Фантастика 2026-160 - Вахтанг Глурджидзе

— Ваше благородие, мы рядом стояли, — произнёс Саня.

— Клянёмся, мы ни при чём, — проблеял Сашка и сделал полшага назад.

— Стоять, не двигаться! — рыкнул Константини приложил артефакт сначала ко лбу Сашки. Снова короткая вспышка и огонёк в камне голубого оттенка. Приложил ко лбу Сереги. Эффект — один в один. — Слушай, по-моему, твои безделушки — не работают.

— Ипатов. Его схема. Он ерунды не напишет, — неуверенно произнёс Азимут и подошёл к другу. Забрав у него пластинки, он взял с прозрачным камнем и приложил ко лбу Фёдора. — Ноль эффекта. Приложил с красным камнем — едва заметный эффект есть.

Чернов хмыкнул, забрал у Азимута артефакт с красным камнем и приложил ко лбу Сереги. Эффекта нет.

— Я правильно понял, что… — начал было Константин.

— Да… — кивнул Азимут и перевёл взгляд на Ленку.

Девчонка, видя как оседает на снег Фёдор, как подгибаются ноги у Сереги и Саньки, не придумала ничего лучше, чем рвануть в проулок, между домами.

— Чего это она? — спросил Константин. — Из-за рогов?

Азимут хмыкнул и глянул на Макса, что прикусил губу, чтобы не заржать от такого представления.

— Макс, ты знаешь, где она живёт?

* * *

Сказать, что Азимут был растерян — это значит ничего не сказать.

Он действительно искал себе ученика. Да, достаточно специфичным образом. Да, сразу решил отталкиваться от стихии. Однако, его хождения по домам аристократов не принесли результатов.

А тут сразу четверо.

Почему четверо?

Потому, что мы дошли до дома той девочки. Лены.

И да, на неё откликнулся артефакт с силой воды.

Кстати, на Макса вообще не откликнулся ни один артефакт. Словно у него не было силы.

Что же до Азимута, то…

Он принялся изучать семьи этих ребят.

Первый был Фёдор Кожевников. Говорящая фамилия, учитывая что его отец работал с кожей и мехом. Шил шубы, шапки, обрабатывал кожу и делал добротные изделия. Да, без изысков, без сложного тиснения или какого-то дизайна, но делал он качественно и на совесть.

К слову, большинство теплой одежды из меха и кожи в городе было произведено именно им.

Фёдор был младшим его сыном. Старший уже во всю помогал отцу, работая с ним на одном уровне. Средний только перенимал азы и учился обрабатывать кожу, а вот младший делал всё, чтобы уйти от участи своих братьев и, при первой возможности, смывался на улицу.

Братья близнецы: Сергей и Александр.

СС как их назвал Макс. Серега и Санька. Бродовы. Дети местного торговца. Не богатого, средней руки дельца. Про него не было ни слухов, ни нареканий. Вроде как, обычный мужик, что торговал солью, имея родственников в соляных шахтах на юге. Там и брал свой товар, который тут продавал.

Единственное, что известно про него — восемь детей.

Хм. Помню, Азимут про него сказал: «Восемь это только от одной жены. На стороне ещё столько же». Как говорится — любил он это дело.

Ну, и Елена.

Елена Александровна Горбунова.

На секундочку, дочь одной вдовы, что имела честь стать супругой Горбунова Александра.

С ней было сложнее всего.

Мать её — супруга графа Горбунова. Тот, к слову, скончался в Тюмени, и, вроде как, от «апоплексического удара». Азимут уверен, что удар был, но чем-то тяжёлым и по голове. Может быть, это выдумка Азимута, но, всё же, факт того, что Горбунов проиграл оставленное ему наследство в карты, был неоспорим. Так что, возможно, ему действительно проломили голову.

Мать, данной юной особы, кое-как сумела оформить банкротство и решила уйти с глаз долой от знатных людей, и перебралась в эту глушь. С местными аристократами она старалась не контактировать и никак себя не показывала. Жила в доходном доме, зарабатывала своими навыками кройки и шитья. Вязала кружева и кое-как сводила концы с концами.

Почему, спросите вы, с ней было тяжело?

Потому, что мать наотрез отказалась от обучения и ученичества дочери у Азимута.

Почему?

Все просто.

Долговые расписки мужа, которые, к слову, никто не отменял.

И как только кто-то узнает, что у дочери Горбунова оказался дар, то…

Дочь она любила. Честно любила и тянула как могла, стараясь не упасть в бездну нищеты. Девочку она кормила, одевала и пыталась привить хоть какие-то манеры. Даже не смотря на то, что родители, после истории с Горбуновым и его долгами, от неё отвернулись. Даже не смотря на то, что ей приходилось жить в самой маленькой комнате, с видом на коровник и с соответствующими ароматоми. Даже несмотря на то, что были у неё периоды, когда не каждый день получалось поесть.

Горбунова Светлана Витальевна всегда держала спину прямо и не прогибалась под тяжестью ноши.

И, когда к ней пришли мы, то она испугалась не за себя, а за дочь, которую могут просто… Продать.

О, нет, это не то о чем вы подумали. Никакого рабства, просто девочку могли передать в род, где крайне трепетно относятся к одарённым, или род, где для статуса нужен хоть один одарённый человек. Разумеется не просто передать, а получить кое-какую денежную компенсацию. Желание матери в данной схеме, разумеется, не учитывается.

Что же в этом плохого, спросите вы? По большому счёту — ничего. Если для вас статус «пришлого нахлебника» в чужом доме вполне комфортен. Положа руку на сердце, я скажу так — я никогда не видел таких вот «приживал» в родах, довольными своей жизнью.

Нет, разумеется, были исключения, когда в род брали по-настоящему одарённых и сильных детей. Из приличных родов, но они там числились номинально, да и родная семья их в обиду не давала и продолжала растить у себя.

В общем, Светлане было о чём волноваться и я её не осуждаю. Азимут в дальнейшем решил эту проблему. Да, спорным способом, но решил. Мы к этому ещё вернёмся, а пока…

Пока вернёмся к Максу.

В общем, я оставил Азимута после визита к Горбуновой и направился с Максом в монастырь. К местному старцу.

Поймите — тянуть смысла не было. Надо было что-то решать и… Честно — я был готов уступить Макса церкви.

Нет, он мне не надоел. Нет, я понимаю, что дал обещание его отцу. Просто…

В тот момент, когда по подвалу плавали жёлтые огоньки, я…

Я понял, что понятия не имею, как его учить дальше.

Я был растерян и… Я не понимал как мне поступить дальше. Я просто такого