавца, – так и скажи.

– Но разве он виновен? Мне не нужно пощады для Винсента, но я хочу для него честного разбирательства.

– Хорошо, – кивнул король. – Хотите помучить парня надеждой – вперед.

Вальтер вышел, а Маргарет тихо спросила:

– Вам что-нибудь нужно?

– Мы опять на «вы»? Ты так обиделась? Из-за Винсента?

– Нет, прости. Растерялась и забыла.

Осмотревшись, Маргарет выбрала для себя кресло – оно достаточно близко. В случае чего она в любой момент сможет подскочить к королю и трагически вопрошать: «Что мне делать? Чем помочь?». Ничего другого не сумеет, поскольку целитель из нее так себе – обезболить да заморозить. Ну еще синяк свести.

– Почему ты так категоричен?

– А что сулит закон за ритуал рабской любви?

– Так ведь… – Маргарет растерялась. – Он ведь не ради плотских утех. Он освободиться хотел.

– А доказать он это сможет?

– Так… – У Маргарет возникло ощущение, что ее тестируют. – Так ведь целители установят причину смерти. Винсент имеет право потребовать допроса с применением шара Истины.

Линнарт пошевелился, и по сильной спине скользнула капелька крови. Под взглядом Маргарет капля упала на пол и впиталась в паркет. Ничего себе паркет у ректора. Недаром никому не удавалось залезть в его кабинет.

– Допустим, установят. И что?

– И то, что в первой трети кальдораннского Свода Законов прямо указано человеческое право защищать жизнь и свободу любыми способами, – нахмурилась Маргарет. – Там есть оговорка, что защищающийся не должен иметь умысла причинить смерть. Это тоже можно проверить на шаре Истины.

– Приятно слышать, – усмехнулся король.

Увы, лицом король утыкался в спинку дивана, но зато Маргарет оценила, что даже затылком он может выражать одобрение.

– Ты ведь и так это знал?

– Конечно.

– Тогда зачем?

– Поговорить. – Он дернул плечом. – Мне гадко и немного больно, а с тебя сталось бы схватиться за какую-нибудь из книг Вальтера. Раз уж в этот раз я не один, стоит воспользоваться.

– Я могла и вслух почитать, – обиделась Маргарет.

И замолчала. Если Линнарт такой мастер бесед, то пусть сам и выкручивается. Но долго злиться она не смогла – вторая капля упала на паркет. И Маргарет вспомнила, какой раздраженной, обидчивой и мнительной была она сама, когда после тренировок приходилось отлеживаться в целительском крыле.

– Кажется, я тебя обидел? – заговорил король.

Маргарет хотела заверить его, что все понимает и ни капли не обижается, но получилось почему-то:

– А ты видел ту боевую дорожку шагов моего отца? Когда итогом становится полное обездвиживание противника одним прикосновением.

– Я ею даже владею, – с гордостью ответил Лин. – У него и вторая есть.

– Мне не хочется никого убивать, – спокойно ответила Маргарет. – Чтобы защититься, достаточно первой. А вторая – это если я захочу вступить в ряды боевых магов.

«Да и владею я ей. Мама выучила», – мысленно добавила мэдчен Саддэн. Она искренне надеялась, что Лин не станет спрашивать. Нет, она не собиралась специально это скрывать. Просто… просто ей бы хотелось, чтобы Линнарт узнавал о ней какие-то хорошие, светлые вещи. А не то, что чисто теоретически она умеет убивать. Не пробовала, но движения знает.

– Ты опять молчишь, – укорил Маргарет король.

– Не знаю, что сказать. Может, пояснишь, что вы пытаетесь скрыть? Я про ритуал. – Она вздохнула и добавила: – Я вижу элементы, отвечающие за сокрытие, но что именно?

– Магическую силу, – ответил король. – Мне удалось полностью восстановиться после Черной Порчи. Но это мой секрет.

Маргарет бросило в жар – полное восстановление дара означало его последующее удвоение. Так всегда бывает, если маг не умер, не потерял магию полностью, то он может восстановить свой изначальный дар. И если это произойдет быстро, то дар удвоится. Маги-теоретики ломают друг другу носы и пальцы, пытаясь создать стройное, логичное объяснение этому феномену. Но пока это удалось только боевым магам –